Переполох в Тридевятом, или Как женить Кощея

— Приятного аппетита! — гордо отчеканила девушка и добавила: — А Серафима как же?
— Она скоро присоединится к нам. — восхищённым взглядом взирая на искусно приготовленные блюда, промямлила Люба. — Ну Настя, да ты просто шеф-повар! Божественные запахи сбивают с ног. Скорее кушать, Василий Леопольдыч!
— Я уже здесь. — отозвался кот с интересом поглядывая на пустую тарелку.
— Ох, простите, сейчас… — пролепетала Настя, суетясь вокруг Кота. — Чего изволите, барин?
— Боже, какие чудные манеры! — довольно замурлыкал усатый-полосатый. — Изволим всё! Голоден, как дикий зверь.
Любаша с интересом наблюдала за общением этих двоих. Такие они милые — оба изо всех сил стараются произвести хорошее впечатление. Точно подружатся!
Медленно и культурно поглощая предложенные ему блюда, учёный то и дело умывался да нахваливал повариху.
Вдруг дверь с громким грохотом отворилась и, возникшая на пороге злющая Сима, испугав кота до полуобморочного состояния, направилась именно в его сторону. Животное от страха несколько раз сменило цвет, спрыгнул на пол и притаился у ног Любы.
— Сим, что стряслось? — спросила её подруга. Но женщина, ничего не отвечая, прошла к столу, уселась и словно на автомате стала закидывать в рот всё, что видит.
Люба, побоялась нарваться на неприятности и тоже принялась за еду. Ничего, сейчас у Симы схлынет гнев и она сама всё расскажет. Но этого, увы, не произошло…
Весь день Сима ходила, словно воды в рот набрав. Ни за столом, ни после трапезы, ни даже когда обе женщины оказались в комнате, в которой проживают с того самого монета, как попали в замок Кощея — Серафима не произнесла ни слова.
Любаша, все же не выдержав тягостного молчания, снова предприняла попытку разговорить подругу:
— Сим, ну что случилось? Расскажешь?
Но та лишь тяжело вздыхала, отводя взгляд в сторону и укладываясь на кровать, сворачиваясь на ней клубочком.
— Сим, — встревожено взирая на подругу, позвала Люба. — Ну расскажи. Не пугай меня так. Что случилось? Этот ирод костлявый тебя как-то обидел?
Серафима снова вздохнула, но промолчала.
— Точно этот гад! Печенкой чувствую! Вот пойду сейчас к этому… этому… злодею! и рожу ему сковородой начищу!
Любаня, набравшись решимости, встала с кровати и уже направилась к выходу, когда за спиной раздался грустный голос Симы:
— Не надо, не ходи.
Люба тут же обернулась и кинулась к подруге:
— Симочка! Сима!
— Люб, не кричи, — поморщилась женщина, чуть приподнимаясь на постели. — Голова что-то заболела.
— Это все из-за Кощея! — заключила кухарка, сжимая руки в кулаки. — Точно из-за него!
— Из-за него, конечно, только сейчас до жути не хочется разговаривать. Люб, давай спать.
— А завтра расскажешь, — полюбопытствовала кухарка, — почему так расстроена?
— Не знаю, может, и расскажу… — тихо шепнула Сима и демонстративно отвернулась к стене.
Наутро женщины встали рано. Быстро умылись в специально отведённой для этого комнате, привели себя в надлежащий вид. Серафима одела свой новый красивый сарафан, что не осталось незамеченным подругой, которая большую часть утра потратила на причёску. Лишь через некоторое время, когда они посмотрели друг на друга и остались полностью довольны, отправились на кухню.
— Утро доброе, Василий Леопольдыч! — приветливо улыбнулась, слезающему с печи коту, Любаша. — Как спалось на новом месте?
— Шшшикарно! — смачно позевнув, отозвался котейка. — А где у вас тут, простите, отхожее место?
— Какое, какое место? — недоумевая, нахмурилась кухарка, замешивая тесто на тыквенные оладьи. — Туалет что ли?
— Ну, это… — переминаясь с ноги на ногу, сконфуженно мяукнул учёный. — хотя бы землицы клочок.
— Сима, проводи нашего друга во двор. — между делом кинула Люба и продолжила готовку.
Подруга же, без предупреждения пошла на улицу, лишь на минутку задержав дверь открытой, в которую тут же, вытаращив глаза, стрелой рванул пушистый питомец.
— Иди, Васька, тут земли хоть обо… отбавляй. — лениво проговорила Серафима, всё так же витая где-то далеко от житейских проблем.
— Прошу прощения, моя тонкая душевная организация не может себе позволить справлять, так сказать, физические потребности при постороннем человеке. — уже откровенно зажимаясь пробормотал кот, но Симка, демонстративно уставилась на страдающее животное и довольно подбоченилась. — Отвернись, женщина! — завизжал бедолага, и стал в панике бегать по двору в поисках укромного местечка.
— Ладно, — усмехнулась Сима и, махнув рукой, ушла обратно в кухню к подруге, на всякий случай, оставив дверь приоткрытой.
А Люба уже вовсю сновала по маленькой кухоньке, отдавая ещё толком не проснувшейся Насте ценные указания:
— Давай-давай, нече мне тут, как сонная муха по кухне ходить, шевелись! Скоро Кощей проснётся, а у нас завтрак не готов.
— Да он же всё равно спит мёртвым сном, — попыталась оправдаться Настя, беря в руки огромную чугунную сковороду и ставя её на печь. — Зачем торопиться?
— Как это зачем? Как, зачем? — встрял в разговор довольный Васька, заходя на кухню и усаживаясь на лавку. — А я? Меня же с утра еще не кормили — так и с голоду помереть не долго, а я, между прочим, не абы кто, а Кот Ученый! Мне еще вас всех грамоте да уму-разуму научить нужно! — Важно заявил он, начав вылизывать большим шершавым языком переднюю лапку, при этом все время косясь на молчаливую Серафиму.
— Подожди, Василий, вот приготовим, так и накормим, — улыбнулась Любаша, заводя жидкое тесто на оладьи.
— Ладно, — смилостивился пушистый зануда, — так и быть, подожду, но это, пока готовится завтрак. Пусть мне эта, — он кивнул на Симку, — молочка да сметанки принесет — нужно червячка заморить, а то сил нет. Вон, уже круги перед глазами пошли! Ой, кажется, я умираю! — картинно заваливаясь на бок и прикладывая лапищу ко лбу, проныл кот.
— Симулянт, — хохотнула Люба, не поддаваясь на хитрость Василия.
— Ой, плохо мне! Плохо-о-о! — простонал он, прикрывая глаза.
— Вот, уважаемый Василий Леопольдович, угощайтесь. — мило улыбаясь, произнесла Настя, ставя перед котом одну миску с молоком и другую — со сметаной.
Васька, тут же забыв про свой обморок, подпрыгнул и уткнулся мордой в сметанку, довольно причмокивая.
— М-ням-ням, вку-усно-то как, ням-ням. Хорошая, ням, девочка, уважает, ням, меняу, ням-ням.
Люба и Настя, умиленно наблюдали за Васей, в то время как Сима, не обращая ни на кого внимания, была погружена в свои грустные мысли, связанные с Кощеем.
    
Глава 20
Странная ситуация.