Женаты против воли

Я кивнула, прекрасно понимая, что никакие кристаллы нам не помогут, если трещину не заделать в течение первых двух часов. Дальше прорыв будет не остановить.
Прежде чем зайти в дом, я обернулась, пытаясь хоть что-то рассмотреть над крышами домов. Но небо оставалось все таким же ясным и светло-голубым.
— Не волнуйтесь, леди Айрин, — произнес мужчина, поняв причины моего волнения. — Мне доподлинно известно, что в Заморске на отдыхе находится светлый.
— Что? — переспросила я, поворачиваясь к нему. — Это точно? Здесь один из Монрей?
— Да, некто Питер Монрей.
— Питер? — переспросила матушка и счастливо вздохнула, захлопав в ладоши. — Здесь Питер? Слава богам, мы спасены. Айрин, все будет хорошо! Я уверена.
— Но нам все равно стоит укрыться под защитой кристаллов, — заметил господин Турк, ведя нас вниз, в подвальные помещения.
Я покорно согласилась и уже собиралась спуститься, как внезапно раздался странный звон, переходящий в скрежет.
— Что это? Что это такое? — ахнула мама, прикрывая уши ладонями. — Айрин?
— Этого не может быть, — пробормотала я, тяжело сглотнув. — Просто не может.
— Айрин! — взвизгнула она, словно прочитав мои мысли. — Не смей!
Наши глаза на мгновение встретились.
— Я должна.
— Ничего ты не должна! Мы просто пойдем вниз и будем ждать. Как все.
Скрежет вновь повторился. На этот раз он был тише предыдущего, но я знала, что это лишь видимость благополучия.
— Леди Айрин?
— Береги ее, — прошептала я управляющему, отступая на шаг назад, потом еще на один.
— Айрин!
— Прости, мама…
Вторая трещина.
Судя по звукам, прямо у нас над головами. Такое было крайне редко, и то в самых ослабленных местах. Не здесь.
Значит, все намного сложнее, чем могло показаться.
Именно поэтому я не могла остаться в стороне.
Выбежав на крыльцо, глубоко вздохнула, срывая с груди небольшой медальон с перламутром в центре, и мысленно вызвала Эфри.
Воздух предо мной задрожал, завибрировал, покрываясь едва различимыми волнами.
Первым появился огромный, размером с кулак, сверкающий перламутровый камень, который украшал грудь моего звездного пегаса. Затем стали проявляться очертания: мощная шея, изящное тело, крепкие и сильные ноги и огромные крылья на спине.
Одновременно с этим стали видны глаза, которые вмещали в себе всю красоту звездного неба.
— Эфри, — прошептала я, подаваясь вперед и обнимая верного пегаса за шею, ощущая, как белоснежная густая грива щекочет кожу.
Она ткнулась мордой в мое плечо и тихо фыркнула.
— Нам придется поработать.
Я чуть отстранилась, глядя в ее необыкновенные глаза и находя в них неожиданное успокоение.
Пегас не только верный помощник, но и друг который всегда поймет и никогда не предаст.
Над нашими головами вновь затрещал купол, напоминая об опасности, которая угрожала всем жителям и гостям Заморска.
Эфри вздрогнула и тревожно переступила с ноги на ногу. Для нее все происходящее было так же в новинку, как и для меня.
Мой пегас стал еще одним камнем преткновения между главой и всем родом. Тем, за что дядю ругали и пугали карами божественными.
Женщина не имеет права призывать пегаса и тем более садиться на него верхом. Это право и обязанность мужчин.
Но я снова стала исключением.
— Раз ты обучаешься управлению даром, то имеешь полное право призвать своего собственного пегаса, — заявил дядя на второй год моего обучения.
Я от страха и надежды даже забыла, как дышать. Так и застыла посреди тренировочного поля.
— Что замерла-то? — рассмеялся он, глядя на мое вытянувшееся лицо.
— Вы позволите мне… но это же запрещено.
— Мы и так много чего запрещенного совершили. А своего пегаса ты обязательно получишь. Нельзя давать Хоторну преимущество. Ты ведь слышала по монстра, которого оседлал этот мальчишка?
Дяде было за пятьдесят. И для него все, кто моложе его на десять и более лет, считались мальчишками.
— Эфир, — кивнула я. — Тварь бездны, которую Хоторн поймал и приручил во время большого прорыва близ реки Быстрянки семь лет назад.
Тот прорыв вошел в историю не только из-за размера и количества трещин, которых после насчитали в количестве семи штук, но и из-за Коннора Хоторна. За несколько столетий он стал первым из Хоторнов, кто смог приручить тварь высшего разряда.
— Вот. Помни, что это создание бездны, — довольно кивнул дядя. — Было, есть и будет. И еще неизвестно, смог ли он его приручить до конца. Если Хоторн летает на этой огнедышащей твари, то у тебя будет пегас.
— Прямо сейчас? — с придыханием спросила я, сжав кулаки.
— Рано еще. Ты не готова.
Мне очень хотелось возразить, броситься вперед и доказать дяде, как он не прав, что я готова и многому успела научиться, но я лишь смиренно кивнула.
Первое, что вбил мне в голову глава, взявшись обучать, — это слушаться его всегда и во всем.
— Да, дядя.
— Молодец, — довольно кивнул он и даже чуть улыбнулся. — Для вызова пегаса надо много сил, да и практика не помешает. Начнем тренироваться и через месяц попробуем.
Я до сих пор помню момент, когда смогла впервые вызвать Эфри. В тот день на тренировочной площадке собралась куча народу. Всем не терпелось посмотреть на чудо, которым должны были стать я и мой пегас.
И ведь дождались.
Эфра стала сюрпризом для всех. Единственная девочка-пегас для юной Монрей.
Но тогда я так боялась, что у меня не выйдет, не получится, что ни один пегас не явится на зов какой-то девчонки.
Я стояла посреди полигона, ничего не видя перед собой, с дрожащими руками и заходившимся от тревоги сердцем, с потом, который противно тек по позвоночнику, заставляя тело дрожать. С пересохшим горлом и онемевшим языком.
А еще я страшно боялась подвести дядю. Потому что понимала: он не простит ошибки. Слишком высокой была цена.
Но Эфра меня услышала и пришла.
Кипенно-белая, с темными как ночь глазами, в которых сияли звезды, и длинной гривой, похожей на снежную вьюгу. А какие красивые у нее крылья.
Покрытые мелкими белыми перышками и такие мягкие на ощупь.
Моя Эфри. Чудо, в которое никто не верил. Как и в меня.
И вот теперь нам предстояло совершить невозможное.
Забираться на спину Эфри в платье было сложно, почти невозможно, слишком узкой оказалась юбка. Поэтому пришлось ею пожертвовать.