Художница из Джайпура
Я успокоилась. Махарани тоже хитрила, как все мои клиентки.
Она перевернула бубновую шестерку, положила на трефовую семерку.
– Значит, ты знакома с Парвати Сингх. Ее отец был двоюродным братом моей матери. – Махарани улыбнулась мне. – Самир, ее муж, совершенно неотразим. Он, как никто, умеет угадать с подарком. Ты знала об этом?
– Нет, ваше высочество, – озадаченно пробормотала я.
– А могла бы, – уклончиво заметила она. – Это ведь ты, насколько я понимаю, его снабжаешь.
Мешочки с отваром? Не может быть!
– Мои волосы никогда не были гуще. – Она грациозно тряхнула головой. Самир действительно каждый месяц покупал у меня масло бавчи, но я думала, для любовниц.
Я улыбнулась.
– У вас роскошные волосы, ваше высочество.
– Раз уж Самир утверждает, что ты творишь чудеса, я склонна ему верить. – Она впилась в меня испытующим взглядом. – Ты сама-то веришь?
– Так обо мне говорят.
– А ну-ка покажи голову.
Я замялась, удивленная этой просьбой. Махарани жестом велела мне снять паллу, и я стащила с головы сари. Королева пристально оглядела мои волосы (чистые, смазанные маслом), веточку жасмина в пучке, уши без серег, покрутила пальцем, и я повернула голову, чтобы махарани рассмотрела мой затылок. Наконец я обернулась к ней лицом, и она кивнула.
– Люблю, когда голова правильной формы, – сказала махарани.
Вошел слуга с серебристым чайным сервизом. Такие же точно рисунки украшали фарфор Парвати. На блюдце с золотой каймой лежали тонюсенькие печенья с вкрапленными посередине кусочками фисташек и цветками лаванды. Слуга налил нам чай. Махарани постучала по столу холеным ноготком, и слуга тут же поставил чашку подле карт. Правда, к чаю махарани не притронулась.
– Мой покойный муж очень любил чай. В день выпивал чашек по пять, по шесть, а уж сахару сыпал столько, что впору было самому стать сахарным. – Она примолкла. – Ан нет.
Неожиданная прямота ее высочества отчего-то внушала симпатию. Наверное, все монаршие особы эксцентричны, рассудила я и наконец позволила себе расслабленно откинуться на подушку дивана. Я отпила глоток чаю со сливками – сладкого, с привкусом корицы и кардамона.
– Всю жизнь был эгоистом, – продолжала ее высочество. – Своим фавориткам наделал шестьдесят пять детей – кто их считает, внебрачных-то. А пяти законным женам, мне в том числе, постарался не сделать ни одного. Знаешь, почему? – Она зажала карту указательным и средним пальцем: так мужчины держат сигарету.
Я вежливо наклонила голову.
– Астролог посоветовал ему не доверять кровным наследникам. И вместо того чтобы родить законного сына, он усыновил мальчика из семьи раджпутов, который и стал нашим махараджей. – Она шлепнула карту на стол, картинкой вниз. – Я живу во дворце с махараджей, который мне не родной сын, и с махарани – женой моего пасынка.
Мне и раньше доводилось слышать о том, что индийские королевские фамилии по совету астролога усыновляют детей, которые наследуют престол. В некоторых дворцах это вошло в традицию.
Махарани обхватила чашку, но оставила стоять на столе.
– Наш махараджа обожает третью жену, Латику. У нее изысканный вкус, она образованна и умна. Подарила ему сына, который и должен был стать наследником престола.
Ее высочество вытащила из колоды валета и положила на даму.
Да вот беда: махараджа посоветовался с астрологом, и тот предупредил, что родной сын свергнет его с престола. И махараджа отослал сына в Англию, в школу-пансион. А жене не сказал – дескать, пусть главный советник сообщит. После отъезда сына махарани Латика потеряла сон и аппетит. Она ни с кем не разговаривает. Даже не встает с постели. – Ее высочество покачала головой и продолжала: – Мальчику всего восемь – столько же, сколько себе насчитал твой помощник. И мать не может увидеть сына.
Я знала, как мучительно для матери потерять ребенка из-за голода или болезни. Мне часто случалось видеть таких матерей: они приходили к саас. Но когда у тебя тайком забирают ребенка – это, наверное, пытка.
Махарани Индира дошла до конца колоды.
– Жители Джайпура полагают, будто махарани обладают властью, но это совсем не так.
Она взяла отложенную стопку и принялась одну за другой переворачивать карты.
– Потому мы и позвали тебя, Лакшми Шастри. Пусть молодая махарани мне не дочь, а жена моего пасынка, но я за нее отвечаю. Ее необходимо привести в чувство, чтобы она вернулась к исполнению королевских обязанностей. Да и махарадже нужна здоровая супруга. – Ее высочество приподняла бровь. – Она должна принять судьбу – свою и сына. Que sera, sera [31]. – Махарани Индира опустила руки. – Она хотя бы познала материнство.
Женщина, сидевшая передо мной, изведала немало скорби. Если бы мое предложение было уместно, я угостила бы ее сластями с кешью и кардамоном, которые приготовила утром и принесла во дворец: они утешают в горе.
– Ваше высочество, чем я могу быть полезна? – помолчав, спросила я.
– Верни к жизни махарани Латику. Развей ее тоску: Самир клятвенно уверяет, что тебе это по силам.
Приятно, что Самир так верит в меня. Но что, если я подведу знатную даму, которую вдобавок знает весь свет? При мысли об этом я содрогнулась.
Я облизнула губы.
– Ваше высочество, исцеление требует времени. Как и мои снадобья. Сперва мне нужно увидеть махарани Латику, чтобы понять, чем я могу помочь и надолго ли затянется процесс. Я польщена, что мистер Сингх так мне доверяет, но сперва я хотела бы оценить состояние махарани.
Махарани Индира окинула меня строгим взглядом. Я выжидательно посмотрела ей в глаза.
Чуть погодя она собрала карты со стола, словно наконец приняла решение.
– Иди оценивай, – отрывисто проговорила она. – Как закончишь, сразу ко мне.
Мне не раз доводилось утешать тоскующих женщин, и я испытала облегчение при мысли, что здесь от меня потребуется именно это. Успех будет сладок, и слава обо мне разойдется далеко за пределы Джайпура. А вот поражение окажется смерти подобно. От такого удара мне уже не оправиться. Значит, придется перебрать все травы из арсенала моей саас, чтобы исцелить молодую королеву.
Во рту у меня пересохло, несмотря на выпитый чай со сливками.
– Как прикажете, ваше высочество.
Махарани Индира довольно кивнула, обернулась к слуге, и он тотчас подошел к ней.
– Отведи миссис Шастри к ее высочеству. – Королева дотронулась до чашки и добавила: – Да скажи повару, чтоб впредь не присылал холодный чай! Как он посмел подать такое махарани?