Домовая любовь

левый рог у него старый, потрескавшийся,
правый новенький, гладкий, коричневый.
Я отряхну от земли звериную морду и спину,
обниму лося, выпущу в лес за калитку,
тогда всё пройдёт, и война пройдёт.
Я выращу лося,
по ритуалу осталось только полить,
только полить.
В моих слезах ДНК Юры —
это должно сработать,
но я не могу заплакать,
совсем не могу заплакать,
наверное, потому, что я на таблетках,
ни одной слезы,
или потому, что плакать надо было раньше.
Роговая ладонь тянется в центр земли,
ни одной слезы.

Я – Жня!
Посмотрите, что тут есть у меня:
мёртвые дедушка и бабушка,
мёртвый Юра,
война,
Платонов,
голова женщины-с-пальчик,
свежий культурный слой,
прежний культурный слой,
Эс-эн-тэ,
Кузнечики,
рог,
непророщенный лось,
в многоэтажках человечики.
Дача-дача,
ча-ча-ча.

Что посеете,
то и пожнёте.

Конец