Право на жизнь

Не спасал и натянутый над головой тент. Наоборот, мне казалось, что меня засунули в раскаленное горнило и медленно пропекают до хрустящей корочки. Ехавшим верхом алым приходилось не лучше. Захвативший материк аномальный зной мог вскипятить даже горячую кровь южных драконов. Что говорить про человека.
— Проснулись? Хотите воды?
Охотник едва заметно кивнул: не движение, намек на него. Несмотря на заклятия и зелья, Йорк был все еще слишком слаб. Я помогла мужчине приподняться, поднесла к губам флягу. Тот сделал два осторожных глотка и отвернулся. Остатками я смочила тряпку и обтерла влажные от пота лицо и плечи.
Духота стояла последние дней десять, незначительно спадая только к вечеру. Пару раз за это время накрапывало, но мелкая морось едва увлажняла раскаленную землю. Чтобы спасти засыхающие поля и сады, напитать почву водой, нужен был хороший ливень. А лучше затяжной дождь на несколько дней… лучше для урожая, но не для спешащей к месту последнего сражения эссы: по размытой дороге старая разболтанная повозка пойдет еще медленнее. Без телепортов путешествия на далекие расстояния превратились в на редкость долгое и утомительное занятие.
— Надейся на чудо! — продолжил раненый, собравшись с силами. — Именно это он мне посоветовал, прежде чем нас бросили тем тварям. Тогда я решил, что он просто издевается.
Я сосредоточилась, формируя заживляющее заклинание. Раненых охотников мы, договорившись о призоре с местными жителями и травницей, оставили в одной из деревень неподалеку от пещерного святилища — всех, кроме Йорка, чью жизнь во многом поддерживала моя магия. Присутствие егеря замедляло передвижение, но дожидаться, пока угроза минует, мы тем более не могли: когда войска Альтэссы двинутся на штурм древней столицы, я должна находиться подле Харатэль, чтобы защитить сестру и ее воинов. Самому раненому бесконечная — с раннего утра и до поздней ночи — тряска тоже не шла на пользу. Так что везти с собой Йорка было дурным решением, которое не радовало никого. Но другого не нашлось.
— Забавно устроена жизнь. Ни за что не угадаешь, с кем придется поменяться местами. Моя охота завершена, верно, эсса?
Поменяться местами — это он наше знакомство имеет в виду или Рика? Взгляд егеря был прикован к перебинтованной правой руке, на которой не хватало трех пальцев. Вернуть их ему я, к сожалению, могла, как и полностью залечить порванные связки: в лучшем случае обойдется без костылей, но сильная хромота останется до конца жизни.
— Мне всегда везло, хотя в моей карьере было немало опасных передряг. Но это везение, как правило, обуславливалось точным расчетом, привычкой оценивать риск и продумывать свои действия заранее. Знаете, я совершил только две непростительные ошибки. Вторую — месяц назад, когда обвинил в предательстве перед Ложем невиновного человека, — Йорк сморгнул и после небольшой паузы бесстрастно закончил. — Его казнили.
— А первая?
Вмешиваясь в разговор, в повозку на ходу запрыгнул Крис. Охотник изобразил подобие усмешки.
— Если верить моей матери, когда вступил в Братство. Бескомпромиссная, волевая женщина. Привыкла добиваться своего и все за всех решать сама. Нас у нее было двое сыновей, и каждому она расписала карьеру и семейную жизнь от и до. Приготовила теплое местечко сначала в городском магистрате, а затем и в родне градоправителя с прицелом впоследствии стать его преемником.
Йорк ненадолго замолчал, собираясь с силами и мыслями.
— Я сбежал сразу, а братишка виновато тянул эту лямку двадцать с лишним лет. Представьте, эсса: главный судья, один из богатейших и влиятельнейших людей города, едва похоронив матушку, скрывается в неизвестном направлении, оставив в утешение супруге львиную долю имущества. Говорят, в последний раз его видели на восточном тракте: брат с детства грезил о Великой Библиотеке.
Болтовня утомляла Йорка. Но прерывать раненого я не спешила. Жара и монотонная дорога навевали уныние даже на меня, хотя я в любой момент могла одолжить у сопровождающих лошадь или пройтись пешком. А спелёнатый, точно кукла, человек не был способен толком пошевелиться.
— Да уж, отличная вышла шутка. В итоге мы оба не оправдали ожиданий. А ведь мог бы сейчас дремать в бархатном кресле, покрикивая на нерасторопных помощников, по вторникам и четвергам посещать деловые обеды местного начальства, по средам и субботам — любовниц, а в воскресенье выгуливать на званых приемах опостылевшую еще до брачной церемонии жену.
— Жалеете?
— О чём? Что не потратил кучу лет, прежде чем понять, что жизнь слита в выгребную яму? Нет. Но мы так и не помирились. Представляю, как матушка злорадствовала бы, увидев меня сейчас, — в тусклых больных глазах отразилось выжженное солнцем небо. — Отсутствие смысла убивает, эсса… а еще бесполезность. Угроза не устранена. Главный бой впереди, и я привык работать, а не изображать полено.
— Что они искали? — снова вмешался Крис.
— Ключ.
— Тот древний артефакт, который вы забрали из Подковка? — уточнил рыжик. — Неужели он так важен?
Оказывается, в отдельные тайны везде сующего нос карателя не посвящали. Йорк, а вслед за ним и друг, посмотрели на меня. Но почему-то вместо злорадства, что в кои-то веки я оказалась более осведомлена, чем Крис, я почувствовала смущение.
— Понимаешь… это…
Пальцы непроизвольно принялись теребить отцовский перстень. Молчать о такой ерунде после того, как я разоткровенничалась про Гайю, глупо. Ладно, не ерунде. Но судя по всему, Крис пользуется доверием Альтэссы, а значит, сестра не сильно рассердится, если я поведаю другу самый страшный секрет Пределов. Покая придумывала, как начать долгую и мутную историю про битвы Древних, Ключ и Завет, рыжика неожиданно заинтересовало кое-что другое.
— Ланка, дай-ка мне твою игрушку.
Я спешно, радуясь перемене темы, протянула украшение. Крис задумчиво поднял его к глазам. Покрутил. Провел подушечкой пальца по внутренней стороне.
— «Ж», «О», «Ф». Жозеф? Тут шифр, — пояснил Крис, после нового короткого осмотра возвращая мне перстень. — Кроме имени ничего нет. Похоже, важное, раз Котофей рискнул сообщить его нам. Но кому оно может принадлежать?
— Возможно, одному из старших членов Братства, — неохотно признал напрягшийся Йорк. Замолчал, не вдаваясь в пояснения, то ли утомившись долгой беседой, то ли, скорее, что-то обдумывая. — Эсса, вы можете передать послание? Не обязательно лично, меня устроит любой гонец, в чьей надежности вы уверены. Я объясню, кого надо найти и что сказать.
— Хорошо.
Крис понятливо спрыгнул, отправившись договориться с Харилом, чтобы он выделил одного из подчиненных ему алых.
— Благодарю, — Йорк закрыл глаза, на этот раз и впрямь собираясь отдохнуть. Сонно пробормотал. — Похоже, мир сошел с ума, если охотник начал доверять драконам больше, чем людям.
Оставшись в мнимом одиночестве, я снова взялась за перстень. Какой шанс, что украшение попадет ко мне в руки, а не потеряется или станет добычей мародером? Что рядом окажется кто-то, способный прочитать спрятанный в царапинах шифр? Что егерь вообще выживет и поймет послание? Один к тысячи? К ста тысячам? Меньше?