Студент(ка) в Академии льда

— Эй, ты ничего не попутал? — раздается басовитое сверху и я испуганно ойкаю, резво спрятав свои шаловливые ручки за спину. — Дэн! Это еще что за недоразумение?!
Медленно поднимаю глаза вверх и буквально пропадаю для всего мира. Потому что прямо передо мной стоит, ехидно ухмыляясь, настоящий аполлон. Флибустьер. Властелин Карибского моря. Морской разбойник. Демон. Отец всех пороков и повелитель всех соблазнов. Лев, главный в прайде. Притаившийся дракон.
В груди все переворачивается.
    
#красавец на пороге
Смуглое лицо флибустьера невозмутимо и бесстрастно, только на красивых губах играет жестокая и ехидная усмешка. Высокие скулы, тень синевы на щеках. Волевой подбородок, высокий лоб, крупный, орлиный, но не массивный и не крючковатый нос. Черные густые брови вразлет, внешние концы чуть приподняты, что придает пирату еще больше сходства с дьяволом.
Густые черные волосы коротко подстрижены, и на висках и концах будто чуть выгорели на солнце, что пирата необыкновенно украшает. Но самое главное — глаза. Холодные сапфировые глаза, в глубине зрачков которых тлеют адские уголья. Насмешливые и равнодушные глаза демона, которому погубить бессмертную душу Кэндис Стар раз плюнуть. А аромат? Я втянула, зажмурившись, запах этого молодого человека. Боже, как прекрасно пахнут эти красавцы — заклинатели льда! Немного морозом, чуть-чуть бергамотом, сандалом и дубом, и совсем капельку — апельсином. Будоражащая смесь!
Дьявол усмехается, поправляет расстегнутый на груди бомбер, который начал скатываться с огромных плеч под весом тяжелого рюкзака за спиной, и говорит своим прекрасным, тягучим, как патока, мягким, как мед, шелковистым, как крылья бабочки голосом:
— Эй, мелюзга! Чего встал на дороге?
Что? Мелюзга? От удивления у меня перехватило дыхание в горле, запершило, забулькало негодованием. Да, у меня невысокий рост, но и не самый низкий на потоке!
— Вообще-то я теперь живу здесь, — гордо вскинула подбородок вверх.
— Дэээн? — вопросительно тянет этот повелитель всех драконов, глядя поверх моей головы, обращаясь к качку в комнате за помощью.
— Да, это наш новенький! — откликается Дэн, которого я уже мысленно окрестила белкой за любовь к орешкам.
— Окей, новенький, — с сомнением оглядывает мою сжавшуюся фигуру современный Аполлон. Отходит в сторону. — Ну, иди, проходи.
Я тут же делаю шаг вперед, ругая себя всеми словами, какие только знаю, за эту глупую авантюру, в которую по доброй воле ввязалась.
— Стой! — его оклик звучит как призыв иерихонской трубы, звуковой волной ударив меня в съежившуюся спину. — Не удивляйся моему вопросу…Но…
Медленно поворачиваюсь вокруг своей оси, зажмурившись, испугавшись того, что может сказать этот молодой человек. В глазах его я прочитала интеллекта побольше, чем у безалаберного Дэна, и потому ожидаю сейчас всего, чего угодно. Особенно того, что он-то сейчас и рассекретит мое представление, поняв, что перед ним совсем не парень.
«Кэн…вы — женщина?!!!!» — пронеслось в моем воспаленном мозгу.
— Но…это твой чемодан стоит на дороге? — он показал взглядом на мой розовый Кваттро Смарт. Сглотнув, киваю утвердительно.
Ну ты, Кэндис, и дура! Так проколоться после целого собеседования, которое с честью и достоинством выдержала! Моя внутренняя девочка закатывает глаза, поняв, что перед посещением квартиры парней я продумала все до мельчайших деталей, кроме одной: средства передвижения! Ну какой парень по доброй воле сядет за руль розовой малолитражки?!
Он хохочет гулко, раскатисто, а потом качает головой:
— Ну, если твои яйца не жмет эта игрушка, то почему бы нет!
— Хам! — не выдерживаю я. Обзываться и обижать мою розовую маленькую машинку-то за что? Да, она не выглядит покорителем прерий, да, она может заглохнуть на светофоре, да, не все подъемы ей по плечу, но все же она — яркое и розовое воплощение дерзости. Мофь, фила, ярофть! Спросите у любой девчонки с моего потока, кто самый дерзкий на дороге, и все покажут на эту надежную, как кувалда, малышку. Сотрудники автослужб вообще не обращают внимание на нее, потому что думают, скорее всего, что это едет продуктовая тележка из супермаркета.
— ЧТО? — от удивления моим выпадом он округляет глаза. Видимо, этому красавчику никто и никогда не говорил таких слов в лицо. Моя внутренняя девочка буквально припечатывает ладонь ко лбу, оставив там приличный отпечаток руки, демонстрируя «фейспалм» — если этот качок решит мне сейчас надавать за обзывательства, то мне еще не скоро понадобится комната в этом прекрасном доме, и скорее всего, я просто пролежу в больнице, в отдельной палате, всю свою жизнь.
— «Хаммер» в ре-ре-ремонте! — нахожусь я, благодаря подсознание за своевременную подсказку.
«Хаммер!» «В ремонте!». Вот я, конечно, выдала!
    
#мысли Брэндона
Учебный семестр в этом году обещает стать одним из самых напряженных — игру с Чикаго Блэкхоугс из Йелля поставили буквально в первый месяц учебы. Держу пари, это сделано для того, чтобы мы поняли: во время летних каникул нельзя расслабляться, а только работать, работать и еще раз работать.
Но мне этого говорить не нужно.
И без того каждый мой день, каждый час моей жизни насыщен хоккеем. Эта игра в моей крови. В моих мыслях и в моем сердце.
Если маменькины сынки в академии магии из Лиги Хмеля молятся о том, чтобы стать заклинателями льда и воздуха, и владеть силами, управлять стихией, то я думаю только о том, что хочу попасть в НХЛ.
Этот год — последний в обучении магии, и весь год за нами будут наблюдать агенты из фирмы национальной хоккейной лиги. Сюда приезжают только самые-самые проверенные люди или маги, потому что не каждому человеку дана возможность оказаться в академии магии. Не потому, что это противоречит каким-то договоренностям, а только потому, что не все студенты могут держать свои руки в узде и не попытаться поколдовать. Не всегда это безопасно.
Стучу клюшкой по льду и слушаю, как отзывается лед. Заклинатели льда хорошо чувствуют воду, и именно поэтому у нас такая сильная хоккейная команда. Ну и потому, что тренер — Пэт Бриссон — готов содрать с нас по десять шкур ради победы, конечно.
Лэндон проезжает мимо и показывает глазами вперед. Думаю, что знаю, на что он указывает. Этот жеребец готов продать собственную почку ради очередной возможности потусоваться с девчонками. И пропустить только что поступивших в академию первокурсниц он явно не сможет.
Видимо, их как раз ведут с экскурсией к ледовой арене, где мы тренируемся. Только этим можно объяснить то, почему Дэн вдруг начинает яростно выписывать круги на льду, демонстрируя свои умения держаться на коньках. В огромной форме нашей команды это выглядит устрашающе…и немного нелепо.
Поправляю на голове шлем. В нем немного жарко, пот струится по лбу и готов покрыть глаза, но я не снимаю его. Хоть тренировка и длится уже сто пятьдесят минут, не думаю, что тренер сжалится над нами и отпустит раньше.