Переполох в Тридевятом, или Как женить Кощея

— Так точно! — словно солдат на плацу, отчеканила она. — Э-э-э… то есть, замётано! — вновь стушевалась женщина.
— Где мои яблочки? — неожиданно медовым голоском пропела Яга, протягивая к ней костлявые ручонки. — Отдай их!
Женщина точно парализованная, уставилась на старуху, медленно достала из сумки два яблока и протянула их Яге, стараясь достать третье.
— Стой, Сима! — крикнула подруге Любаша, забирая протянутый ведьме фрукт. — Это персик, а не яблоко.
— Персик? У вас есть прекрасный персик? Дай, дай его мне, ну пожалуйста… — заскулила бабка, дрожа всем телом и причмокивая губами. — Стану молодой и красивой, к водяному в невесты подамся. Давно мечтаю…
— Вот это планы. — тихо прошептала Сима, а в слух выдала: — Кот!
— Персик… — парировала Яга.
— Кот. — настырно выдвинула ультиматум женщина, неожиданно смело задрав подбородок.
— Так и быть, твоя взяла. Как не стыдно оббирать старушку?! — попыталась пристыдить Симу ведьма. — Забирай этого умника, да токма смотри, есть у няго слабость одна — мышей как огня боится, как увидит — в обморок падает, а после, двое суток ерунду всякую мелет.
— Вылечим бедненького. — довольно заулыбалась Люба, а Сима тем временем вручила предприимчивой старушке, последнее яблоко и персик.
Солнце уже начало клониться к закату…
От немыслимых пируэтов Яги женщины, сначала остолбенели, а затем, усевшись на скамейку, стали с интересом наблюдать. Ведьма, не смотря на старость и боль в спине, прыгала и плясала.
— Эх топни нога, да притопни друга, скоро будет молодою ваша Бабушка-Яга! — присвистывая беззубым ртом, напевала старуха. — У кощея яблок много, что один не смог сожрать. Не по силам с девкой сладить — надо ведьму вызывать!
— Ой, Сима, кажется, она о тебе поёт. — восторженно взирала на веселящуюся колдунью Любаша. — Смешная такая…
— Ага, смешная, когда спит зубами к стенке. — ответила подруга, нервно крутя в руках пузырёк с зельем. — Кстати, устала смертно, подремать бы где…
— Ой, смотри, кажись, Яга яблоко кушать собралась. Ну как кушать? Грызть… дёснами… — не сводя с ведьмы глаз, изумилась кухарка. — Ишь ты, как она ловко с первым-то управилась!
Вцепившись в волшебный фрукт двумя крючковатыми руками, старушка жадно вгрызалась в ярко-красный бочок, при этом громко покряхтывая да смачно причмокивая.
— Вкусно-о-о-то ка-а-ак! Всю жизнь мечтала… Аромат-то какой неповторимый. — постанывала она от удовольствия. — Ну, девки, коли обманули старушку — сгною в сыром подвале, а кости волку отдам, пущай играется, а коли нет — награжу, как сестёр родных.
Так, яблочко за яблочком и схомячила Яга чудесные фрукты, а персиком прикусила.
— Всё! — довольно выдала бабка, выплёвывая на траву большую фруктовую косточку. — Спать пора — утро вечера мудренее. Вам постелено в предбаннике, да смотрите, раньше зорьки не вставайте, да в лес не суйтесь — мало ли кака чертовщина приключиться может. А я спать!
Бодренько вскочив на тонюсенькие ножки, хозяйка мгновенно скрылась за дверью избы, и тут же на всю округу разнёсся громогласный храп.
— Ой, Люба, да разве ж тут уснёшь? — затыкая уши, провыла Серафима, направляясь в сторону бани. Подруга, ухохатываясь, семенила следом.
Войдя в предбанник, и плотно закрыв за собою дверь да заперевшись на засов, женщины с удивлением обнаружили, что находятся в полной тишине.
— Господи, хорошо-то как. Сим, тут видать звукоизоляция получше, чем в нашей хрущёвке-то будет. — хохотнула Люба, залезая на палати.
— Надеюсь… Как-то этот богатырский храп не вяжется с маленькой, правда и злобной, старушкой. — недовольно проворчала Фима, укладываясь рядом с подругой.
— Спокойной ночи! — прошептала Любаша и мгновенно заснула, мирно сопя в подушку. Подруга же, прежде чем задремать, некоторое время ещё наслаждалась блаженной тишиной, такой плотной, что даже сверчки не стрекотали и ветер не шелестил листочки.
Громкий гортанный звук неожиданно разорвал ночную тишину.
— Что это? — завопила перепуганная Люба, резко сев на постели.
— Я убью эту шавку блохастую, если сейчас же не заткнётся. — простонала полусонная Сима, укутываясь с головой в одеяло и вновь проваливаясь в сон.
— Угу… — вторила ей, задремавшая подруга.
Сима, находясь в полудреме, заворочалась, получше укутавшись в одеяло, но что-то не давало расслабиться — ощущение, будто кто-то неотрывно за ней наблюдает. Засунула голову под подушку — не помогло.
— Черт! — недовольно проскрежетала она, окончательно выныривая из сна.
Рядом слышался мерный сап подруги, довольно причмокивающей во сне. Интересно, она там что, ест, что ли?
Симка вытащила голову из-под подушки и посмотрела на Любашу. Ну точно! Губами причмокивает да улыбается во весь свой зубастый рот.
Через маленькое окошечко, что выходило во внутреннюю часть двора старой ведьмы, только-только забрезжил рассвет. "Скоро нужно будет выдвигаться". - с некоторой ленцой подумала Сима, потянувшись до хруста в косточках.
Повернулась на другой бок и… В горле застрял крик ужаса! На нее из дальнего угла, сверкая глазами, смотрело нечто! Огромная лохматая голова, хищный оскал и, кажется, капающая изо рта слюна. Увы, но толком не разглядеть — в помещении еще довольно темно.
Неведомое чудовище заворочалось и, не спеша, двинулось в их с Любаней сторону.
— А ну, стой! — рявкнула Сима, подпрыгивая, точно ужаленная и натягивая одеяло до груди.
Нечто остановилось и выдало незнакомым, но довольно приятным женским голосом:
— Ты чаво так орешь, полоумная? Подругу свою разбудить хочешь?
Сима недоумевающе поморгала и отрицательно покачала головой. Незваная гостья стала приближаться и, оказавшись совсем близко, произнесла:
— Чаю хошь? Мне чаво-то не спиться совсем. Токмо яблочки-то с персиком зажевала, так и энергии прибавилось. Аж жить захотелось!
— Ядвига? — шокировано поинтересовалась женщина, не веря своим глазам.
На нее, сверкая яркими зелеными с золотистыми вкраплениями у радужки глазами, смотрела молодая и очень привлекательная женщина лет тридцати. На голове копна пышных кудрявых волос цвета воронова крыла, волной спускающихся вдоль спины до самой зад… э… пятой точки. На лице довольная улыбка и легкий румянец на щечках.
— Ну кто ж еще? — произнесла Яга, довольная произведенным эффектом. — Подымайся, а то мне одной скучно.
И она, выпрямившись в полный рост, из-за чего оказалась ничуть не ниже обеих подруг, виляя стратегически важным местом, направилась к выходу из предбанника.
Сима, ошарашено провожая преобразившуюся Ядвигу, отметила, что фигурка-то у той такая, что любая красавица позавидовать может. А волосы!.. Мечта! Пышные, кудрявые, длинные и невероятно притягательные!