Это ты во всем виновата! (ЛП)

— Малестра, я не желаю тебе никакого вреда. Мы можем закончить все это прямо сейчас, просто отказавшись сражаться друг с другом. Давай выйдем из этого круга вместе — за руку, как друзья? — предложила Линнея.
— Давай, — ответила Малестра, и девушки пошли навстречу друг другу. Линнея поприветствовала ее специальным ангельским жестом, а затем протянула ей руку, предлагая мир. Малестра дернула протянутую ей руку и сбила Линнею с ног, отчего девушка растянулась на полу.
— Я тебе не подружка, — крикнула Малестра. — Я здесь, чтобы победить!
Линнея вскочила на ноги. Противницы закружились, как борцы сумо. Линнея потянулась к Малестре, но это оказалось лишь уловкой. Не знаю, как ей это удалось, но Хеллер, каким-то образом перелетев через голову Эйвы, оказалась у нее за спиной и заломила руки ей за спину. Эйва вцепилась зубами в плечо Хеллер, та завопила от боли и отпустила противницу.
— Они все это репетировали? — спросила я Уайатта. — Просто сейчас, когда Эйва укусила Хеллер, мне показалось, что ей реально больно.
— Все было полностью срежиссировано, и они точно репетировали, — обеспокоенно произнес Уайатт, — но, по-моему, укуса в сценарии не было.
Теперь Эйва преследовала Хеллер, нанося ей удары. Из темноты, царившей за пределами круга, кто-то бросил Линнее золотой арбалет, но его поймала Малестра и швырнула обратно во тьму, где по крайней мере десяток фанаток схватились за этот потенциально очень ценный сувенир, будто это был бейсбольный мяч, улетевший на трибуны во время Чемпионата мира.
— Разве в книге Линнея не поймала арбалет? — задала вопрос я Уайатту. — По-моему, она им даже воспользовалась.
— Разумеется, Линнея должна была поймать арбалет, — ответил Уайатт, лихорадочно ища глазами охрану. — Не знаю, что у Эйвы на уме, но ее надо срочно остановить!
Хеллер подняла руки, будто прося пощады и прекращения битвы, но Эйва продолжала ее преследовать. Она схватила Хеллер за волосы и нанесла ей серьезный удар в живот. Я заметила, что к поясу Эйвы был прикреплен то ли кинжал, то ли охотничий нож.
— УАЙАТТ??? — начала было я, но он уже исчез в поисках охраны. Сидя совсем близко к месту действия, я видела, что Хеллер искренне напугана, хотя для зрителей это все еще было просто шоу. Я вскочила, вцепившись за ограждение перед собой. Ужасающие размеры Мэдисон-сквер-гарден и присутствие такого огромного количества людей разом навалились на меня. Я была на грани обморока.
Сосредоточься на том, чтобы помочь Хеллер. На том, чтобы остановить Эйву и не дать ей поранить или, еще хуже, убить Хеллер. Делай свою работу.
Девушка рядом со мной была одета в самодельный костюм Дастроида. На ней была черная куртка до колен, остроносый шлем с забралом, закрывавшим часть ее лица, а в руках она держала Люциферапиру. На конце лезвия виднелось что-то, что по идее должно было выглядеть как два очень острых рога дьявола.
— Десять долларов за твой костюм Дастроида! — крикнула я девушке.
— Да ни за что! — ответила та. — Это моя мама его сшила! Целые выходные на него потратила!
— Двадцать долларов! — крикнула я, зная, что тогда придется потратить большую часть тех денег «на черный день», которые папа засунул в запасную пару моих свернутых в клубок гольфов. — А еще ты сможешь встретиться лично с Линнеей после шоу! Давай же!
Несколько секунд спустя на мне был костюм Дастроида, и я стояла прямо перед входом на арену.
Спаси Хеллер. Накажи зло. Делай свою работу, сучка.
Я что, только что назвала себя сучкой?
Хеллер и Эйва уже боролись, катаясь по земле и поднимая кучи песка. Эйва тянулась за ножом. Толпа кричала во все горло:
УБЕЙ ЕЕ!
СПАСИ ЗОЛОТЫЕ ЗЕМЛИ!
А ВОТ И КРИПЕР!!!
Я сделала один шаг по направлению к арене и застыла, совершив ужаснейшую ошибку — я оглянулась назад и сразу почувствовала себя голой и беззащитной. Тысяча людей кричали во весь голос. Свет прожекторов, железные переходы и другие глыбы оборудования покачиваясь висели над ареной, грозя упасть в любую секунду. А еще везде был песок, поднимавшийся в облака-воронки удушающей пыли.
 
Я НЕ МОГУ! Я не гладиатор, не охранник и даже не спецназовец! Какая от меня польза? Меня охватила неконтролируемая дрожь, будто мой скелет вот-вот распадется на части. Моя недавно приобретенная Люциферапира дрожала в руке. У меня началась серьезная паническая атака.
СПАСИ ЖИЗНЬ ХЕЛЛЕР!
— Кейти! — воскликнула Хеллер, сползая на землю. Застав девушку врасплох, Эйва врезалась в Хеллер со спины и оседлала ее.
В нескольких сантиметрах от своего лица я увидела свисающий на проводе микрофон, схватила его и закричала так, что мой голос разнесся по всей арене:
— Я ЭЙВИАНДА!
Эйва на секунду замерла. Хеллер лежала придавленная к земле.
Толпа перестала кричать и зажужжала вопросами: «Кто такая Эйвианда?», «Ее нет в книгах!», «А во «Властелине колец» вроде была Эйвианда? Она принцесса орков?», «Смотрите, у нее Люциферапира!»
— ПРЕКЛОНИТЕ КОЛЕНИ ПЕРЕД ЭЙВИАНДОЙ! — завопила я. — ЕЩЕ БОЛЕЕ ЗЛОЙ ДОЧЕРЬЮ СУМЕРЕЧНОГО КРИПЕРА! ОТРОДЬЕ КРИПЕРА И… ДЕМОНЕССЫ ИЗ РОДА САРВЕЛЛИИ!!!
— Ты не Эйвианда! — крикнула Эйва. Я наконец-то увидела ее лицо, и все, о чем я могла подумать — она реально убийственный середняк! Даже в своем роскошном, сделанном на заказ наряде Малестры Эйва Лили Ларримор выглядела как очень раздраженная и возмущенная девчонка, которая только что вылетела из первого раунда конкурса на произношение, попросила вторую попытку и опять проиграла. У нее была хорошая кожа, блестящие глаза, расположенные слишком близко друг к другу, и вздернутый нос, который некоторые люди обычно называют носом-пуговкой, а мои братья — поросячьим рылом. И вульгарный смоки айс, который по идее должен был превратить девушку в Малестру, а в реальности делал ее похожей на удивленную панду.
— Я не знаю, кто ты, — крикнула Эйва, — но Хеллер Харриган сейчас сдохнет!
— Черт! — завизжала Хеллер.
Эйва замахнулась ножом, Хеллер попыталась вырваться и закричать, но была так напугана, что из ее рта не вырвалось ни звука. В последний момент Эйва наклонилась и что-то прошептала на ухо Хеллер. Та побледнела и перестала вырываться, как будто ее ранил не нож Эйвы, а сами ее слова.
— Ты знаешь, что я права, — сказала Эйва. Кузина просто взглянула на противницу и кивнула, будто соглашаясь с ней, и это напугало меня больше всего остального.
Я завизжала, как банши, хотя точно не знаю, кто такие башни и как звучит их визг, и понеслась прямо на Эйву Лили Ларримор и ударом Люциферапиры выбила нож у нее из руки. Я оттащила ее от Хеллер, встала одной ногой ей на грудь и прижала Люциферапиру к ее горлу. Затем я схватила микрофон Эйвы и объявила зрителям:
— МАЛЕСТРА ПОБЕЖДЕНА! А ФИЛЬМ БУДЕТ СОВЕРШЕННО ВЕЛИКОЛЕПНЫМ!
Толпе удалось взреветь еще громче, чем раньше. Охранники вбежали на арену, окружили Эйву и повели ее к выходу, пока она визжала, брызгаясь слюной, что это она Эйвианда и что она обо всем этом напишет на сайте.
Я подняла руку, глядя на ликующих, восторженных фанатов. Стыдно признаться, но чувствовала я себя фантастически — так, как, по рассказам чувствуют себя люди под кайфом, во время секса или когда голышом прыгают с вышки. Только что я отстояла силы добра, спасла Линнею и, может быть, даже всю Вселенную. Может, это и есть решение моей проблемы с паническими атаками, тревожностью и тем, что у меня нет ни малейшей идеи, что мне делать со своей жизнью? Вместо колледжа я бы путешествовала по миру, сражаясь со злом на всяких аренах в качестве неотъемлемой части ледового шоу «Войн ангела» или же монстр-трак ралли «Войн ангела». Я действительно герой, я одержала победу и сейчас должна позвонить родителям и попытаться не хвастаться тем, какое великое дело я совершила, и о том, как их болезненно тревожная и социально отсталая дочь только что спасла Хеллер от убийства безумным сталкером на глазах тысяч ликующих фанатов.
 
Хеллер раскается в тех ужасных вещах, которые она мне говорила и которые она совершила по отношению ко мне, склонит голову, прося моей помощи, а я скромно улыбнусь и скажу: «Конечно, я тебе помогу, потому что я служу Золотому Лорду. Давай начнем с того, что ты напишешь эссе о том, что такое настоящая дружба».