Брызги шампанского
– Гилдон, – раздраженно заметила его жена. – О какой аристократии ты говоришь?
Мистер Кранкенхауз рассеянно кивнул.
– Да-да, дорогая. – Его мысли по-прежнему кружились вокруг нового слова в дизайне корзин для транспортировки кошек – Слушай, – возбужденно воскликнул он, шагая по Длинной галерее, – а можно сделать дверцу корзины в виде картины, разумеется уменьшенной, но с настоящей позолоченной рамой и все такое! Думаю, вот этот жалкий сукин сын подойдет.
Гилдон указал на потемневший от времени портрет чахоточного мужчины в полосатом сюртуке эпохи Регентства.
– Это лорд Веспасиан Венери, – сказала Тэлли, ужаленная презрительным отношением к своему далекому предку.
– Ну да, и что его гложет? – спросил Кранкенхауз, на время отвлекаясь от темы благоустройства кошачьих домов.
– Вообще-то он всегда отличался слабым здоровьем и в конце концов был убит на дуэли, – ответила Тэлли, с сочувствием глядя в печальные, запавшие глаза своего предка.
– По-моему, он совсем не похож на драчуна, – решительно заявил Кранкенхауз.
– Да, он был очень миролюбивым, – согласилась Тэлли. – Но он и не должен был драться на той дуэли. Просто случайно наткнулся. Видите ли, у него было очень слабое зрение.
Но Кранкенхауз уже ее не слушал. Теперь его внимание было сосредоточено на обитых дубом стенах галереи. Тэлли отчаянно хотелось, чтобы он заметил следы работы древоточца. В этом-то случае он не станет покупать дом.
– Если хорошенько подумать, эту старую обшивку можно использовать как демонстрационный зал, – сказал Гилдон, задумчиво осматривая потемневшее, запыленное дерево своими выпученными глазами, похожими на вареные яйца. – Можно нарезать в ней отверстий и закрыть их дверцами. Просто грешно не использовать такое просторное помещение. Только представь себе, – продолжал он, охваченный идеей, – вдоль стены пятьдесят дверец Кранкенхауз, и кошки входят и выходят в них, рекламируя их день и ночь!
Тэлли от ужаса застыла как изваяние. Она с тоской посмотрела на Джейн.
– Я не согласна, – заявила миссис Кранкенхауз. Тэлли и Джейн с признательностью посмотрели на нее. – По-моему, все это надо выбросить на помойку, – вынесла она приговор, разрезав воздух унизанной перстнями рукой, похожей на лапу хищной птицы. – В первую очередь эти старые грязные подушки, – она вонзила сверкающий красный коготь в оттоманку, на которой когда-то сиживал Карл Первый.
Перехватив полный отчаяния взгляд Тэлли, Джейн поняла, что требуются чрезвычайные меры. Она набрала полную грудь воздуха.
– Ой, смотрите скорее! – ахнула она, указывая в теряющийся в полумраке дальний угол галереи. – Вы видели?
– Что? Что? – хором воскликнули Кранкенхаузы.
– Мышь? – взвизгнула миссис Кранкенхауз.
– Королеву, – едва слышно прошептала Джейн.
– Королеву Англии? – произнесла миссис Кранкенхауз таким тоном, словно ожидала увидеть знакомую фигуру Елизаветы Второй, седовласой, в очках, торопливо идущей по коридору в сопровождении своих собачек.
– Королеву Екатерину Арагонскую, – прошипела Джейн. – В жизни она сюда так и не добралась, но…
Она театрально умолкла, так как на самом деле понятия не имела, что говорить дальше.
– Она частенько наведывается в «Маллионз», – поспешно подхватила Тэлли, прекрасно сознававшая, что по части потусторонних явлений дом мог похвастаться лишь глухими завываниями, доносящимися под Рождество из погреба, объяснением которых могло быть что угодно, от ветра и до жалоб сезонного рабочего из деревни, не поладившего с миссис Ормондройд.
Кранкенхаузы недоверчиво переглянулись.
– Вы хотите сказать, ее величество – точнее, ее призрак гуляет здесь? По этому коридору? – запинаясь, выдавила миссис Кранкенхауз.
– Да, – подтвердила Тэлли, перешедшая на сторону дома.
– Естественно, держа под мышкой свою голову, – подсказала ей Джейн, запоздало вспоминая, что с Катериной Арагонской Генрих Восьмой развелся. Головы своим женам он начал рубить позже.
Кранкенхаузы ничего не заметили, но Тэлли одарила подругу ледяным взглядом.
– Ну разве это не классно, а? – воскликнул Гилдон, накрывая своей огромной розовой лапищей тощее запястье жены. – Я хочу сказать, без призрака старинный английский замок вроде как ненастоящий. Я так понял, у вас призрак есть! Прекрасно!
Тэлли опешила. Неужели эта победа обернется поражением?
Мысли Джейн заработали с лихорадочной быстротой.
– Э… да, – неуверенно произнесла она. – Вот только, наверное, вам нужно задуматься о последствиях.
Кранкенхаузы озадаченно посмотрели на нее.
– Кошки, – осененная внезапной блестящей мыслью, объяснила Джейн. – Надеюсь, вам известно, что животные очень остро воспринимают проявления сверхъестественного. Например, кошки просто сходят с ума…
Пять минут спустя Кранкенхаузы уехали под хруст гравия и визг покрышек. Тэлли с облегчением проводила их взглядом, прижавшись носом к окну в холле. Лучи угасающего солнца отбрасывали тень от ее долговязой фигуры на черные и белые клетки пола. Джейн, стоявшая рядом, наслаждалась мягким, прозрачным воздухом, позволяющим разглядеть в парке отдельную былинку.
– Я люблю это время суток, – тихо промолвила Тэлли. – Пожалуй, только сейчас освещение не позволяет увидеть, в какое запустение пришел дом. И еще так тихо. Во всем мире, кажется, не существует никого и ничего.
Подруги молчали несколько минут. Солнце опустилось ниже, коснувшись вершин елей, торчащих частоколом перьев в конце парка. Головной убор индейца, подумала Джейн. Ей почему-то захотелось узнать, чем сейчас занимаются Большой Рог и Джулия. Она так пристально всмотрелась в сгущающуюся темноту, что у нее перед глазами все поплыло.
– Тэлли, – вдруг сказала Джейн. – Помнишь, ты только что говорила о том, что во всем мире не осталось никого и ничего?
– Ну и?
– Только вот… по-моему, к нам кто-то идет. Встрепенувшись, Тэлли широко раскрыла глаза.
Джейн не ошиблась. К дому медленно приближалась призрачная фигура, едва различимая в молочной дымке. Джейн обуял страх. Неужели Катерина Арагонская все же решила заглянуть в гости на ужин? Или, что гораздо хуже, вдруг Гилдон П. Кранкенхауз Третий передумал?