Дочь химеролога

Резко дергаюсь. Не получается. Пытаюсь открыть глаза. Какой-то красный, непонятный туман. Проявляется странно мерцающая картинка, в которой я узнаю свой «интерфейс». Вся область зрения заполнена грозными надписями. «Повреждения», «повреждения»… А вот что за «неопознанное воздействие»? Ладно, не имеет значения! Главный здесь, все тот же серый прямоугольник со страшной надписью «мертв». Неужели… нет, это ошибка, я помню. «Интерфейс» сломался. Точно! Я же видел папу! Мне нужно к нему! Только почему связь заблокирована?
Так, что-то стало проявляться в тумане. Вокруг стоят какие-то неподвижные фигуры, а прямо передо мной… этот толстый кукольник. А почему все перекошено? А, понятно, я лежу. Руки… ноги… Похоже, растянуты в разные стороны и закреплены. Тело… чуть-чуть двигается, но крайне неохотно, боль слегка отступила, но резкими уколами реагирует на любую попытку шевельнуться. И глаза опять сами закрываются. Зато сознание еще больше прояснилось и я, наконец, ощущаю внутри своих мыслей какой-то дергающийся непонятный комок, в котором с неприятным удивлением узнаю сестренку. Что происходит?
— «Сестренка!»
— «Братик, больно!»
— «Подожди, я сейчас…»
Какие-то странные линии, переплетающиеся друг с другом. Они… как живые. Что-то требуют от сестренки. Повиноваться? Кому? Хозяину? А хозяин у нас… этот жирдяй?! Каким образом «это», вообще, здесь появилось? Так, успокоиться. Как же боль раздражает. Ничего, сестренке больнее. Потерплю. Надо быстро решить эту проблему и идти к папе. Ему нужна помощь! Может порвать?
— «Ай, больно!»
Ясно. А если вот так?
— «А-а-а! Хватит!»
— «Прости, Сати, прости…»
Как же тут все запутано.
— «Я должна… повиноваться!»
— «Нет, нет, потерпи немного».
Похоже, меня пытались подчинить, но в результате все досталось сестренке. Распутывать долго. Думай, думай! Сейчас единственный способ, это… Точно!
— «Сати, давай иди ко мне. Нет, не переживай, я выдержу!»
Сосредотачиваюсь, и мысленно обнимая сестренку, растворяю ее в сознании. Есть! Да, так будет лучше. А теперь…
…
— Куколка, давай приходи в себя, нас ждет много интересного!
Какой же у него противный голос. О, внутри, что-то требует ответа. Ладно, любишь ролевые игры, сволочь?
— Да, хозяин!
— О, моя прелесть! Ты можешь говорить! Великолепно! Как же великолепно! Посмотри на меня!
— Да, хозяин!
Опять открываю глаза. Туман почти исчез. Толстяк по-прежнему стоит прямо передо мной. Хм, радость, нетерпение, ожидание какого-то непонятного удовольствия. И все это в мерзкой оболочке из невероятного самомнения. Ого, я опять могу чувствовать эмоции, отлично! А это что за непонятные люди? Равнодушие и покорность. Серая грубая одежда, на шеях ошейники. Похоже, рабы. Ну да, этот кукольник же с Востока. А чего это он на меня так уставился? И дергается весь от ясно заметного и ощущаемого в эмоциях возбуждения. Неужели?.. Вот урод! Телу же на внешний вид всего двенадцать лет! Кровью все залито. Да и выглядит после боя, мягко говоря, не очень. Но, похоже, это его только сильнее заводит. Хотя… да, как ни странно, но чуть-чуть «покрова» еще есть. Значит, раны он не видит. Блин! Надо побыстрее что-нибудь придумать, пока не стало поздно.
…
Попытался опять встать. Нет, бесполезно. Без питающего артефакта ничего не выходит. Похоже, лежу на каком-то столе. А вокруг… кухня? М-да. Символично. Ха, чтобы осуществить желаемое, ты должен меня отсюда снять, иначе не дотянешься!
— Освободите ее.
О, мои мысли читаешь? Пусть я ослаб, но ничего, уж на «крепкие» объятия силы хватит «хозяин»! Фух, наконец-то, сейчас слезу со стола… Так, а чего это все равно шевельнуться почти не могу?! И ощущения… «Ограничители»! Наручи и ошейник. Как мои, но эти я не контролирую. Да я и тело не контролирую. Ну вот, новая проблема.
— Хорошо, теперь поднимись моя куколка и подойди!
Опа, ничего себе сознание крутит. И боль опять набросилась. Особенно там, где меч живот проткнул. Как есть урод. Подлечить сначала не судьба была?! Ведь знаешь же все! А если… нет, не получается. Ладно, подчинюсь.
— Слушаюсь, хозяин!
Ох, ну на хрена? Мог бы хоть не полностью халат снимать, а? Ведь стошнит! И знаешь, у мальчиков моего возраста и то подлиннее будет!
— А теперь ляг сюда. Сейчас я расскажу и… покажу, одну из твоих новых обязанностей.
Но вот что делать? Сати похвастался, а в результате по своей воле даже пальцем не могу пошевелить. Демоны! Нет, выдержать смогу, хоть и явно мерзко будет, но вот, совсем-совсем не хочется, да и времени нет, папа ждет!
Мой взгляд судорожно зашарил по всему, что только можно, а мысли лихорадочно задергались, перебирая варианты…
— «Треньк!»
«А-а-а! Неужели?! Боги, вы точно есть на свете! Самый лучший звук в мире, который я когда-либо слышал! «Интерфейс» я тебя люблю! И больше не буду говорить гадости. Честно-честно!»
Я с непередаваемым ощущением посмотрел на засветившуюся иконку в «интерфейсе», потом на подошедшего почти вплотную трясущегося от возбуждения кукольника и очень искренне ему улыбнулся. Наверно слишком искренне, так как толстяк, похоже, что-то понял и остановился, а лицо неожиданно перекосило в испуге. Собственно таким я его и запомнил, так как…
…
«Мерцание!»
…
И мир явно стал лучше и чище. Теперь, главное, опять сознание не потерять!
…
Покачнувшись, я едва не упал, но смог удержаться на ногах. Осмотрел себя, поморщился. М-да, видок еще тот. «Покров» теперь точно приказал долго жить и раны, что я получил во время боя, проступили со всей неприглядностью. Хотя на удивление не разошлись, только кровь выступила, но уже подсохла. Это хорошо. Как и то, что «ограничителей» на мне теперь не было. Ага, вон там остались валяться. Как и предполагалось.
Хм, а по поводу чище, я, кажется, немного погорячился. Кухню теперь долго придется отмывать. И потолок в том числе. Как же Марта мне пирожки печь будет? Так, а эти рабы? Что с ними делать? Опа! А чего это они на пол попадали? И в эмоциях… а нет их, все… трупы? Не понял…
— «А-а-а, больно!»
Сати?! Ты чего опять отделилась? И линии не исчезли? Пульсации какие-то непонятные идут. Вот урод! Даже после смерти нагадил! Типа если я умер, то и все кто мне принадлежит тоже должны умереть? А вот выкуси! Сати потерпи, сейчас что-нибудь придумаю! А пока иди сюда, обратно. А блин, как больно! Да что такое, как мне это надоело! Всех, всех в кровавый фарш! И к папе!
…