Казнить нельзя влюбиться

Тут только до меня дошел один печальный факт: мало того, что я был прикован к кровати, так еще и был при этом почти голый. Эта негодяйка не постеснялась раздеть меня полностью, оставив лишь нижнее белье, прикрыв причинное место коробкой шоколадных конфет в виде сердечка, которую тут оставляли в качестве комплимента молодоженам.
Ах ты ж рыжая бестия!..
Ярость во мне бурлила и грозилась вот-вот перелиться через край. Нет, ну какой отмороженной надо быть, чтобы так поступать, а? Я ее, значит, из тюрьмы вызволил, а она меня к кровати приковала и сбежала?
Посмотрел на часы, висящие на противоположной стене. Девять вечера, проспал весь день - это плохо. Зато хорошо, что примерно в этом время в номер должны были принести пирожные, которые я заказал при заселении в отель. Думал, раз уж мы с Кассандрой тут засели на сутки, то можно отвлечься, развлечься и просто побаловать себя вкусняшками. И заодно попробовать найти общий язык со своей спутницей, узнать ее получше. Побаловал, как же. Нашел общий язык, молодец, ничего не скажешь.
Через несколько минут в номер действительно постучали. Судя по сразу же открывшейся двери, она даже не была закрыта. Я снова гневно скрипнул зубами. Мало того что Кассандра опять ускользнула от меня, так еще и устроила тут день открытых дверей! Потрясающе.
В комнату зашла миловидная девушка, толкая перед собой тележку, груженную чайником, чашками, подносом со сладостями. Девушка напевала что-то себе под нос, очевидно, подумав, что номер пуст, раз дверь оставили открытой.
Небось, Кэсси еще и повесила на дверь табличку "необходима уборка", чтобы доставить мне максимум удовольствия, черт возьми.
- Кхм... Прощу прощения...
Девушка подпрыгнула от неожиданности, услышав мой голос, и уставилась на меня круглыми глазами. Кажется, она потеряла дар речи, даже рот приоткрыла от удивления. Вид ей, конечно, открывался бомбический: на огромной кровати под наколдованным сводом из крон деревьев распластался я, прикованный наручниками. А из одежды на мне было только нижнее белье, скрытое коробочкой от конфет в форме сердца.
- Миледи, не могли бы вы?..
Я хотел сказать "помочь мне освободиться" но горничная расценила мою просьбу иначе. Девушка испуганно взвизгнула, выронила поднос, и чай вместе с ароматными пирожными полетели на пол.
- Любезная, вы неправильно оценили обстановку! - крикнул я вслед сверкающим пяткам.
Но поздно. Дверь хлопнула, и я остался наедине с все нарастающим бешенством и осколками разбитых чашек на полу.
Не знаю, сколько бы я так провалялся в одиночестве, ожидая стабилизации магического фона или прихода разъяренного администратора, но мне повезло.
- Тео, ты тут? - раздался голос со стороны двери, которую мне не было видно из-за угла.
- Винсент, хвала всем богам, это ты! - выдохнул я, узнав голос друга и коллеги по совместительству.
- Что случилось? Ты не связался с Огнияром в обозначенное время, и он послал меня прове... Ох!
Тут он наконец увидел меня буквально распятым на кровати. Секунду стоял истуканом в немом изумлении, а потом заржал в голос. Нет, ну я его, в общем-то понимал, я бы сам ржал конем, не будь я на своем месте. Но я был на своем и пока не торопился веселиться.
- Это что, эта рыжая тебя так? Вошли во вкус и уже играете в ролевые игры?
- Да если бы, - процедил я сквозь зубы. - Она опять от меня ускользнула, представляешь?
- Нет, - честно мотнул головой Винсент, все еще покатываясь со смеху. - О боги, Левинтон, ну и видок у тебя! Эта картина маслом еще долго перед моими глазами стоять будет! Даже жаль, что под рукой нет фотоаппарата...
- Я тебе дам фотоаппарат, - процедил я сквозь сжатые зубы. - Я тебе так дам, что мало не покажется!..
- Хм, может мне тогда оставить тебя тут прохлаждаться, а самому пойти куда подальше по добру по здорову?..
- Нет!! Винсент, чтоб тебя, просто освободи меня, ну!
- А волшебное слово? - хитро сощурился Винсент, сложив руки на груди.
- Прибью.
- Не помню такого волшебного слова.
- Эта Кассандра и так унизила меня дальше некуда, давай ты сейчас не будешь меня заставлять говорить "пожалуйста", а? Сейчас не лучшее для этого время, честное слово.
- Ну видишь, умеешь же быть вежливым, когда надо, - хмыкнул Винсент, уже колдуя над наручниками. - Только... Вот только... Черт...
- Что такое? - похолодел я.
Тон Винсента мне совсем не понравился.
- Да наручники не простые... Это какой-то артефакт, и откуда только взяла его эта твоя...
- Она не моя!!
- Ну, в общем, рыжая. Кассандра, да? Короче, без специального ключа наручники не открыть. Не знаешь, могла она куда-нибудь ключ спрятать?
‍Я со стоном откинул голову, ударившись затылком о спинку кровати. Как же это все было унизительно... Жажда мести бурилила во мне со страшной силой... Даже если бы мне не нужно было действовать по указанию Огнияра, я бы все равно отправился за Кэсси, чтобы поставить ее на место.
- Я уже в отключке был, когда она все это проворачивала, откуда мне знать. Хотя, знаешь...
Я покосился на коробку конфет, вызывающе лежающую у меня между ног. В памяти всплыли слова Кэсси про то, что все, что мне нужно, я найду в сердце. А что если?..
- Проверь в коробке.
- Там? - Винсент вытаращился на коробку, но не стал задавать лишних вопросов и молча полез открывать крышку с издевательским красным бантиком.
А потом согнулся пополам от хохота, достав крохотный серебряный ключик - тоже в виде сердечка, черт бы его побрал.
- Слушай, я уже заочно влюблен в эту девицу! - сказал Винсент, утирая выступившие слезы. - Как она тебя красиво уделала, а!
- Очень рад за тебя. Обещаю не ревновать и не мешать вашему счастью. А теперь освободи меня, ну!
- Погоди, погоди... Тут еще записка. Вот, послушай!..
- Не хочу я ничего слушать, - простонал я, отчаянно жмурясь.
Закрыл бы уши руками, да они все еще были скованы наручниками.
- "С любовью, твой ночной кошмар", - зачитал Винсент тоненьким голосочком. - Нет, ну какова девчонка, а!..
- Вот и женись на ней, - буркнул я.
- Не могу, ты меня опередил! - продолжал покатываться со смеху Винсент, наконец-то освобождая меня из плена металлических оков.
- К счастью, это временно, - сказал я, сразу вскочив на ноги и скорее накидывая рубашку.
Всё-таки погода стояла осенняя зябкая, и в комнате хоть было тепло, но все же не жарко, а я столько часов провалялся без одежды. Глянул на себя в зеркало и почувствовал, как моя ярость выходит на какой-то новый уровень.