Прощение

Хюльдар не ответил, и они сидели молча, пока Эртла не вернулась с чашкой дымящегося кофе и жестким, застывшим лицом.
— Так. Извините, что заставила ждать. — Она села, отпила кофе, поставила чашку, сложила руки на груди и, откинувшись на спинку стула, молча посмотрела на Хёйкюра. Хюльдар скопировал ее позу, но не презрительную усмешку — не хватило таланта.
— Я спросил, можно ли мне идти. Думаю, на все ваши вопросы я ответил. — В глазах Хёйкюра вспыхнула и начала таять искра надежды. — Мне можно позвонить жене?
Эртла протянула руку и включила рекордер. Потом снова откинулась на спинку стула.
— Вы точно не знаете никакого Мёрдюра? — Голос прозвучал монотонно, холодно и тише, чем обычно. — Прежде чем ответить, подумайте хорошенько.
— Не знаю. И я уже говорил вам, что не знаю. — Подозреваемый облизал губы. — Если хотите, могу подтвердить письменно.
— Не беспокойтесь. — Она высморкалась и повернулась к Хюльдару: — Думаю, сюда стоит доставить его жену и дочь. Может быть, они знают Мёрдюра?
— Не больше, чем я. — Хёйкюр тщетно пытался скрыть, как отчаянно он пытается не допустить этого. Лоб его заблестел от пота, глаза нервно забегали.
— Но наверняка вы не знаете, ведь так? — Эртла холодно улыбнулась.
Внезапно что-то переменилось. Мужчина выпрямился, вскинул голову и уже не казался жалким.
— Почему мне нельзя уйти? Почему бы вам не привести этого Мёрдюра и не спросить, знает ли он меня?
Эртла не ответила. Хюльдар знал, о чем она думает. Пора или стоит еще немного потянуть? Ноздри ее затрепетали, но уже в следующий момент лицо успокоилось, вернулось в обычное состояние, и Эртла улыбнулась.
— Боюсь, это невозможно. Видите ли, Мёрдюр мертв. Умер от сердечного приступа. Его доставили в больницу, но спасти так и не смогли.
Допрашиваемый резко выдохнул, но ничего не сказал. Потом подвинул к себе стакан и подержал, словно взвешивая.
— Говорить, что мне жаль, нет смысла, ведь так? Я же его не знал.
— Не хотите узнать, когда это случилось? — Эртла пристально, даже не мигая, наблюдала за его лицом.
— Не понимаю, как это касается меня. — Он снова отвел глаза.
— Приступ случился чуть более недели назад. После этого он слег и уже не вставал до самой смерти. Не повезло, да?
Хёйкюр побледнел. Его кадык конвульсивно дернулся вверх-вниз. Стакан задрожал в пальцах, и он поставил его на стол, а руки спрятал.
— Я его не знал.
— Странно. Видите ли, мне кажется, он знал вас. — Воспользовавшись тем, что Хёйкюр опустил глаза, Эртла взглянула на Хюльдара, подмигнула и хищно улыбнулась. Пора пустить кровь. Она снова повернулась к подозреваемому и подалась вперед. — Начиная с вечера пятницы прошлой недели Мёрдюр не вставал с постели. Это могут подтвердить несколько свидетелей. Он не мог ни сходить в кино, ни нанести визит подростку в пригороде. Понимаете, к чему я веду? — Эртла замолчала и едва заметно кивнула Хюльдару, который мгновенно наклонился через стол, схватил Хёйкюра за подбородок и заставил смотреть на нее.
— У нас есть телефон Мёрдюра. И вот что странно: некоторое время назад вы ответили на полученное от него сообщение. Ответили под фейковым профилем, но не беспокойтесь, мы легко докажем, что он ваш. — Эртла улыбнулась. — Жаль, что вы не знали про его болезнь. И особенно жаль Стеллу и Эйитля. Видите ли, я совсем не уверена, что вы убили бы их, зная, что человек, планировавший взять вину на себя, вышел из игры. Или я ошибаюсь? Вы бы все равно их убили?
Хюльдар видел, как гаснет надежда в глазах Хёйкюра. До последнего момента он внушал себе, что сможет вывернуться, выйти сухим из воды. Но теперь все отходные пути оказались перекрытыми, и ложное ощущение безопасности улетучилось.
Босс объявила об аресте и зачитала права. Сначала на лице мужчины отразилось недоумение, но когда она добавила, что его обыщут и отведут в камеру, он закрыл глаза и расслабился, признавая поражение. Потом снова открыл глаза, поискал в лицах полицейских понимания и спросил:
— У вас есть дети?
Они покачали головами, умышленно придав лицам бесстрастное выражение. Ждать признания оставалось недолго.
 
* * *
Сбежать покурить у Хюльдара получилось только два часа спустя. Арестованный решил не дожидаться адвоката и во всем признался. Советоваться с адвокатом он не стал, хотя это шло вразрез с его собственными интересами.
Полицию такой поворот устроил. Эртла небрежно возразила, но этого было достаточно, чтобы записать на пленку, что она выполнила свой долг. К ее чести, она настояла на том, чтобы Хёйкюр выбрал адвоката, которого следовало должным образом проинформировать. Пока они ждали, подозреваемый проявил готовность поговорить, и со временем стало ясно почему. Дело оказалось сложнее, чем казалось, и перспективы Хюльдара вернуться домой вовремя, чтобы переодеться перед свиданием, постепенно таяли. Слишком много вопросов осталось без ответа. Вот только сойдет ли ему с рук, если он явится в полицейской форме?
Куртка висела на спинке стула, и Хюльдар искал в карманах сигареты, когда проходивший мимо Йоуэль остановился у стола Гвюдлёйгюра. Последний изо всех сил делал вид, что никого из них не замечает.
Йоуэль взял степлер и, повертев его в руках, покачал головой, как будто впервые видел такое чудо технической мысли.
— Ну как, сложилось на троих в допросной?
— Заткнись. — Хюльдар запустил руку в другой карман, где лежала зажигалка. Слушать всю эту чушь он не собирался. — Уберись и не мешай людям работать.
— Работать? А кто тут работает? — Молчание, которым была встречена последняя реплика, задело Йоуэля. — Эй, что это у тебя на куртке? Последняя гомосячья мода? Кто ж это тебя волшебной пылью обсыпал? Эртла? Или подозреваемый? — Он повернулся и заметил блестки на Гвюдлёйгюре. — А… Ну, конечно. Твой персональный педик.
Хюльдар так резко вытащил руку из кармана, что едва не оторвал зацепившуюся за зажигалку подкладку. Гвюдлёйгюр промолчал, только с досадой покачал головой. Хотя Йоуэль и не был в курсе его сексуальной ориентации, в том, что сказанное имело целью оскорбить, сомневаться не приходилось. Мысленно взвешивая варианты, Хюльдар аккуратно положил на стол сигареты и зажигалку. По словам Эртлы, начальство уже определилось с его наказанием. А если так, то еще одно нарушение дисциплины вряд ли что-то изменит.
Подобравшись, он прыгнул на Йоуэля, и в следующий момент оба с грохотом рухнули на пол и покатились между столом и стулом. Каждый удар ослаблял пружину напряжения, и Хюльдар даже не замечал ответных ударов. Постоянные подколки и насмешки переполнили чашу терпения, и накопившаяся злость нашла наконец выход. Такого фантастического удовольствия он не испытывал уже давно.
Немаловажным было и то, что к тому моменту, когда их разняли, победа явно была на его стороне, и несмелая улыбка на лице Гвюдлёйгюра определенно стоила этой потасовки.