Советский эльф

Поймал бы он мою ногу и скрутил. А так сработали скорость и умения.
Теперь дело за малым. Обездвижить вторую руку и успокоить дерзкого крестьянина.
Пока он болезненно морщился, прижимая обездвиженную конечность, я продолжил атаку. Делаю ещё один шаг в сторону и фактически оказываюсь у него за спиной. Он что-то ещё пытается сделать, ударяя меня с разворота локтём, но я ловлю его на излом и бросаю на землю.
Чтобы знал своё место.
Добивать не стал. Мне он нужен живой, чтобы ответить на некоторые вопросы.
— Ах, ты ж падла! Да я тебя! — заголосил наглец, пытаясь подняться.
— Тебе мало? Умерь свой пыл и послушай, что говорят старшие, — холодно урезонил его я.
— Клим, скотина! Говорили, что ты драчливый по пьяни, но чтобы так! Всё, всё, хорош махаться, — видя мой боевой настрой, пошёл на попятную крестьянин.
Теперь я уже не сомневался, что это обычный земледелец. Только непонятно как оказавшийся внутри «земляного дракона». Что ж с этого и начнём.
— Что за тварь ты приручил? Почему она не сжирает тебя, а слушается?
— Какая тварь? У тебя что белочка? — но, наткнувшись на мой суровый взгляд, успокоился и продолжил, — а, так это ж комбайн. Ты чего? У вас таких на полях тоже с десяток катается. У меня, конечно, новенький, только с завода. Вон видишь краска ещё не облупилась даже. А так машина хорошая, работящая.
Хм, значит это некий «комбайн», а не «земляной дракон». И, судя по его словам, вещь привычная и кем-то созданная. Если здесь такие монстры считаются обыденностью, то местные правители должны обладать недюжинной силой и властью.
— Для чего создан комбайн? И что умеет?
— Ну ты даёшь. Совсем мозги что ли пропил? Зерно он убирает. Колосья вон срезал, дальше выбил из них, это самое зерно, воздухом почистил и в бункер загрузил. Хлеб мы делаем, хлеборобы! Важная профессия! — с гордостью ответил он.
Похоже, это всё-таки механизм, а не живое существо. Да ещё и под управлением обычного человека. Теперь мне вдвойне интересно встретиться с местными правителями.
— Я понял тебя. А теперь отведи меня к вашей знати.
— Эээ, ты про председателя колхоза? Так он тебя первый под статью подведёт. Как тунеядца и алкоголика, — удивился крестьянин.
— Веди! — не поняв и половину слов, приказал я.
— Куда я с поля денусь? План сорву, так со мной потом, знаешь, что сделают?
Может ещё припугнуть? Снова марать руки, конечно, не хотелось, но рабской плети у меня с собой не было. Я не сторонник излишней дисциплины. Да и помощники в академии у меня в основном магические. Слуги есть только в отцовском поместье. Так что, как обращаться с низшими сословиями я знал, но мне этого глубоко претило.
Я замахнулся и сделал вид, что сейчас его ударю.
Не помогло. Он только вжал голову в плечи и отполз подальше.
Видимо, тот самый «срыв плана» пугал его больше, чем сиюминутная расправа. Да уж, власть держащие этого поселения хорошо приучили своих поданных к дисциплине. Даже под угрозой смерти, они стоят за своего хозяина.
Похвально.
Убивать его было бы глупо. Но выяснить, где находится «председатель колхоза» не помешает.
— В какой стороне живёт правитель?
— Геннадий Палыч? Так вон там, аккурат за лесочком администрация наша и будет, — махнув рукой себе за спину, сказал парень.
Коротко кивнув, я двинулся в указанном направлении. Идти по полю было неудобно, так что пришлось вернуться на просёлочную дорогу. Она хоть и прихотливо изгибалась, но всё равно вела в нужную сторону.
Прошагав под полуденным солнцем под сотню арков, я основательно взмок и пропылился. Не мешало бы встретить по пути харчевню или хотя бы какой-нибудь водоём. Меня начинала мучить жажда и подступающий голод. Я, конечно, привык к позднему завтраку, но не настолько.
Войдя под сень леса, мне полегчало. Пусть здесь произрастают непривычные дендроиды, но всё же их затаённую силу и доброжелательность я чувствую всё равно. Одно семя, один сок, объединяют нас.
Глубоко вздохнув, я решил передохнуть. Крохотная полянка в тени идеально подходила для этого. Я прилёг на траву и по привычке хотел поставить вокруг сторожевую цепь Хардида. Но сразу же одёрнул себя, вспомнив, что с магией здесь пока туго. Придётся дремать вполглаза.
Но не успел я расстегнуть плащ, как из ближайших кустов вышла истинная нимфа, хрупкая и невероятно прекрасная дева. Золотистым водопадом раскинулись её волосы по плечам, стекая к изящным бёдрам. Глубокие, как горные озёра, сияющие голубым светом глаза смотрели куда-то вдаль. Губы алые, словно цветки мака, шептали, должно быть, песнь, полную грусти и нежности. Об этом говорил весь вид чарующей дриады и руки, что нервно теребили белоснежный квадрат пергамента.
— О, волшебная фея, позволь разделить вашу горесть и представиться. Зовут меня Миндарис и я случайно оказался в ваших землях. Быть может, само проведение указало мне путь, чтобы я встретил здесь вас, — взволнованно произнёс я.
— Ванька, ты что ли? — просторечиво ответила незнакомая дева.
— К сожалению, я не знаю о ком вы говорите. Моё имя Миндарис, я высокородный эльф и хотел бы услышать ваше имя.
— Варвара, я. А похож на Ваньку здорово. Только ростом, что повыше, да в плечах поуже. И говоришь как-то странно. Будто в сказке, — заулыбалась она, чуть покраснев.
Я понял, что дева хоть и красива, но манеры у неё просты, как у самой обычной крестьянки. Хотя, чего я ещё ожидал посреди полей и хозяйственных угодий. Не будут тут без свиты аристократы прогуливаться.
И хоть сердце моё забилось сильнее при виде её румянца, но умом я понимал, что сейчас любовные дела совершенно не к месту.
— Что ж, безмерно рад нашему знакомству Варвара, но долг зовёт. На всякий случай, уточню, правильно ли я иду, дабы попасть к правителю этих земель Геннадий Палычу? — с грустью завершил я нашу беседу.
— Верно. Всё верно. Из леска выйдешь и сразу двухэтажное здание увидишь. С колоннами такое. Не пропустишь. Там не больше километра идти, — подтвердила она.
Поклонившись, я двинулся по старому маршруту. Отдыхать уже не хотелось. Встреча с девицей приободрила меня и будто бы придала сил. Да и валяться перед Варварой после такой, почти светской беседы, как-то не с руки.
Уверен в хозяйском доме меня напоят и дадут возможность привести себя в порядок. Осталось до него только добраться.
И действительно, выйдя из рощи, я увидел окраину поселения, где над домами возвышалось внушительное здание местного правителя. На мой вкус, архитектура, конечно, отдавала грубостью и прямолинейностью, но тут уж причуды самого владельца. Быть может, он таким способом показывает свою силу и власть над окружающими землями.
Разумеется, тогда по варварской традиции не хватало голов поверженных врагов и распятых тел воров и грабителей. Но, подходя ближе, я увидел один такой постамент. Правда это был скорее бюст, причём сделанный из какого-то белого осыпающегося камня. Он был один и находился прямо перед входом в «замок» правителя. А значит противник этот был чудовищно силён, и победа над ним велика и уважаема. Даже его взгляд будто пронзал меня, отдавая грозой и молниями.