Я сама призову себе принца!

Шаг за шагом, не торопясь, в промокших уже насквозь ботинках, скрученной в тугой узел юбке примерно на уровне талии, я брела, стараясь ни о чем не думать. Потому как очень не хотелось вспоминать в такой момент о Земле, чтобы не грустить. А о Ледышке, чтобы не начать ненароком торопиться. Мне нужно быть собранной, внимательной. Да добраться уже наконец до Самахара! Целую неделю буду там на пляже отогреваться и в лес проклятый больше ни ногой!
— Вот бы мне сейчас резиновые сапоги, — пробормотала, прощупав влажную, ходящую под ногами почву, и сделала очередной шажок. — А ещё я бы от вертолета не отказалась, — ещё шаг, — да с пулеметом! Чтобы нечисть всякую расстреливать на подходе. А то — жена… взойдешь на ложе к супругу… новое имя дали! Войти я могу только в анналы истории, как самая непокорная жена. А, кстати, — на мгновение я остановилась, — а я, вообще, женой-то стала? Или раз имя то не произнесла, то до сих пор вольная птица?
Почему-то эта мысль, что могу быть ещё не замужем, меня так обрадовала, что я, сделав неосторожный шаг, провалилась по самое колено.
Сдержав очередной вой, я медленно опустилась на другое колено и, упершись ладонями в землю, начала вытаскивать увязшую ногу. Не сразу, но мне это удалось, и даже ботинок свой сохранила.
— Надо срочно на тракт возвращаться, — пробормотала под нос, выливая из ботинка болотную мутную воду.
— Бульк… — «ответило» мне глухо.
Это произошло столь внезапно и неожиданно, что я до ужаса испугалась. Сердце сжалось на секунду, в голове зашумело. Однако в следующий момент я уже взяла себя в руки и, оглядевшись, увидела в пяти метрах от себя странную черную жижу. Похожая на большого, размером с сенбернара, слизняка, она внимательно смотрела на меня крохотными глазками на длинных «палочках». Перепугавшись странного создания, отступив на шаг, я зацепилась каблуком за мох и, рухнув на попу, застучала зубами.
— Бульк, — снова изрек «слизняк», но не сделал попытки двигаться, продолжая смотреть на меня.
— Бульк? — уточнила я.
— Бульк! — непонятное существо немного растеклось по мху и, закрыв глазки, окончательно утихло.
— Ну вот и поговорили… — выдохнула облегченно, понимая, что «слизняк» нападать не собирается, и я ему вовсе не интересна.
И, не утруждая себя тем, чтобы подняться с земли, начала рассуждать, что делать дальше.
Мне придется сейчас дождаться, когда стемнеет, чтобы точно не встретиться с теми разбойниками, и только тогда выбираться на тракт. А значит, ни о какой ванне и теплой постели сегодня уже не приходится и мечтать. Снова предстоит ночевка в лесу. Утром я зайду ненадолго в город, помоюсь, пополню запасы, куплю новое платье взамен этого, просто убитого, да направлюсь дальше.
Стащив с плеч рюкзак, проверила, что он не промок, и выдохнула облегченно. Достала платок, что дал мне хам, вытерла им грязные ладошки. Да так и застыла на пару минут в обнимку с вещами, глядя вперед невидящим взглядом.
— От чего тебя в этот раз спасать? — донесся откуда-то сзади знакомый до зубовного скрежета, немного насмешливый голос. — Снова… волки?
— Снова ты, — не оборачиваясь, изрекла устало, совсем не удивленная его появлению, потому что на удивление, как и на злость на мужчину за его прошлые проступки, не осталось сил. — Как ты меня находишь? И почему, вообще, привязался? И, кстати, «вызов» оказался не срочным, а ложным. Так что «спасибо» от меня не жди.
    
Глава 9. Мадам Бульк и Владычица болот
— Ложный вызов? — в голосе мужчины мелькнуло удивление.
— Именно, — я обессиленно повела плечами. — Поэтому беги дальше по своим делам. А я занята. И со всеми проблемами я и без тебя прекрасно справлюсь.
— Ты будто обижена на то, что я так спешно покидал тебя в прошлые разы.
— Поверь, ты тешишь своё самолюбие. Я тебе не рада. И, вообще, ты мне мешаешь. Говорю же, я занята.
— Да? И чем же? — послышался всплеск воды, мужчина зло выругался себе под нос, а на моем лице расплылась злорадная улыбка. — Проклятье! И что тебя по лесам-то носит? Ещё и в болото забрела в этот раз. Просил ведь…
— А я о спасении тебя ни разу не просила, — нагло вклинившись в его негодующую речь, хмуро подметила. — И что плохого в болоте? Мне тут нравится. Тихо. Было! Пока ты не пришел. И компания спокойная и приятная. Была!
— Компания? — встав рядом, он посмотрел на «слизня», который, вытянув один глаз, с интересом посмотрел на новое действующее лицо.
— Да.
— И, позволь спросить… Ты с этим разговариваешь?
— Конечно! Подружка моя, — я предельно важно кивнула.
— Бульк! — донеслось не менее веское и значимое.
— Вот! Мы тут сидим, спокойно беседуем, а тут ты. А мы, может, посекретничать хотим. О женской непростой доле поговорить.
— Буль… Бульк!
— Вот-вот! — с трудом сдерживая себя, чтобы не расхохотаться, поддакнула с умным видом слизню. — И я о том же!
— Впервые встречаю разумное существо, язык которого не подвластен для моего понимания, — озадаченно протянул хам, разглядывая мою «подружку» слизниху.
— Всё бывает в первый раз.
— Бульк…
— Именно! — с воодушевлением согласилась я, правда снова непонятно с чем именно я соглашалась.
— Слушай, — красавчик посмотрел на меня и, смерив долгим взглядом, задумался…
— Сегодня я — болотная кикимора, если ты решаешь каким прозвищем «одарить» меня на сей раз.
— Кикимора? Что это значит? — у мужчины взгляд стал ещё более задумчивым.
— Владычица болот. Она самая. Самая важная, главная и отважная. Болотная кикимора собственной персоной, а это, — галантно указав на слизня, продолжила: — моя подружка, отличная собеседница и помощница, мадам Бульк! — мой бред всё набирал обороты, но поскольку за ложь я это не считала, то и краснеть даже не собиралась.
— То королева оврага, то кикимора болотная, — и, по его ехидному тону, я поняла, что он догадался о том, что я над ним подшучиваю. — Я удивлен, что столь знатная персона снизошла до… — тут он почему-то замолчал и резко переключился на другую тему: — Кстати, раз тебе ничего не угрожает, то зачем ты меня звала? — и этот франт, упакованный сегодня в черные брюки и простую белоснежную рубашку, внезапно уселся рядом со мной. Но я, наученная уже горьким опытом прошлых встреч, прекрасно помня, что он любит распускать свои длинные руки, сразу отодвинулась от него подальше.
— И сколько раз тебе нужно повторять, что я тебя не зову! — фыркнула, покрепче прижав к себе рюкзак, прикрывая грудь. — Ты сам зачем-то приходишь. Необъяснимым образом находишь. И совсем непонятно зачем тебе это надо! И, к слову, — кивком головы я указала на влажный мох, — не боишься испачкаться? А то опять тебе на встречу, ты же не чище меня будешь.