Казнить нельзя влюбиться
А, собственно, почему и на что он так вытаращился?
- Не желаете ли полакомиться яблочным муссом, госпожа? - раздался за моей спиной вкрадчивый голос.
На столе слева от меня возникло серебряное блюдо с десертом, но я не обратила на него никакого внимания и даже бровью не повела, потому что застыла от ужаса.
Этот вкрадчивый голос был мне прекрасно знаком. И этот тонкий мускусный запах туалетной воды - тоже. Я слышала этот голос и этот аромат каждый день на протяжении нескольких месяцев, так что этот бархатный тембр успел впиться в память и записаться на подкорке.
Медленно повернулась к говорящему. Это, разумеется, была никакая не местная прислуга. Рядом со мной со снисходительной улыбочкой стоял Шеймус.
Глава 29. Не по душам
[Тео]
Появление Шеймуса вот так, посреди очередного лоскута реальности лабиринта грёз оказалось для меня полной неожиданностью. Я застыл, вытаращившись на Шеймуса и сжав в руках стакан до побелевший костяшек пальцев, не зная, как правильно сейчас реагировать. Даже Винсент не почувствовал приближение Шеймуса и так и замер, не донёсся ложку до рта.
Я посмотрел на Кассандру. Она была мертвенно-бледной и явно не ожидала здесь увидеть своего заказчика. Который тем временем спокойно уселся слева от Кэсси и как ни в чем ни бывало придвинул к себе тарелку с пудингом. Какое-то время он спокойно ел, молча, в звенящей тишине.
- Спасибо, что помогли Кассандре найти эрахниты, - небрежно сказал он несколько минут спустя. - Теперь все четыре в сборе.
Я снова бросил беглый взгляд на Кэсси. Знала ли она о том, что в лабиринт придет Шеймус? Но нет, Кэсси была совершенно искренне напугана. Сейчас я мог, как книгу, читать ее эмоции.
- Три, - всё-таки подал голос я. - Три, а не четыре.
Шеймус тихонько рассмеялся и наконец соизволил посмотреть на меня. На дне его темных глаз плясал недобрый огонек, но я заставил себя смотреть прямо и не отводить взгляд в сторону.
- Как вы вообще узнали, что мы нашли эрахниты?
- У меня много полезных связей и шустрых осведомителей. Расскажите мне лучше, Теодор, каково это - быть идиотом? - невинно поинтересовался Шеймус. - Держать рядом все эрахниты и даже не знать об этом.
- Где четвертый? - спросил я отчего-то враз осипшим голосом. - При нас нет никаких предметов, которые соответствовали бы магическому фону воздушного эрахнита.
- Совершенно верно. Предметов - нет. Но ведь эрахнитам необязательно быть предметами, не так ли, Теодор?
Я на миг прикрыл глаза, стараясь справиться с обуреваемыми эмоциями, так как до меня наконец-то дошло. Вот только сейчас пазл сложился, и меня внутренне затрясло от злости на самого себя.
- Какое зелье вы дали выпить Кассандре перед тем, как отправить ее в Гхоран? - решил все же уточнить я.
Может, я всё-таки ошибаюсь?..
Но взгляд Шеймуса быть весьма многоговорящим.
- Вы задаёте правильные вопросы, - коротко кивнул он. - Думаю, вам не нужен мой ответ.
Захотелось взвыть в голос.
Левинтон, а ты действительно клинический идиот. Тебя же сразу напрягла информация о том, что Шеймус напоил Кассандру чем-то, что помогает ей ощущать присутствие других артефактов в той или иной местности.
Помогает, как же. Конечно, помогает, ведь столь сильные артефакты должны как-то ощущать себе подобных и притягиваться друг к другу. Так почему ты не стал копать информацию дальше, Левинтон? Почему не сложил два плюс два и не вспомнил о том, что эрахнитам можно придать любую форму, хоть газообразную, хоть жидкую? Например, в виде "полезного зелья", которое можно преспокойно выпить и даже не знать о том, что в твоей крови теперь течет эрахнит.
Черт побери.
Я старался дышать ровно, а сам не сводил глаз с Кассандры, в глазах которой читался откровенный страх. Так, кажется, она тоже сложила последние пазлы и не придуривается в своем изумлении и ужасе. Чудесно просто. Ну и что нам со всем этим делать?
- Я не отдам вам эрахниты. Ни за что.
Шеймус понимающе покивал, ни капельки не удивлённый.
- У всего есть своя цена, Теодор. И вам тоже всего лишь нужно назвать нужную цену. А это я умею. Знаете, господин Левинтон, иногда даже называть цену не нужно. Ведь у каждого человека есть своя слабость.
Он махнул двум слугам, стоящим у дверей: грузному мужчине и невысокой худенькой женщине. Лица обоих было не разглядеть из-за тюрбанов и вуали, одни только глаза виднелись в прорезях ткани.
- Уведите ее, - коротко кивнул Шеймус на Кассандру.
Та дернулась и многоэтажно выругалась, когда слуги подхватили ее за руки и уверенно поволокли к выходу.
- Не советую тебе сопротивляться, голубушка. А вам не советую вмешиваться, Теодор, - мягко произнес Шеймус, как только я дернулся побежать за Кэсси на помощь. - Вы сейчас находитесь в заведомо проигрышном положении, а от вашего желания сотрудничать со мной зависит то, в насколько, хм, целом состоянии я отпущу Кассандру в случае достижения наших договорённостей. И вам, Винсент, не стоит сейчас показывать мне свои коготки. У меня они острее, поверьте.
Я медленно опустился обратно на подушки, не сводя глаз с Шеймуса. У него был жёсткий холодный взгляд алчного дракона, который не умеет щадить и прощать. И, кажется, сейчас лучше было остаться тут и послушать шамана. Прощупать почву, оценить обстановку. С таким противником опасно просто лезть на рожон.
- Как вы проникли в лабиринт?
- Вход в него есть не только в Гхоране, знаете ли.
Черт возьми! Вот об этом я совершенно не знал. Судя по выражению лица Винсента, - он тоже впервые слышал о том, что в лабиринт грёз можно войти не только через Гхоран.
Я медленно вдохнул и выдохнул.
Спокойно, Тео, дыши. Дыши глубже, размеренно. Некогда истерить, этим тут ничем не поможешь. Выключи эмоции, включи голову, солдат.
- Куда и зачем уводят Кассандру?
- Я обещал ее Олимфу, - просто сказал Шеймус.
- Обещал? - надтреснутым голосом выдавил из себя я. - Как какую-то вещь?
- У всего есть своя цена, Теодор. Для каждого, абсолютно. Одни готовы убить ближнего за жалкую пачку денег, другие сдадут любую информацию за сумму покрупнее и элитный статус в обществе. Ну а некоторым императорам в обмен на открытые двери достаточно пообещать в качестве новой наложницы одну жгучую рыжую красотку.
К горлу подкатила тошнота.
Я не мог позволить прикоснуться кому-либо к Кэсси. Сейчас очень остро осознавал, что готов драться за нее хоть зубами и голыми руками. Что, если понадобится, - именно так и сделаю. Но не прямо сейчас.
Проклятье, что же делать?
Винсент рядом заерзал на стуле и как бы случайно задел мою ногу под столом. Можно было бы посчитать за действительно случайное прикосновение, но я хорошо знал Винсента и почувствовал, что он так привлекает мое внимание. Глянул на него искоса. Винсент в мою сторону не смотрел, зато ну очень выразительно пялился куда-то влево. Переведя взгляд на стену в трапезной, постарался изо всех сил не выдать своего волнения. Потому что в стене четко была видна синяя дверь выхода из лабиринта грёз.