Подкаст бывших

Я качаю головой, чувствуя, как по шее поднимается румянец.
– Я не возражаю. Но если этого не произойдет, – быстро добавляю я, – то все окей. Мы можем просто… пропустить эту часть.
– Ты не возражаешь, – говорит он деловито, щекоча пальцем влажный шелк у меня между ног. – То есть ты не веришь, что я могу сделать так, чтобы ты потекла еще больше, чем сейчас?
– Уверена, что можешь, – выдавливаю я, в то время как он продолжает описывать пальцем мучительные круги. Господи. Не может же он быть магистром орального секса?
Он сгибается, чтобы сперва нежно поцеловать внутреннюю сторону моих бедер. Затем снимает белье, целует под пупком и опускается ниже.
– Против этого ты не возражаешь? – Он крепко держит меня за бедро и начинает медленно работать языком, пробуждая во мне удовольствие. Он засовывает внутрь палец – но только на мгновение, а затем вытаскивает его. Я хватаю его за волосы, когда он делает это еще раз. – Мне перестать?
– Даже не думай.
Он ухмыляется и снова опускает голову. И только когда я уже близка к финишу, он прижимается языком к клитору, задавая ритм, от которого у меня голова идет кругом.
Я хватаюсь за все подряд – его волосы, верхнюю часть уха, простыни. Он не отнимает языка, сосредоточившись на миссии. Я охаю, ахаю и теряюсь в пространстве, а затем кончаю ему на язык, больше не стесняясь собственных криков или людей в соседних квартирах.
– Это, – говорю я, когда обретаю дар речи, – было просто охуительно.
Его рот блестит от влаги, и он улыбается так, словно преподнес мне лучший подарок из всех, что я когда-либо получала. Я жажду большего, беспомощно указывая на столик. Он быстро натягивает презерватив и готовится войти.
– Все хорошо? – спрашивает он в промежутке между тяжелыми вдохами.
– Да, и будет даже лучше, когда окажешься внутри. – Он медленно, медленно просовывает член внутрь и тут же вытаскивает. – Боже, а ты любитель подразнить.
– С моей стороны прозвучит очень по-джентльменски, но поскольку у меня давно не было секса, а от одного вида твоего оргазма я сам едва не кончил, то не знаю, сколько продержусь, – признается он. – В общем, попытаюсь не… ну, ты поняла.
– Я попытаюсь быть менее сексуальной?
Он давится смехом, вновь проскальзывая в меня. Растягивая меня.
– Просто обещай, что дашь мне второй шанс, если я кончу через десять секунд, потому что я бы хотел тебя трахнуть еще примерно двадцатью разными способами.
Иисусе. Никогда я еще так много не разговаривала во время секса. Бывали, конечно, грязные словечки, но не было той открытости, которая есть между нами. Возможности посмеяться. Мы всегда торопились поскорее сбросить одежду, вставить деталь А в отверстие B. С Домиником я на удивление раскрепощена.
– Обещаю, – говорю я, охая, когда он входит в меня полностью.
С ним так хорошо и так правильно, что мне не верится, что мы делаем это впервые. Сперва я заворожена зрелищем того, как он врезается в меня, а затем смотрю на него и притягиваю его лицо к своему, чтобы поцеловать. Мы вместе находим нужный ритм, и он, видимо, замечает, как моя рука опускается между нами, потому что тянется туда своей. Мышцы челюсти и шеи напрягаются, словно он сдерживает себя.
Я выгибаю спину, чтобы впустить его глубже, а он запускает сосок себе в рот, посасывая его, пока я вновь не кончаю. Еще пара толчков, и его тело вздрагивает на моем. Он издает грубый, рваный звук и зарывается даже глубже, чем, как мне казалось, возможно. Я понятия не имею, сколько это длится – знаю только, что абсолютно без сил, когда все заканчивается.
Он отстраняется, стягивает презерватив и завязывает его, а затем уходит в ванную, чтобы выбросить. Я почти сразу же скучаю по теплу его тела, но не совсем уверена, что делать дальше. Я точно не буду здесь спать – это исключено. Останься я здесь на ночь, даже если он попросит меня об этом… я окончательно и бесповоротно окажусь в его власти.
Поэтому я свешиваю ноги с края кровати; застав меня в таком виде, он хмурится.
– Уже уходишь? – спрашивает он. Услышав в его голосе удивление, я жалею, что так быстро собралась уходить.
– Могу и остаться. – Я ложусь обратно на кровать.
– Отлично. – Он ложится рядом, притягивая меня к своей груди. Я утыкаюсь лицом между шеей и плечом, слушая ритм нашего дыхания.
Меня убивает то, как быстро он превратился из сексача в заботливого парня. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой – эта близость, жар его тела, терпкий запах секса.
– Доминик, – начинаю я, – нам нужно об этом поговорить.
Пауза.
– Да, наверное. – Он подсаживается ко мне. Я не хочу говорить об этом в голом виде, поэтому хватаю рубашку. Он, видимо, понимает намек, потому что натягивает боксеры. – Окей, – говорит он. – Давай поговорим.
– Это, – я показываю жестом на кровать, – было в высшей степени замечательно.
– Согласен.
Проблема в том, что я не знаю, о чем говорить дальше. Я не знаю, чего хочу, а он так непроницаем, что я не могу угадать, чего он хочет.
Я молчу слишком долго, и он говорит:
– Может быть, я смогу научиться отношениям без обязательств.
– О, – говорю я, не зная, что думать. – Может быть? – Не могу сказать, что меня совсем не волнует репутация шоу. Возможно, это единственный выход из ситуации.
Он кивает.
– Мы взрослые. И будем действовать аккуратно. Если мы сможем вести себя на работе как обычно, я не вижу причин для того, чтобы прекращать это. – Он делает паузу, бросая взгляд между нами и соединяя свои пальцы с моими. – Если ты не возражаешь.
«Без обязательств». В том, как он спросил, были ли у меня оргазмы от орального секса, не было ничего необязательного. В том, как он сказал, что хочет трахнуть меня еще примерно двадцатью разными способами, не было ничего необязательного. И уж точно ничего необязательного не было в том, как он приобнял меня и начал поигрывать с кончиками волос.
– Без обязательств, – говорю я, пытаясь представить себе, как украдкой касаюсь его на работе и приезжаю к нему домой вечером. – Да. Хорошо. Тогда… тогда нам нужно придумать правила, да? У меня тоже никогда не было ничего подобного, но… я не буду спать с другими.
У него такое лицо, будто эта мысль вообще не приходила ему в голову.
– И я не буду.
Я с облегчением выдыхаю.
– И обойдемся без ночевок, ладно?
– О. Хорошо, – говорит он с другим странным выражением.
– Хорошо, – говорю я, надеясь, что он не слышит нерешительности в моем голосе.
– Хорошо, – соглашается он, сжимая мою руку. – Рад, что мы со всем разобрались.
Но я спрашиваю себя, почему его выбор сразу пал на «отношения без обязательств». Если ему в голову не приходило, что наши отношения могут быть серьезными, то мне нужно позаботиться о том, чтобы такие мысли не закрались в мою. Безопаснее будет просто спать с человеком, который мне явно не подходит. Так я не слишком к нему привяжусь.