Однажды я выберу тебя
* * *
Я закончил дневную смену. Всю неделю Эдвард со мной почти не разговаривал. А если все же произносил пару слов, был вполне любезен, без обычного рычанья или ругани. И это вызывало определенные подозрения. У меня выдался свободный вечер, и Даниэль сообщил, что в городе намечается вечеринка. Я ухватился за возможность выбраться из дома. Не было смысла мучить себя, наблюдая за Сайласом с невестой.
Прежде чем подняться в свою комнату, я зашел в библиотеку за новой книгой. Сезар разрешил мне взять все, что захочу, лишь попросил вернуть книги на то же самое место.
Войдя внутрь, я изумленно уставился на книжные полки от стены до стены, забитые томами в кожаных переплетах, в основном справочниками и энциклопедиями. Помимо них, встречались старые книги в твердых обложках семидесятых и восьмидесятых годов. Центральное место занимал огромный письменный стол у высокого окна с зеленой лампой от Тиффани в углу.
А за столом сидел Сайлас.
В строгом темно-синем костюме с галстуком более светлого оттенка он выглядел так, словно сошел со страниц «GQ». Рядом с ним лежал чемоданчик. Волосы все еще не просохли и блестели после душа, в воздухе висел легкий аромат одеколона и мыла.
Он был один.
При виде Сайласа сердце ускорило бег, а затем ударилось о ребра. Теперь, когда я начал что-то подозревать, его красота вызывала болезненные ощущения. Образец мужского совершенства. И все же для отца он был недостаточно хорош.
– Привет, – произнес я.
Он поднял голову, и на долю секунды лицо его осветилось, потом снова помрачнело. Под глазами залегли темные круги, а челюсти напряглись и плотно сжались.
– Привет.
– Все хорошо?
Сайлас помедлил. Во взгляде его мелькали сотни мыслей, но, судя по мрачному выражению лица, хороших среди них не было.
– Прекрасно. – Он указал на чемоданчик на столе. – Вся та дрянь, что я показал тебе в ресторане. Я наконец-то набрался смелости рассказать об этом отцу. Думаю, после ужина вполне подходящее время. – Он оглядел меня с ног до головы. – Ты сегодня работаешь?
– Нет, закончил. Иду на вечеринку с друзьями.
– Звучит неплохо, – проговорил он, и я заметил тоску во взгляде. Судя по виду Сайласа, ему предстояло прогуляться в камеру смертников, а не просто поужинать с семьей. Мне вдруг пришло в голову, а ходил ли он вот так на вечеринки вместо того, чтобы заключать сделки?
«Пойдем со мной…»
Но это было невозможно, ведь именно так думал Сайлас.
– То, что ты делаешь… Сайлас, это благородно. Достойно уважения. Ты мог бы просто уйти, а вместо этого пытаешься помочь.
Он слабо улыбнулся.
– У меня такое чувство, что меня вот-вот назначат капитаном «Титаника». Спасибо, что выслушал тогда.
– Для этого и нужны друзья.
– Точно. Друзья. Что ж, я лучше пойду. – Он встал из-за стола и направился мимо меня.
– Ужинать с невестой.
Он остановился, стиснул зубы.
– Да.
Я поймал его взгляд.
– Я вдруг понял, что так и не поздравил тебя с помолвкой.
Сайлас замер, а потом напрягся.
– Спасибо.
– Надеюсь… – Я покачал головой и понизил голос. – Ничего.
– Ничего? – Он скрестил руки на груди. – Сомневаюсь. Выкладывай.
– Надеюсь, что ты счастлив, Сай. Правда.
– Но… В чем подвох?
– Никакого подвоха.
– Чушь. Я по глазам вижу. Вся та хрень, что рассказал Эдди, просто сбивает тебя с толку. Забудь обо всем.
– Не могу, – проговорил я.
Мы взглянули друг на друга, и тысячи мыслей и эмоций волнами разошлись по небольшому пространству между нами.
Плечи Сайласа поникли, он показался мне очень усталым. Вплоть до самой души.
– И что я должен сказать? – хрипло спросил он. – Чего ты от меня хочешь, Макс?
– Ничего. Разве что… не знаю. Ты мог бы рассказать об этом.
– Не о чем рассказывать. Сколько еще повторять? Все кончено.
– Ничего не кончено, если тебя заставляют делать то, чего не хочешь. Если все еще поступаешь согласно чужой воле.
– Чего я хочу? Откуда, черт возьми, тебе знать об этом?
– Сайлас…
– Дело сделано, – проговорил он. – На Аляске, как и обещали, из меня сделали мужчину. Конец истории.
– Тогда почему ты просто не выйдешь за дверь? – спросил я. – Отчего не скажешь, чтобы я не лез не в свое дело? Знаешь, почему? Да по той же причине, что привела тебя на собрание Анонимных наркоманов. Тебе нужна помощь.
– Помощь? – почти прорычал он. – А как вообще можно помочь?
– Ты можешь мне рассказать. Выпустить наружу, и это больше не будет тебя отравлять. – Я втянул воздух. – Зачем тебя отправили в Чисану?
– Чтобы принять дисциплинарные меры. Я отбился от рук.
– Полный бред.
– Меня отправили в лагерь выживания.
– Тебя отправили на репаративную терапию.
Боже, слова оставили кислый привкус во рту. Они повисли в воздухе между нами, словно ядовитое облако. Сайлас уставился на меня.
– Нет, – проговорил он. – Это не… оно. Черт возьми, да ты не знаешь, о чем говоришь.
– Правда? Тогда скажи, что за половая перестройка личности. Почему, по словам Эдди, отец решил, что ты сбился с пути и запутался.
– Оставь меня в покое, – пробормотал Сайлас. Он двинулся к выходу из кабинета, но передумал и развернулся ко мне лицом. – Я знаю, о чем ты. Вижу, как ты на меня смотришь. Тебя бы весьма порадовало, если бы все оказалось правдой. И я желал трахаться с мужчинами. Ведь ты бы хотел меня трахнуть. Правда?
Я напрягся.
– Меня влечет к тебе, признаю. Прости, если так явно дал это понять. Но я беспокоюсь о тебе, Сай. И очень. Больше, чем следовало бы.
Взгляд Сайласа смягчился, и я почувствовал, что он хочет сменить тему.
– Не важно что я чувствую, – продолжал я. – Я не строю никаких скрытых планов. И ничего не хочу. Лишь сказать тебе… Все, что с тобой случилось… это неправильно, Сайлас. Неправильно и жестоко.
– Это не… жестоко. Ничего такого. Все кончено, и…
– Сайлас…
– Нет. Все кончено, Макс! – крикнул Сайлас, отступая назад. – Ты не понимаешь? Все кончено, я выжил. С трудом. Вся та хрень не пропала даром. Я запутался и чертовски устал стыдиться.
– И теперь тебе стало лучше? Или хуже? – спросил я. – Насколько я слышал, там все сводится к мучениям, а это не работает. Нельзя заставить стать тем, кем просто не можешь быть.