Крылатый человек
– Почему вы не сделаете этого? – «спросил Кенлон, поясняя свою «мысль.
Произошла небольшая заминка. Чужак повернулся к остальным, видимо, совещаясь, поскольку последовал обмен ворчаниями и свистами, однако, без перевода. Затем он решительного обернулся к Кенлону, и вновь заработал переводчик.
– Полет туда и обратно займет двести лет, а тем временем плавуны добьются своего и уничтожат крылатых. И это поможет им в достижении их цели – добраться до памяти компьютера в гнезде и, воспользовавшись ей, создать тысячи таких городов» какой у них пока один.
Чужак сделал жест, совершенно не похожий на человеческий, какое-то змееобразное движение тела с изгибом шеи. Кенлон не понял, что это означало, однако, слова были вполне ясны.
– Таким образом, мы вынуждены остаться и захватывать эту планету с тем, что у нас есть.
– Но тогда, – упорствовал Кенлон, – почему бы вам не установить местонахождение компьютера в гнезде и: не уничтожить его?
Вновь последов» чуждый человеку жест, – Компьютер, – сказал Уаз, – создан сухопутами в более поздние времена и основан на научных достижениях более передовых, чем наши – он защищен от любых мер воздействия, которые мы можем применить.
– Но тогда он защищен и от плавунов?
– Несомненно, – согласился чужак, – но после уничтожения крылатых компьютер посчитает себя обязанным служить второй разновидности человеческой расы. У вас нет выбора, человек, вы в будущем и ваш корабль необходим для достижения наших целей. Вы должная уничтожить город плавунов – таково наше требование.
Требование? Где-то в глубине души Кенлон ощутил нарастающий страх.
– Мы, – сказал в заключение чужак», – разрешаем вам вернуться на корабль… – Кенлон облегченно вздохнул. – Мы даем вам продолжительный срок для: рассмотрения наших требований Можете советоваться с другими людьми Когда пройдет достаточно времени, мы потребуем от вас действий. Если вы откажетесь, мы начнем уничтожать другие корабли один за другим в надежде, что это заставит вас одуматься. Если вы, будете упорствовать, мы будем караулить ваш корабль и, рано или поздно, без поддержки других кораблей, настанет благоприятный момент, и мы захватим ваше судно. Можете идти.
Кенлон вышел.
Глава 13К нам приближается геликоптер, сэр, – доложил поздним утром вахтенный с палубы. – Те же люди, что были здесь вчера.
Недоумевающий Кенлон направился наверх. «Неужели снова Клен?» – думал он на ходу.
И не ошибся. Над волнами спокойного сегодня моря медленно направлялся в находящейся в состоянии полвсплытия лодке с чуть поднимающейся над водой палубой маленький коптер. После промозглого, тусклого утра наступил день, в котором облака, несущие мелкие дождевые брызги, чередовались с пробивающимся солнечным светом.
Вскоре Кенлон различил Дорили. И чем ближе подлетал маленький экипаж, тем тревожней он себя чувствовал. Он понимал – отчаявшиеся люди способны на все. Когда до коптера оставалось около ста ярдов, Кенлон решил не делать особых приготовлений, но все же приказал экипажу собраться внизу у люка и быть готовым дать субмарине по команде полный ход.
После угроз чужаков Кенлону уже не казалось, что он чересчур осторожничает. Он знал, что в научном отношении все присутствующие здесь люди превосходят их, и подозревал, что в некотором роде экипаж «Морского Змея» уподоблен дикарям, стоящим с копьями перед дулами винтовок.
Минуту спустя Дорили быстро соскочила на палубу субмарины. Кенлон козырнул. Женщина шагнула вперед и сказала официальным тоном:
– Сессна Клен желает посетить ваш корабль. «Провались ты», – подумал Кенлон.
– Вы имеете в виду… она на… прямо сейчас? – промямлил он.
– Да, она в нижней кабине.
Кенлона охватило какое-то смешанное чувство удивления, опасения и безнадежного расстройства – последнее проистекало от твердой уверенности, что Сессна Клен не примет отказ, а безнадежность – от убеждения, что если она рассердится всерьез, то прикажет обрушить на них всю научную мощь своего времени.
Последние часы его мучила мысль, как объединить всех людей против чужаков Уаз, и его смущение этим неожиданным женским визитом являлось следствием страшного открытия на корабле пришельцев.
Внезапно Дорили взглянула ему в глаза и сказала с дрожью в голосе:
– Не вздумайте отказать. Я не могу вернуться с отказом. Я просто покончу с собой.
Кенлон вдруг осознал, что в ее положении иного выбора нет.
– Но что она хочет? – безнадежно спросил он.
– Она захотела навестить вас после того, как мы увидели вас в воде прошлой ночью, – ответила Дорили. – Она до сих пор не в состоянии поверить, что человек может быть столь храбрым. Мужчины эры Клен… – Дорили поколебалась, – робки, по-моему, ее визит частный. Она просто хочет еще раз увидеться с вами.
Кенлон криво усмехнулся, подумав, что, невзирая на непроглядно-черную ночь, они с товарищами были для остальных как на ладони.
– Вы видели тех, на борту? – поинтересовался он.
– Нет. Судно окружено защитным полем.
– И еще, – продолжал Кенлон, – вы говорите по-английски, не пользуясь переводной машиной. Как это вам удается?
– Когда мы по-настоящему желаем выучить чей-нибудь язык, то не пользуемся переводным комплексом. Мы используем поле – языковая структура как бы впечатывается прямо в мозг. Разумеется, мы не изучаем все языки напропалую, но когда нужен всего один и на порядочное время, приходится учить. Ну, а когда в нем больше нет нужды, мы стираем его из сознания, проходим, так сказать, «деотпечатку».
Кенлон промолчал.
– Конечно, – продолжала Дорили, – в совершенстве чужой язык за короткое время не выучишь, но овладеть минимальным словарным запасом и разговорными навыками вполне можно.
По ее описанию, мировые языки сначала лишились своих корней, потом фонетики, причем не только фонетики в привычном понимании, не только гибкости и ударения, но и акцентов, и интонаций. Со временем изменился и порядок составления фраз. Все это, равно как и корни с фонетикой, теперь исчезнувшие, были записаны и введены в переводные компьютеры с последующим развитием по мере необходимости. Если же компьютер «слышит» язык, не вложенный в его программу, он начинает сравнивать каждое слово с известными корнями и фонетикой, искать связь с похожими обозначениями, и таким образом не только предлагает почти мгновенный перевод чужого языка, но, если разговор продолжается довольно долго, исследует каждый слог и уже по этим звукам программирует себя, вследствие чего немного погодя способен давать простейшие, а затем все более возрастающей сложности ответы на этом языке с отличным произношением.
– То есть, – подытожил Кенлон, – ваши переводные машины не имеют программы английского языка?
– Вот именно, – кивнула Дорили.