Застрявший в «Возрождении»
Правда, одному из них свернули шею, а второй неожиданно обмочился, но зато им на замену неожиданно вызвался рой. А уж в хмуром Красавчике я с самого начала не сомневался — тот любил исподлобья пялится в сторону надсмотрщиков. И ничего хорошего в его взгляде не улавливалось.
Чтобы не тратить время на взлом, я просто подцепил с пояса толстяка универсальный ключ и с его помощью освободил добровольцев. Заодно объяснил, что бежать куда глаза глядят не стоит. Мы все по-прежнему внутри охраняемого периметра, а единственный выход отсюда сторожат наши сообщники. Так что лояльность головорезов была обеспечена. Жаль, что их так мало, я рассчитывал на большую толпу.
По моей указке каждый нагрузился новой порцией дров, и мы впятером вышли за ворота, оставив перепуганных до икоты невольников в окружении трупов. Вряд ли бедолагам предъявят что-то серьёзное, их вины в случившемся никакой. А если всё же попадут под горячую руку… Что ж, они сами доверили свою судьбу в чужие руки.
Короткая ночь уже наступила, поэтому быстро двигаться мои помощники не могли. Из них только рой мог что-то разглядеть дальше вытянутой руки. К счастью, многочисленные светильники, зажжённые по периметру арены служили отличным ориентиром. А пока мы брели в темноте и неизвестности, откуда-то с запада раздался звучный звон гонга. Такие штуки висят в сторожевых башнях и служат чем-то вроде сирен тревоги. По частоте ударов, кстати, определяют степень угрозы.
Колотили на этот раз весьма активно, привлекая всеобщее внимание.
Значит, «дублёры» всё же решили рискнуть и почти сразу же спалились. На этот случай у окранитов наверняка имелся сюрприз, ведь про готовящийся побег шептались все, кому ни лень. Не знали только, где и когда. Удивительно, как их не накрыли ещё раньше, хотя тут скорее всего сыграло роль скорое затмение и неповоротливость местной службы безопасности. Зажрались, господа окраниты.
Ну да ничего, мы их сегодня расшевелим!
Разумеется, в такой нештатной ситуации их командиры не могли и дальше торчать на церемонии, поэтому вскоре нам встретились несущиеся во весь опор паладины с факелами в руках. Мы же продолжали тупо брести вперёд, звеня цепями. Так что большинство элитных воинов просто пробежали мимо. Остановился лишь один, гаркнув в приказном тоне:
— Куда прётесь?!
— Нам сказали еще немного дров принести, — с максимумом безразличия в голосе ответил я.
— Тупые скотины, покаяние уже началось! Шевелитесь быстрей!
После чего паладин бросился догонять остальных. Я на ходу посчитал огоньки факелов и с удовлетворением отметил, что их ровно шесть. Значит, там осталась лишь пара часовых. Они тоже в броне, но не столь серьёзной — лишь кирасы с кольчужной юбкой и открытые шлемы в виде ведра. Другое дело, что Фэнг не оставил нам оружия, а у обоих вояк имеются при себе полуторные мечи. Так же к опасным противникам можно смело отнести служку, таскающего с собой длинную железную палку на поясе. Точнее, кочергу с загнутым острым концом.
Подойдя ближе к арене, я убедился своими глазами в правильности своих подсчётов. Расклад явно не в нашу пользу, но кто обещал, что будет легко? Присутствуй здесь по-прежнему паладины, нам не оставалось бы ничего другого, как сложить дрова и законопослушно отправиться обратно. Надеясь на то, что расстёгнутые кандалы никто не заметит.
Ведь даже у безумия есть свой предел.
Ритуал действительно уже начался, но пока ещё не достиг кульминации. Костры потихоньку разгорались, а взмыленный служка носился от одного к другому, поддерживая пламя. Поджигали их с нескольких сторон по краям, так что огонь постепенно подступал к провинившимся со всех сторон. Я позволил себе лишь короткий взгляд в сторону Двойки, но до неё раскалённые языки пока ещё не добрались.
Время есть, но его совсем мало, а против нас — семеро фанатиков с пылающими глазами, в которых отражался свет костров. Они от этого зрелища дикий кайф ловят, ведь на основной арене близ статуи святого Феникса установлено множество лавочек для зрителей, которые в молитвенные дни редко пустуют. Даже здесь они есть, но нынче всем не до шоу — рабочий день в разгаре, несмотря на кромешную темень.
— Вы что припёрлись, тупорылые? — шагнул вперёд один из часовых.
— Дрова принесли, — словно мантру повторил я.
— Кто вам сказал, что нужно ещё? Убирайтесь!
— Нет уж, пусть здесь оставят, раз притащили, — подскочил к нам служка. — В одном костре как раз не хватает. Давайте за мной.
Священники же не обратили на нас ни малейшего внимания, продолжая нараспев завывать псалмы и отбивать поклоны. Тем лучше, а то я боялся, что из-за тревоги здесь все будут на взводе. Гонг продолжал звонить, но лишь с одной стороны и уже не так часто. Опытные работники «Возрождения» могут безошибочно засечь направление прорыва и принять меры, остальные и так обязаны соблюдать особую готовность в тёмное время суток. Пусть оно и длится чуть больше получаса.
— Сюда, — служка повёл нас к костру Двойки. — Вываливайте рядом.
Я нарочно сделал лишний шаг и высыпал колотые чурбаки прямо на разгорающееся пламя, сильно его сбив.
— Нарково семя! — выругался часовой, сняв нагайку с ремня. — Что ты творишь, тварь безрукая?!
Этого я, собственно, и добивался. Плётка не меч — её и перетерпеть можно. Больно, но не смертельно.
— Простите, сейчас всё поправлю…
Всем своим видом выражая раскаянье, я нагнулся к костру и получил палкой промеж лопаток.
— Не лезь в святое пламя очернённой рукой! — рявкнул служка, намереваясь стукнуть меня снова.
Но не успел он как следует занести руку, как я резко выпрямился и от души залепил ему по лицу пылающей чуркой, сжатой в клешне. Если уж моему плечу стало горячо, то начинающему священнику осталось только посочувствовать. Искры весело брызнули во все стороны, а в воздухе отчётливо запахло палёным волосом и мясом. Кажется, я только что сотворил ещё одного Красавчика.
С пронзительным воплем служка отскочил в сторону и схватился за обожжённое лицо двумя руками, выронив кочергу. Очень хотелось ему добавить, но имелись кандидаты поважнее. Пока я ломал спектакль, остальные незаметно обступили часового. Тот мог играючи порезать нас пятерых, но его меч болтался в ножнах, а в руках имелась лишь нагайка. Оружие грозное, но не столь универсальное, как меч.
Он успел как следует приложить только меня, да и то большей частью попал по механической культе, которой я едва успел прикрыться. А затем уже его самого забили раскрученными кандалами. Кираса и шлем надёжно защищали владельца от столь примитивного оружия, но по ним стучали только неопытные рой с Лиффией. А вот каторжники даром время не теряли, врезав ему прямо по коленным суставам.
Боец срубленным деревом рухнул на землю, где его осыпали градом новых ударов. Что ни говори, а толпа — страшная сила. Вытащить свой главный аргумент воин так и не успел, меч оказался в руках у Красавчика. Тот не стал долго церемониться и с привычным хеканьем рубщика дров вогнал остриё глубоко в глазницу часового. Против ожидания, тот умер не сразу, и даже схватил клинок латными перчатками, будто пытаясь его вынуть.