Ноктамбула. Пробуждение
– Попалась!
Артем рывком поднял Тайну с пола и приставил ей к горлу зажигалку, так, словно это был нож или пистолет. Вера находилась в таком же точно положении, только Тимофей держал у ее горла живую крысу.
– Вот мы и снова встретились, – произнесла Лена.
Маша, которую она держала за шиворот, притихла и будто бы обмякла.
Тайна скользнула взглядом по дивану, кожаным креслам и двум открытым дверям, ведущим в спальни. Похоже, Кристина ушла, оставив вместо себя уцелевших членов Полуночного клуба.
– Кристина знала, что вы придете, и поручила нам организовать теплый прием, – сообщила Лена. Ее скорпионий хвост угрожающе качнулся в сторону Тайны. – Она хочет получить тебя живой.
– Прекрасно, – сказала Тайна. – Отведи меня к ней. Только сначала отпусти Веру и Машу.
– Отпустить эту мелкую дрянь? – Лена с размаху швырнула Машу на пол.
Девочка отползла на пару шагов и замерла.
– Ты же знаешь, как в нашем клубе относятся к предателям? – прошипела Лена, нависая над Машей. – Знаешь?!
Вопрос повис в воздухе, и Лена произнесла уже спокойнее:
– У нас есть только мы сами. Все остальные – враги. Если мы не будем держаться друг друга, погибнем по одному, ясно тебе? Отвечай!
– Ясно, – пробормотала Маша, глядя в пол.
– Ты же знаешь, что бывает с предателями и перебежчиками? Они спят на полу, им не достается теплой одежды и нормальной еды. Они питаются червями и тараканами. Ты уже забыла, какие они на вкус?
– Не забыла, – сказала Маша.
– Ты у меня месяц на одних отбросах жить будешь, – пообещала Лена.
Артем захихикал, обдав Тайну запахом заварной лапши.
– Вот потеха будет! – по-крысиному пискляво произнес Тимофей.
– Я разберусь с Тайной и этой второй, – Лена кивнула на Веру, – а потом напомню тебе, кому ты всем обязана.
– Я тебе ничем не обязана, – еле слышно произнесла Маша.
– Что? – мягко протянула Лена. – Мне кажется, я ослышалась.
– Я тебе ничем не обязана, – чуть громче повторила Маша.
– Общение с Тайной плохо на тебя влияет, – поморщилась Лена. – Ты забыла, кто тебя кормил? Одевал? Воспитывал? Кто терпел твою глупость и постоянное нытье? Но я готова простить тебя. Честно, я прямо сейчас тебя прощу, пусть мальчики будут свидетелями!
«Мальчики» дружно закивали, при этом козлиная бородка Артема защекотала Тайне ухо.
– Давай ползи сюда и целуй мне ноги, – сказала Лена, выставляя вперед заляпанный грязью ботинок. – Пусть твоя ненаглядная Тайна увидит, какая ты жалкая! И тогда я, так и быть, тебя прощу!
– Я больше не буду делать ничего такого, – проговорила Маша и медленно поднялась с пола.
– Да у нас тут бунт! – Лена сделала круглые глаза.
– Ты не давала мне умереть от голода и холода, потому что я была тебе нужна, – дрожащим от переизбытка эмоций голосом произнесла Маша. – Ты меня использовала.
– А, так ты желаешь, чтобы теперь тебя использовала эта пришибленная? – Лена кивнула в сторону Тайны. – Как будто она тебя искала. Или думала о тебе. То, что вы снова встретились, – это просто случайность. А я всегда была рядом, что бы ни происходило!
Маша бросила короткий взгляд на Тайну, словно пытаясь убедить себя в обратном. Конечно, доля правды в словах Лены была – Тайне и в голову не пришло бы специально искать свою приютскую подружку, и Маша это прекрасно понимала.
– У Тайны есть дела поважнее, чем искать меня, – сказала Маша наконец. – Но я точно знаю, что она никогда меня не использовала!
– Вот как?.. – притворно удивилась Лена. – Не использовала?.. Хочешь сказать, она никогда не просила тебя провернуть один из этих паучьих фокусов, например, чтобы подсмотреть за кем-нибудь?
И снова глава Полуночников попала в точку. Тайна не сомневалась, что Маша не изменит своего мнения, но была вынуждена признать: Лена умело манипулировала людьми.
Вера, в сантиметрах от лица которой скалилась живая крыса, поинтересовалась:
– Долго вы еще выяснять будете? Давайте уже что-то решать!
Лена даже не посмотрела в сторону ведьмы, все ее внимание было сосредоточено на Маше.
– Тайне плевать на тебя, – доверительно сообщила Лена. – Ей нужны только твои пауки.
– Пауки – это часть меня. Если я использовала их, то только чтобы помочь, а не потому, что Тайна меня заставляла. Она бы любила меня даже безо всяких пауков, потому что мы с ней лучшие подруги!
Лена презрительно фыркнула:
– Сейчас разрыдаюсь от умиления!
– Если б я ничего не могла, ты бы давно вышвырнула меня на улицу или просто замучила до смерти, – сказала Маша. – Но… Я могу гораздо больше, чем ты думаешь!
– Ничего ты не… – начала Лена, но вдруг схватилась за горло. Между ее пальцами выступила кровь. – Что это? Больно!
– Твоя ошибка в том, – процедила Маша, – что ты недооцениваешь людей. Я тайком работала со своими пауками, улучшала их. И мне удалось получить очень прочную паутину. Она крепче стали и такая тонкая, что ее почти не видно.
Лена принялась царапать пальцами горло, но тут же вскрикнула, отдернув руки. Кончики ее пальцев были аккуратно срезаны вместе с ногтями. Из ран хлестала кровь, заливая все вокруг.
– Не пытайся порвать паутину, а то без пальцев останешься, – сказала Маша.
– Вот блин, – пробормотал Артем, немного ослабляя хватку.
– Убери… убери ее… – прохрипела Лена, падая на колени.
– Пока ты тут рассуждала, мой паук прополз вокруг твоей шеи, – пояснила Маша, глядя на Лену сверху вниз. – Теперь паутина, которую он сплел, высыхает и сжимается. И будет сжиматься, пока не отрежет твою идиотскую голову.
Лена издала булькающий звук, и на ее горле вздулись кровавые пузыри. Ошейник из паутины уже прорезал гортань, лишив Лену возможности говорить, и теперь, как предполагала Тайна, подбирался к позвоночнику. В этот момент скорпионий хвост поднялся, едва не задев люстру. Тайна отпихнула Артема и прыгнула вперед, сбив Машу с ног. Жало просвистело в сантиметрах от плеча Тайны и застряло в паркете там, где только что стояла Маша. Лена несколько раз судорожно дернулась, пытаясь освободить жало, а потом ее голова отделилась от туловища и, прокатившись метра полтора, застыла посреди комнаты. Тело еще некоторое время оставалось в вертикальном положении, а потом завалилось набок.
Все присутствующие на мгновение замерли. Их взгляды были прикованы к жутковатому предмету, лежавшему посреди номера люкс в луже крови.
– Хорош тыкать в меня своей зверюгой, – сказала Вера, отталкивая Тимофея.
Повелитель крыс без возражений отступил. Двое оставшихся Полуночников переглянулись и молча выскользнули за дверь. Тайна, Вера и Маша остались один на один с обезглавленным трупом.