Опасный дар
У костра между тем осталась одна Луния, вокруг неё валялись куски разрезанных бронзовых браслетов. Остальные шелкопряды разбрелись в поисках кокосов или прилегли отдыхать на прогретом солнцем песке пляжа. Рысь летала где-то в небе вместе с листокрылами.
Увидев перед собой ледяную, Луния встревожилась и уронила браслет, который вертела в лапах.
– Привет! – хмуро поздоровалась Снежна. – Слушай, ты не могла бы помочь мне с этим кольцом… ну, своим огнешёлком? Не снимается, хоть тресни.
– Вы королева ледяных драконов, да? – Шелкопрядка с вызовом задрала подбородок. – Та самая, что вчера выгнала моих сородичей со своей земли?
– К твоему счастью, – примирительно усмехнулась Снежна, – иначе ваше трогательное воссоединение не состоялось бы.
– Ладно, покажи, – вздохнула огнешёлковая.
Взяв протянутую лапу, она подняла с песка сияющую раскалённую нить и аккуратно провела ею по серебристому краю кольца – раз, другой, третий, – но огонь не оставлял на металле никаких следов. Она нахмурилась и попробовала снова. Жар опалял чешую на лапе, и Снежна едва терпела, к тому же ей были неприятны прикосновения чужачки. Наконец Луния огорчённо пожала плечами:
– Как странно… Прошу прощения, ваше величество, ничего не получается.
Королева отняла лапу и с шипением вгляделась в проклятый опал. Даже огонь его не берёт!
– Не говори никому, ладно? – попросила она.
– Договорились, – кивнула огнешёлковая. – Обращайтесь, если что.
– Если что? – фыркнула Снежна и развернулась, не ожидая ответа.
Устроившись на широком валуне под тенистым деревом, она углубилась в размышления. Солдаты охраны обступили её на почтительном расстоянии, один из них принёс рыбы на завтрак, и Снежна даже не забыла поблагодарить его. Хотя бы один благородный поступок, достойный лучшей из королев, подумала она.
Остальные зачарованные украшения, браслеты скрытности и тиару силы, удалось снять без всяких трудностей, и ничего необычного не произошло.
Снежна всегда думала, что творения ледяных дракомантов – это непременно что-то полезное и выдающееся, как и положено величайшему из драконьих племён. Такое неприятное заклятие больше пристало какому-нибудь ночному!
С другой стороны, ну какой особенный вред от этого кольца? Рысь сама виновата, что переживает из-за ерунды. Во всяком случае, чувствовала Снежна себя прекрасно, даже лучше, чем обычно – хотя, возможно, лишь потому, что давно не видела самодовольной, надменной гримасы тётушки Тундры.
Если на кольце и есть тайное заклятие, то не очень серьёзное: здоровья не лишает и в другого дракона не превращает – ха, пусть только попробует, королева Снежна всегда останется собой! Впустить в королевство подозрительных чужаков оно тоже не заставило. Всё нормально, всё как всегда.
Печаль от дурного сна понемногу уходила. Со своего валуна Снежна могла незаметно наблюдать за Аталой. Шелкопрядка с сапфировыми пятнами на крыльях освободилась от браслета, перекусила горстью фиников, смеясь над листокрылом, которого пойманный краб ущипнул за нос, поспала немного, а потом уселась на песок, устремив взгляд на морской горизонт. Должно быть, вновь переживала за оставленную в Пантале семью. Жаль её, конечно.
А собственно, с какой стати? Королева решительно встряхнулась. Кто такая эта Атала, чтобы её жалеть? Чужачка, да и всё тут!
Дурацкий сон! Да пускай хоть и видение, всё равно.
Перед самым закатом из рощи за спиной послышался шорох кустов и топанье драконьих лап. Обернувшись, королева разглядела среди пальмовых стволов листокрылую, ту самую, что всё хмурилась, собиравшую в мешок упавшие кокосы. За ней шла ещё одна зелёная, но с розовыми прожилками крыльев и такими же полосками вдоль рогов.
– Вчера только прилетели, – лениво убеждала она, – почему ты такая дикая, хуже голодной пантеры? Хотели добраться и добрались, вот и хорошо.
– Мы не прохлаждаться сюда летели, Непентес! – горячо возразила первая. – У нас совсем другие планы. Я не собираюсь так просто отдавать на растерзание свою родину и всех драконов, кто не смог улететь!
Непентес расслабленно пожала крыльями.
– Неужто тебе так жаль терять Крапиву, Белладонну и толпу убогих шелкопрядов? По мне, так всё к лучшему, они не смогут нас больше раздражать, и никакая Белладонна – учить тебя жизни.
– Там осталась королева Секвойя, – свирепо оскалилась хмурая, – а с ней половина тех, с кем мы росли. Наш родной дом захватило злобное чудовище, а мы… Кстати, те самые убогие шелкопряды немало рисковали, чтобы нам помочь!
– Да не волнуйся ты так, – протянула Непентес. – Я только хочу сказать, что здесь куда лучше, чем в наших джунглях, полных хищных растений, или в ульях, набитых четырёхкрылыми. Лучше остаться здесь, освоиться и выбрать одну королеву на всех, листокрылов и шелкопрядов. Думаю, никто не станет возражать против королевы Росянки…
– Ни за что, – зарычала Росянка, – не смей даже заикаться! Моя королева – Орешник. – Бросив взгляд через плечо, она заметила ледяную, лежащую на валуне. Хлестнула хвостом, расправила крылья и взмыла в небо.
Забавно, подумала Снежна. Значит, Росянка? Вот и прямая угроза правлению королевы Орешник! Пока не хочет, но другие рано или поздно убедят.
Точно так же, как многие предпочли бы видеть королевой Хрусталь. Сколько таких, интересно? Может, они её и прячут? Потихоньку собирают войско, сговариваются с ночными… Где же всё-таки Хрусталь?
Снежна ещё размышляла, когда явился стражник и сообщил, что чужаки решили остаться ещё на одну ночь и вылететь в Приют на рассвете. Ясно, перевесило мнение Орешник: королева листокрылов только и делала, что бродила между пальмами, любуясь трепетом широких листьев на морском ветру. Однако Луна горячо убеждала всех, что в Приюте жизнь ещё лучше, там больше деревьев, пищи и воды.
Крайне подозрительно! Нет ли у ночной каких-нибудь коварных замыслов, иначе с чего бы ей так стараться?
Едва стало темнеть, Снежна принялась усердно углублять своё логово, мстительно отбрасывая песок в сторону Рыси. Хватит думать о глупом кольце, никаких больше видений, такова королевская воля! Разум должен подчиниться и видеть только нормальные сны. Вот.
Королева ледяных драконов свернулась клубком, закрыла глаза и тут же мысленно оказалась в чужой чешуе.
Глава 8Она возится одна на кухне, скатывая мясные шарики из антилопы – когда лапы заняты, становится немного легче. Старается не думать о Киновари и о том, что могла бы сейчас вместе с «Хризалидой» бороться за перемены.
Старается не проклинать своё искалеченное крыло.
– Извини, Тау, – шепнула ей тогда Киноварь, пожимая лапы. – Мы ведь уже говорили: когда начнётся драка, тебе нельзя лететь с нами, слишком опасно.