Художница из Джайпура
– Разумеется, теперь я возьму с вас вдвое.
Что? Ведь Самир договорился об отсрочке на два месяца. Я выхватила у строителя счет, впилась в него взглядом.
– Десять тысяч рупий? Но как же…
– Отсрочка? Два месяца истекли… – он поскреб шею, – позавчера. А в случае несвоевременной оплаты вы обязаны заплатить мне вдвое. Это указано в договоре.
Я так закрутилась – новые заказы, визиты во дворец, вдобавок нужно было собрать Радху в школу, ну и, конечно, работать, работать, работать, – что совсем забыла отметить это в блокноте.
– Я и так ждал два месяца. – Он поковырял в зубах. – Если я не получу денег сегодня же, дом мой. Это указано в договоре. Моя дочь выходит замуж, и молодым нужно где-то жить.
Хаи Рам! Денег у меня как не было, так и нет. Большую часть заработанного во дворце я потратила на ингредиенты для снадобий махарани Латики (Парвати так и не заплатила мне за сватовство), на форму и книги для Радхи, на комнату (миссис Айенгар подняла плату, поскольку теперь со мной жила сестра), ну и, разумеется, часть отдала Хари. Нарайя специально не доделал туалет. Не могу же я въехать в дом, в котором нет уборной!
Я выдавила улыбку, но получилась гримаса.
– Подождите еще немного.
Выражение его круглого, как у Будды, лица оставалось таким же добродушным, однако в голосе слышалось раздражение:
– Приданое моей дочери не может ждать. Иначе она родит до свадьбы.
Я подняла брови.
– Она беременна?
Он улыбнулся, показав потемневшие зубы. Можно подумать, я пошутила.
– Я ее сразу же вышвырнул из дома. Но сестра умолила меня принять ее обратно. В конце концов я нашел старого идиота, чтобы сбыть ее с рук. Но скоро все заметят, что она на сносях.
– Так жених ничего не знает?
Мистер Нарайя зашелся таким хохотом, что затрясся живот под куртой.
– Я же не дурак.
Я отшатнулась.
– Выглядите вы неважно, миссис Шастри. Давайте я вас отвезу туда, где вы держите деньги?
Я вцепилась в сумочку, словно в ней лежала вся сумма.
– Нет. Встретимся сегодня в три часа у ворот Джори-базара. Я принесу деньги.
Нарайя указал на меня зубочисткой.
– Вот видите, как просто.
Выбора не оставалось: придется просить взаймы у Самира. Он не раз предлагал мне денег, и я знала, что он готов дать мне в долг, однако просить не хотелось. Я отчаянно мечтала о собственном доме – и независимости – но терпеть не могла брать в долг, тем более у друзей. В особенности у Самира. Наши деловые отношения ограничивались тем, что я продавала ему мешочки с отварами, и после праздника у Парвати я старалась встречаться с ним лишь по этому поводу.
Я посмотрела на часы: половина второго. Самир наверняка у себя в офисе, если не обедает где-нибудь с клиентом.
Я махнула рикше.
У здания с высокими белыми колоннами я так струсила, что едва не сбежала. У меня вспотели ладони. Но где еще раздобыть денег? В банке? Кто же даст ссуду женщине без мужа?
Я похолодела при мысли о том, что ничем не отличаюсь от Хари – так же выпрашиваю внимание, деньги.
Я испугалась, что передумаю, и выбралась из коляски.
– Вот так сюрприз. – Самир указал на стул возле его стола. Стекло отделяло его кабинет от просторного зала, где за столами сидели пятеро чертежников. – Чаю?
Я покачала головой.
– Дело срочное. Иначе я бы не пришла. – Я облизнула губы. – Я просрочила платеж строителю.
– Сколько? – не колеблясь, спросил Самир.
Я протянула ему счет.
– Я верну с процентами.
Самир пробежал глазами счет, присвистнул, взглянул на меня, подошел к стоящему позади стола сейфу, набрал код, открыл дверцу и достал пачку банкнот. Сунул их в конверт, протянул мне, сел за стол.
Мне хотелось извиниться. Я думала, что справлюсь сама. Простите меня, Самир.
– Быть может, нужна… расписка? – помедлив, уточнила я.
Самир подавил улыбку; в уголках его глаз обозначились морщинки. Он встал из-за стола.
Пора идти, подумала я, поклоном поблагодарила Самира, направилась к выходу, зажав в руке конверт, и с облегчением вздохнула. Как хорошо, что Самира не пришлось упрашивать.
В дверях здания я едва не столкнулась с Парвати.
Я застыла на месте. У меня пропал дар речи. Как ни билась, я не могла изобрести предлог, зачем я здесь.
На празднике в декабре Парвати недвусмысленно предупредила, чтобы я держалась подальше от ее мужа. Я же явилась к нему на работу. Я залилась краской. Это не то, что вы подумали, хотелось сказать мне. Все совсем не так, как кажется. Не так ли отпиралась и Радха, когда Парвати заметила на ней пятна синего грима?
Парвати впилась взглядом в конверт и подняла брови.
Я сделала намасте (в одной руке у меня по-прежнему был конверт) и пробормотала:
– Самир-сагиб… заказывал… я принесла… это для клиентов.
Отчасти так и было. Самир действительно раз в месяц покупал у меня средство для укрепления волос – для махарани Индиры. Правда, не сегодня. Но я так спешила, что лучшего объяснения не придумала.
Через полчаса встреча со строителем. Я не могу лишиться дома! Я так волновалась, что, не попрощавшись, обогнула Парвати, выбежала из здания и махнула рикше.
А назавтра Парвати запиской отменила следующий сеанс мехенди.
Часть третья
ДесятьДжайпур, штат Раджастан, Индия 15 марта 1956 года
К марту дела пошли так ходко, что новым клиенткам приходилось ждать, пока до них дойдет очередь. Я, Радха и Малик работали дни напролет. Поутру перед школой Радха готовила пасту для мехенди. Мы с Маликом набивали судки припасами и колесили по всему Джайпуру. После школы Радха шла к Канте, а вернувшись к миссис Айенгар, помогала мне готовить угощения госпожам. К вечеру мы уже выбивались из сил и обсуждали только насущное.
Ты купил лаймы для укрепляющего средства?
Ты сделала домашнее задание по математике?
Нам вернули деньги за прогорклое масло бавчи?
Дом в Раджнагаре был почти готов. Деньгами Самира я расплатилась с Нарайей и наняла другого строителя доделывать туалет. Электричество еще не провели, но можно было переезжать: пока обойдемся масляными лампами.
В одно прекрасное утро, когда прохлада еще не сменилась жарой, я спустилась с судками во двор, чтобы ехать к первой за день клиентке. Радха с Маликом уже были там, и, подойдя к двери, я услышала их разговор.