Веснушка

– Привет, – говорю я весело.
– Я крашу губы! – кричит Джаз из глубины здания. – Сам, что ли, не можешь открыть дверь?
Он прикрывает глаза, и это лицо – бешенство, с которым он обрушился на меня, когда порвал штраф за парковку, – вдруг снова проступает в его обычно добрых чертах.
– Я принесла тебе кофе из пекарни, о которой я рассказывала. Намного лучше той дряни, которую ты пьешь.
– Кто там?! – кричит Джаз, и Тристан принимает решение. Он выходит из здания и закрывает за собой дверь. Берет кофе.
– Давай пройдемся, – говорит он.
Он идет быстро. У меня длинные ноги, и обычно я хожу быстрее, чем другие, но в какой-то момент мне приходится даже бежать, чтобы не отстать от него. Мы идем к морю. Вид у него такой, будто он хочет зайти в воду и никогда не возвращаться.
– Куда дальше? – спрашивает он.
– Ты о чем? Куда ты идешь?
– Все равно куда. Главное – с тобой. Просто хочу пообщаться немного, – говорит он. – Отвлечься от всех, а то они меня с ума сведут.
– Конечно. Идем, – говорю я.
Мы поворачиваем направо, не потому что это мой маршрут, а потому что ему не помешает сейчас морской воздух и длинная прогулка вдали от людей, всех людей.
– В общем, один из моей пятерки вышел на связь, – говорю я радостно.
– Твоя мама?
– Нет.
– Амаль?
– Нет.
– Кэти Тейлор?
– Нет.
– Министр юстиции?
– Нет.
Он закатывает глаза.
– Значит, папа звонил?
– Нет, – смеюсь я. – Хотя да, звонил, но я не о нем. Это девочка из моей школы, Дейзи. Она была самой популярной в классе, – но в хорошем смысле, понимаешь, потому что она была доброй и милой, и, думаю, я хотела быть похожей на нее. В общем, я ее выследила, нашла в Instagram.
– Маньячка, – говорит он, притворно кашляя.
– Я подписалась на нее, а когда проснулась сегодня утром, оказалось, что она тоже на меня подписалась и прислала мне сообщение.
– Это здорово, Аллегра, я рад за тебя. Так ты с ней встретишься?
– Не знаю.
– Тогда какой в этом смысл?
– Может, она повлияет на мою жизнь через Instagram?
– Instagram не считается. Ты должна общаться со своей пятеркой в реальной жизни. Ты – среднее арифметическое пяти человек, с которыми ты чаще всего общаешься, помнишь? Общаешься, – повторяет он. Его взгляд темнеет на мгновение, будто он что-то задумал. – Кстати, какой у тебя аккаунт в Instagram? – спрашивает он, доставая телефон.
Не хочу говорить, потому что на самом деле это не мой аккаунт. Но он все равно не сдастся, к тому же он знает уже обо всех моих планах, так что я говорю ему.
Он ищет в телефоне. Я поглядываю на лобовые стекла, мимо которых мы идем, иногда задерживаюсь, чтобы проверить парковочные талоны.
– Это ты фотографировала? – спрашивает он.
– Нет. Нашла в интернете.
Он останавливается, хватается за живот и хохочет во все горло. Он смеется надо мной, и вроде я должна обидеться, но как я могу устоять перед его смехом, он такой заразительный, и вот я уже смеюсь вместе с ним. Он едва может говорить, надрываясь от хохота.
– Аллегра, мне кажется, ты так и не поняла смысл этой фразы.
Я пожимаю плечами.
– Как ее зовут?
– Дейзи.
– В Instagram.
– А. Счастливый Кочевник.
Он хмурится, печатая, чуть выпятив губы, и я улыбаюсь, глядя на него. Он быстро печатает, сразу двумя руками, пальцы так и мелькают по экрану, летают по клавиатуре.
– Вот она. – он пролистывает страницу на экране, приближает, отдаляет, будто изучает ее со всех сторон.
– Она хорошая, Тристан, – говорю я. – Я ее уважаю. К тому же у меня сейчас вообще нет друзей.
Видно, что ему хочется сострить по поводу Счастливого Кочевника, но он сдерживается. Он кликает на телефоне, затем кладет его обратно в карман.
– Я на тебя подписался. Теперь у тебя два подписчика. Кстати, кофе действительно вкусный.
– Я же говорила. Это Спеннер готовит, в пекарне.
– Что за имя такое – Спеннер?
– Что за имя такое – Рустер?
– Что за имя такое – Веснушка?
– А Джаз?
Он делает резкий вдох.
– Джасмин.
– Так почему ты не в духе сегодня?
– Я назначил общее собрание на утро. Никто не явился. После вчерашнего, когда я показывал тебе свой офис, мне стало так стыдно за их непрофессионализм. Но сложно заставить друзей работать на тебя.
– Они твои друзья?
– Почти все еще со школы. Мы выросли на компьютерных играх. Моя мечта – их мечта, и, как только я открыл этот бизнес, я пригласил их работать со мной.
– На тебя.
– Какая разница?
– На тебя.
– Ладно.
– А твой дядя с шикарным офисом и лучшим видом из окна, он на кого работает?
– Ну, он у нас советник, консультант, менеджер и агент в одном лице. Он заключал сделки от моего имени с самого начала, нашел спонсоров. Именно он разглядел потенциал в четырнадцатилетнем геймере с YouTube.
– А сейчас чем он занимается в своем большом офисе?
– Он… в общем, пока у нас нет готового продукта для продажи. Все игры на стадии разработки – их уже целая куча набралась, некоторые я тебе вчера показывал. Для этого я пригласил Энди и Бена. Они разработчики, занимаются технической стороной создания игр, а я – творческой. Они мне нужны. Но чем реже я играю, тем меньше у меня фанатов, так что дядя отвечает за популярность Рустера. Соглашения, спонсоры, периодическое продвижение игр, сотрудничество с другими ютюберами и все такое прочее.
– И ты платишь ему. Он работает на тебя. Как и твои друзья. Ты их босс.
– Нет. У нас не такой бизнес. Я молод, они молоды, а он мой дядя, моя мама – его сестра. Я же не могу… понимаешь, приказывать им. Я мечтаю создать место, где людям хочется работать. Вот почему у нас там домашние питомцы, комната с игровыми автоматами – у них есть возможность приятно проводить время, чтобы им хотелось приходить на работу.
– Вот только им не хочется.
– Я не хочу, чтобы они боялись меня. Я не хочу, чтобы моя мама оказалась между мной и моим дядей.
– Они не должны бояться тебя, чтобы уважать тебя. Джаз не отличит скрепку от факса, Энди – один из самых грубых людей, каких я видела, и все они притворяются, что знают свое дело.