Добро пожаловать на Марс! (сборник)

— Ах! — резко воскликнула позади него девушка.
И в ту же секунду мертвое тело ожило какой-то конвульсивной жизнью. Две ледяные руки стиснули Ренсону горло, схватив его со сверхчеловеческой силой. Пока Ренсон изо всех сил пытался разжать эту хватку, девушка с лицом, превратившимся в безжизненную маску, шагнула вперед с чем-то блестящим в руке. Она быстро нагнулась, и Ренсон почувствовал боль от иглы, вонзившейся в руку.
Трудно сказать, подействовал ли препарат или пережатое горло, но через мгновение Ренсон почувствовал, что он лишился всех сил.
В глазах начало темнеть.
Сквозь серый туман он увидел, как девушка нырнула в заросли, достала оттуда два странных прозрачных шлема и надела один себе на голову. Потом осторожно посмотрела из кустов вверх и вниз по каналу. В этот поздний час канал был пуст. Где-то далеко вверх по течению мурлыкал патрульный катер, но сюда он не доберется раньше, чем через пять минут. Ренсон почувствовал, как девушка и ее ужасный спутник одевают ему на голову второй шлем и тащат оцепенелое тело к воде. Затем он стал падать… падать во влажной тьме, пока его ноги не коснулись илистой слизи на дне канала.
Ошеломленный, Ренсон стал вглядываться сквозь темную воду. С одного бока его поддерживала девушка, ее свободная одежда прилипла к телу, а голова, как и его собственная, была в прозрачном шлеме. С другой стороны его держал крупный марсианин с неподвижным лицом. Шлема на его голове не было, но он, казалось, вообще не обращал внимания на воду. Ренсон уставился на него, изумленный, не веря своим глазам, и в это время патрульный катер с ревом промчался у них над головами, взбаламучивая воду канала. Еще мгновение Ренсон видел глубокие глаза девушки, глядящие на него с какой-то надеждой, а затем подействовал наркотик, который она ввела ему в руку. Еще у него осталось мимолетное воспоминание о том, как похожий на робота марсианин тащит его вглубь канала, а затем темнота в воде слилась с темнотой в его мозгу…
 ГЛАВА III. Немертвые 
И БЫЛ СВЕТ, яркий, слепящий свет, прорвавшийся сквозь темноту и вернувший в сознание Грегори Ренсона. Медленно, с трудом, Ренсон принял сидячее положение, начиная понимать, что руки и ноги у него связаны. Внезапно он осознал, что кто-то говорит рядом на ясном, шипящем марсианском языке:
— Завтра наступит новый рассвет Марса! Будьте готовы!
Ренсон встряхнулся и огляделся. Он был в большом, ярко освещенном помещении. Стены без окон были усеяны бисеринками влаги, словно они находились под землей. В одном конце помещения стояла спутанная масса катушек, ламп и конденсаторов, очевидно, это был какой-то передатчик. В центре аппарата светились шесть видеоэкранов, под ними Ренсон разглядел сложную панель с рычагами и кнопками, напоминающую клавиатуру какой-то громадной пишущей машинки.
В другом конце комнаты было с полдюжины высоких дверей, мало чем отличавшихся от дверей шкафов. Возле них сидела темноглазая девушка, задумчиво глядя на землянина. Выражение ее глаз было загадочным. Затем ясный голос снова заговорил:
— Повторяем наше сообщение для жителей Марса! Завтра в девять часов вечера будет дан сигнал к началу революции! Уиншип, губернатор-землянин, будет произносить речь на открытии нового канала Джерала! Сразу после своей речи он будет убит! Это доказательство нашей силы и будет сигналом к восстанию! Пусть не останется в живых ни единого землянина! А затем, при помощи земных кораблей и их самих, мы нападем на Землю! Помните, никакой пощады землянам!..
— Нет! — Ренсон с криком повернулся и увидел позади себя человека, говорящего в микрофон, — Это ложь! Земля реконструирует старый Марс! Мы…
Человек с микрофоном мгновенно выключил передатчик.
— Было невежливо прерывать меня, — мягко сказал он, — Не говоря уж о том, что это бесполезно. Я передавал это сообщение с перерывами последние двенадцать часов!
Рэнсон окинул его взглядом. Это был марсианин с красной кожей, впалой грудью и круглой лысой головой. Одет он был в запятнанную белую блузу, которая, наряду с сутулыми плечами, выдавала в нем ученого… Правда, этому впечатлению несколько противоречили сильные, развитые мышцы его рук.
 
Однако, внимание Ренсона привлекло его лицо. Оно было мягкое и учтивое, но что-то неуловимо злое мелькало в его переливающихся глазах, тонких губах и выдающихся скулах. К тому же, игра теней и света на его лице превращала его в дьявольский, сатанинский лик.
— Разрешите представиться. Я доктор Элат Тайн. А это, — он подошел к девушке, — моя дочь Зейла.
Ренсон невесело улыбнулся.
— Мы уже встречались с вашей дочерью, — сказал он, — Возможно, вы объясните, зачем вы притащили меня сюда.
— Это польстит вам, мистер Ренсон, — серьезно кивнул марсианин, — Я просто боялся вас! Вы первый поняли, что мои слуги, н-ну, не совсем живые. Безусловно, глупец Уиншип посмеялся над вами, но я все равно волновался, что другие могут поверить вам и нарушить мои планы. А также, глазами моего слуги мы видели, что вы нашли зеленое украшение, которое столь небрежно потеряла Зейла, и могли через него выйти на нее. И, следовательно, я должен был вас… как это на земном языке?.. Ах, да, похитить!
— Значит, я был прав, — прищурился Ренсон. — Человек, убивший Гиффорда, был уже мертв, когда забрался в кабинет через окно! Но как же…
— Как и все другое на Марсе, — сардонически хихикнул доктор Тайн, — Но если серьезно, мистер Ренсон, вы когда-нибудь изучали, какая квалификация необходима для политического убийцы? Я подробно рассматривал этот вопрос, когда решил устранить лидеров земного правительства и освободить Марс! — В его глазах вспыхнули огоньки фанатика. — Главное, необходима невероятная храбрость, поскольку такие попытки, как правило, самоубийственны. Так же нужна сверхчеловеческая сила и выносливость, чтобы убийца смог пройти к цели сквозь огонь охраны. И, наконец, он не должен начать говорить, если будет схвачен.
— Значит, вам был нужен робот, — сухо заметил Ренсон.
— Верно, — кивнул доктор, — За исключением того, что настоящий робот был бы битком набит аппаратурой, которую трудно создать и легко вывести из строя. Значит, он был бы бесполезен для моей цели. Но посмотрите на совершенство человеческого трупа. Мертвец никогда ничего не расскажет и не ведает страха.
Ренсон непонимающе глянул на насмешливое лицо марсианина.
— Но даже органы мертвеца должны растворять пули с цианистой кислотой, — сказал он.
— Это только если у него есть органы, мистер Ренсон! — Доктор энергично потер руки, — Только если у него есть органы! Зейла, покажи землянину Номер Четыре!
Ренсон смотрел, как девушка двинулась к ряду шкафов, и невольно напряг мускулы. Какой ужас, подумал он, таится за их дверями?
Дверь шкафа с лязгом распахнулась. Ренсон подался вперед. В падающем из комнаты свете была хорошо видна неглубокая ниша. И в ней стояло вертикально человеческое тело, с бледной, чуть красноватой кожей и глазами, невидяще уставившимися вперед.
— Номер Четыре, — промурлыкал доктор Тайн, — Превосходный экземпляр! Смотрите!
Он повернулся и подошел к сложному аппарату в другом конце комнаты. Раздался высокий гул, затем что-то зашумело. Между медными проводниками затанцевали искры, засветились радиолампы, пахнуло озоном. И Ренсон с трудом сумел подавить крик. Потому что труп шевельнулся!
Неуклюжими, отрывистыми движениями, подобно роботу, мрачная фигура вышла из шкафа, сделала четыре шага вперед и остановилась.
— Вот так! — воскликнул марсианский ученый, поворачиваясь от клавиатуры. — Сейчас вы видите один из моих инструментов смерти! Я делаю мертвых снова живыми! Созданная мною жидкость заменяет кровь в их венах, сохраняя ткани, но предотвращая окостенение смерти. Все лишние органы удалены. Мне нужны только мышцы, кости и нервы. Пусть пули проходят через тело и голову! Пока они не перережут нервы ног, рук и позвоночника, мои марионетки будут продолжать действовать. Вот смотрите! — Он подскочил и разорвал рубашку на спине Номера Четыре.