Гимназистка. Клановые игры

Поскольку Николай уже нигде не учился, сейчас подруга беспокоилась точно о себе. И то сказать: единица по математике никуда не делась и требовала хоть какого-то отвлечения. Подруга наверняка рассчитывала, что при мне её не будут распекать. Но одного она не учла: если родители, как и сама Оленька, посчитали, что дуэль случилась из-за меня, то на семейном ужине от меня ничего не останется. Уверена, Хомяков не только не приструнит Волкову, но и поспособствует моему загрызанию.
Но Оленька о таких материях не переживала и по приходе к себе в комнату сразу предложила сделать домашнее задание вместе. То есть делала, разумеется, я, но в этот раз бездумно подруге переписать не дала, только после того, как убедилась, что она всё поняла. Ничего другого мы не успели, так как пришла солидная хомяковская горничная с напоминанием о том, что время ужина и нас все ждут внизу в столовой.
Поздоровалась я с родителями Оленьки с некоторой опаской. В прошлое моё посещение этого дома они отнеслись ко мне с явным благоволением, но и сегодня на их лицах не было неприязни. Забавная парочка: невысокий, упитанный и жизнерадостный Пётр Аркадьевич и сухощавая выдержанная Анна Васильевна, возвышавшаяся над мужем на полголовы. Было видно, что этих двоих связывает не только брак, но и любовь, и что они очень счастливы. Счастливые люди всегда красивы, но всё же хорошо, что Николай пошёл ростом в мать.
Петенька Волков, круглолицый и голубоглазый, уже сидел за столом, важный, как генерал на свадьбе, что не мешало ему быстро работать ложкой. Действительно, ужин — дело серьёзное, поговорить можно и потом. Остальные не ели, наверное, ждали нас.
— Извините, извините, извините, — затараторила Оленька, потянула меня за руку и почти силком усадила за стол. — Мы отвлеклись, решали задачки по математике, а они такие сложные, что ужас. У нас системы уравнений. Скажите на милость, зачем они мне понадобятся? Где я буду эти системы использовать? Нигде. Лучше бы больше уроков словесности сделали.
— Кому нужна ваша словесность? — скривился теперь уже Петенька. — Стишки, басенки. Фу. Никакой практической пользы. Не то что математика.
Они громко заспорили, в разговор включились родители, убеждая обоих отпрысков в необходимости всех изучаемых предметов. А я вдруг поняла, что мне срочно нужно обучаться магии. Получается, только она — залог моей безопасности.
— Лиза, о чём вы задумались? — весело спросил Хомяков-старший. — О том, какие предметы можно безболезненно изъять из гимназического курса?
— Скорее, какие в неё можно срочно добавить. — И в ответ на вопросительный взгляд пояснила: — Мне необходимы дополнительные занятия по магии.
— Боевые плетения вам всё равно не дадут, — заметил Николай.
— А защитные? — заинтересовалась я.
— В гимназии положены только бытовые, — чуть насмешливо сказал Пётр Аркадьевич. — Простите, Лиза, но вам их достаточно, не с вашим уровнем магии учить что-то серьёзное. Запаса не хватит.
— У меня он резко увеличился и растет, — пояснила я. — Владимир Викентьевич со мной занимается, но мне этого недостаточно.
Хомяков-старший бросил короткий, но очень заинтересованный взгляд. Как ни странно, но, кажется, Оленька никому в семье не проговорилась обо всех моих изменениях после покушения, только о потере памяти.
— Да, он вам много времени уделять не может. Были бы вы в клане, непременно пригласили бы учителя.
Не знаю почему, возможно, после неосторожных нападок Юрия на Николая, но мне в этих словах показался намёк, что, если я попрошусь в их клан, меня непременно примут. В пику ли Рысьевым, или из-за увеличившегося уровня магии — для меня разницы не было. Я не горела желанием связываться с кланами: сначала нужно разобраться, чем мне это грозит и не перевесят ли минусы плюсы.
    
Глава 12
Оленьку не отпустили провожать меня. Глава семейства проворчал: «Знаем мы ваши проводы, барышни. Пока не наговоритесь — не расстанетесь, а у вас ещё уроки на завтра не сделаны», но вид у него был столь хитрым, что даже мне стало понятно: главная цель — не оставить дочь дома, а отправить меня вдвоём с Николаем. Провести, так сказать, рекламную акцию под лозунгом: «Переходите к нам. У нас есть печеньки». То есть не печеньки, конечно, а блестящие кавалерийские офицеры. Кавалерийские ли? Я задумчиво посмотрела на погон своего спутника. Что-то, несомненно, эти значки означают, поскольку у Рысьина были совсем другие, но что? Конечно, можно спросить самого офицера, но у меня были куда более важные вопросы, чем выяснение его рода войск.
— Николай, а можно у вас узнать что-то о кланах? — неуверенно спросила я. — Или это тоже вопрос из раздела неприличных?
— Почему неприличных? — он повернулся ко мне, полностью перестав наблюдать за дорогой. Впрочем, при таких скоростях авария нам всё равно не грозила. — Скорее, общеизвестных. А что вы хотели узнать?
— Понимаете, Николай, мне со всех сторон твердят, что без клана я пропаду, а что он вообще даёт?
— Как что? Полную поддержку. Например, если вы собираетесь обучаться дальше, клан оплатил бы за вас весь курс, предоставил бы работу. Хорошо оплачиваемую работу.
— Моя мама работала на военное ведомство, не на клан, — припомнила я. — Хотя, насколько я понимаю, ни она от клана, ни клан от неё не отказывались. Кстати, военный целитель, который ко мне приходил, говорил о возможности целевой стипендии для меня.
— Которую вы будете отрабатывать в забытых богами местах, — предупредил Николай. — Лучше взять кредит в банке на учёбу.
Он опять повернулся ко мне и чуть скептически приподнял бровь. Наверняка подумал, что кредит мне вряд ли дадут. Разве что под обеспечение квартирой? Но кроме платы за учёбу, нужно ещё на что-то жить. Положим, квартиру я могу сдавать…
— А есть варианты не платить за обучение? — заинтересовалась я.
— Есть. Окончить гимназию с медалью и похвальным листом за поведение.
Я задумалась, насколько реален этот вариант. К сожалению, итог зависел не только от меня, но и от гимназического начальства, которое может не захотеть признать мои успехи. Кроме того, вдруг получение медали зависит и от успехов прошлых лет. Насколько я поняла, они были очень скромные. Или от благосклонности Рысьиной? В любом случае в этом уравнении слишком много неизвестных, чтобы его можно было решить с ходу.
— А клан в забытые богом места отрабатывать вложения не отправляет? — на всякий случай уточнила я.
— Зависит от условий, на которых вы в него входите.
— А на каких условиях в него можно входить? — заинтересовалась я.
— Вам? На весьма невыгодных. Ведь это вы будете проситься в клан, а не клан вас приглашать. Как кадр вы не очень ценны: оборот вам недоступен, магия слабая.
— А самый невыгодный вариант — это клятва полного подчинения, как я понимаю?
— Правильно понимаете, — кивнул Николай, в этот раз не отрывая взгляда от дороги. Наверное, потому, что уже темнело. — А что, вы куда-то уже просились?