Делу время, потехе час!

Собственно, проблем с этим не возникло. Нужно было просто пойти на запах подгоревшего бекона.
И мой пес, и местный двуногий кобель, к слову, все в том же халате, мило беседовали о прелестях современной кухни в нашем мире. Вернее, Хась с энтузиазмом рассказывал о том, что такое газовая плита и холодильник.
— Прямо таки сама горит и ничего для этого не требуется? — Скептически настроенный хозяин дома все так же хмурил брови и старательно пытался изобразить что-то похожее на завтрак.
— Это лучше у Наташки спроси, — посоветовал пес, смерив меня любопытным взглядом. — Натаха, ты бы хоть макияж смыла, а то вся тушь под глазами!
Твою ж мать! О косметике-то совершенно забыла… Быстро попыталась руками стереть остатки туши из-под глаз.
— Прекрасно выглядишь, — с сарказмом заверил… как его там? Макс… Максимил... Максимилиан. В общем, просто Макс. Буду я еще язык об его имя ломать!
— Ты тоже, — ехидно заметила я. — Особенно эффектно смотрятся жирные пятна на халате, прямо вот просто топ!
Он опустил взгляд на свою грудь и старательно попытался стереть жирные разводы. Один-один, играем дальше!
— Ругаетесь, как старые супруги, — проворчал Хась. — Лучше бы придумала, чем своего песика любимого покормить. Ибо стряпню этого повара от бога, вернее, не дай бог, я есть не буду и тебе не советую!
Я глянула на тарелку, в которой сиротливо лежали два закрутившихся и подгоревших ломтика бекона вместе с двумя какими-то яйцами, судя по размеру похожих на перепелиные. Это для кого завтрак? Для принцессы, третий год сидящей на диете?
— А нормальной еды нет? Я даже заплатить готова… — проворчала, подхватив кусок сыра и отправив его к себе в рот. Зря. Это оказался совсем не сыр, а самый натуральный смалец, густой и слегка замороженный.
— Пфе… — Я схватила небрежно брошенный лист капусты и выплюнула в него гадость. — У вас совсем нет нормальных продуктов?
— Ешьте, что дают! — насупился мужчина и скрестил руки на груди.
— Нет, нет и еще раз нет! Я это есть не буду. Здесь же холестерина столько, что мама не горюй. Вы вообще в курсе, что такая еда вредит организму?
Я уперла руки в бока и даже притопнула от негодования.
— Давайте уже определимся: мы достаточно близко познакомились, чтобы общаться на ты? Или все-таки стоит соблюдать правила приличия и выкать друг другу? А то вы то так, то этак… — попытался Макс сменить тему.
— Да как угодно. Хотя после того что между нами было, можно уже на ты, — благосклонно позволила я.
— А что между нами было? — поинтересовался он, вопросительно изогнув бровь.
— Ночь, проведенная на слишком близком расстоянии. Давайте, спасайте уже ваши яйца! — выпалила я и кинулась к сковородке. — Сгорят же, к чертовой бабушке!
— Не трогай мою еду! Ты вообще сказала, что есть это не будешь! — Он попытался отодвинуть меня от жалкого подобия газовой плиты, работавшего на дровах или чем-то еще.
— Они вообще перепелиные, что ли? — спросила, все-таки предоставив хозяину возможность заниматься оставшимися угольками.
— Это не яйца, это грибы такие! — проворчал он, высыпав все это на тарелку.
— Кофе хотя бы есть? — со вздохом поинтересовалась я, смирившись, что мимо завтрака точно пролетаю.
— Кофе? — переспросил Макс, словно впервые в жизни услышал это слово.
— Кофе. Напиток такой из молотых зерен! — объяснила, чувствуя, что закипаю основательно.
— А, это вроде есть… — Макс переставил на стол закипевший чайник, порылся в одном из ящиков и вручил мне баночку с молотым черным перцем! — Вот, запаривай, — пожал плечами, с интересом наблюдая за мной.
— Грибы вместо яиц, смалец вместо сыра, перец вместо кофе… Нам надо на рынок, причем срочно! — Я закатила глаза и направилась к двери.
— Куда ты собралась? — окликнул меня Макс, догнал и перегородил выход из комнаты.
— Сказала же, на рынок!
— В таком виде? — Он смерил меня удивленным взглядом.
— А что не так с моим видом? — насупилась и попыталась его обойти.
— За сумасшедшую примут!
— Боже… Идеи, мысли, соображения есть? — поинтересовалась со вздохом. Наверное, в его словах есть доля истины. Примут еще за ненормальную, а если в ведьмы запишут, так и на костер можно попасть…
— В комнате, где ты не изволила спать, есть женские платья, — любезно подсказал он.
Я невольно закатила глаза, вспомнив пылищу, которой было устлано все в комнате. Интересно, а моль тут водится? И насколько она успела пожрать те платья?
Делать нечего, вздохнула, бросив гневный взгляд на мужчину, и пошла наверх, выяснять состояние и размер вещей на практике.
Открыла шкаф и ужаснулась. Корсеты, рюшечки, дополнительные юбки, стремные кальсоны… Что это вообще за хрень?!
В состоянии, стремительно приближавшемся к истерике, захлопнула дверцу и попятилась, но тут же уперлась спиной в широкую грудь хозяина дома.
— Ну что, выбрала? — поинтересовался он, скептически хмыкнув.
— Эм… Нет.
— М? — Он вопросительно изогнул на меня бровь и снова отворил дверцу проклятого шкафчика.
— Это же орудия пыток, а не платья! — вздохнула и плюхнулась на кровать, подняв облако пыли. Выругалась, встала и оперлась задом на край стола, предварительно смахнув пыль рукой.
— Слушай, почему ведешь себя как истеричная баба или торговка с рынка, если ты дознаватель? — спросил Макс, спокойно перебирая вешалки с этим пестрым тряпьем.
— А я разве истерю? — спросила, отвесив челюсть от удивления.
Он лишь вздохнул, закатив глаза и смерив меня осуждающим взглядом.
— Правда истерю? — поинтересовалась у Хася, тоже пришедшего в комнату.
— Ну, скажем так… Ведешь себя немного странно и непривычно, — ответил пес и подошел ближе, оставляя на полу четкие отпечатки лап.
— Ну… — немного смутилась от таких откровений и задумалась. Да, пожалуй, эмоции действительно зашкаливают, нужно как-то взять себя в руки и перестать вести, как маленький ребенок.
— Вот, думаю это подойдет. — Макс достал из шкафа строгое бирюзовое платье и протянул мне. — С переодеванием справишься или помочь? — спросил, ехидно приподняв уголки губ в наглой ухмылке.
Послать бы его сейчас куда подальше… Да только вот я действительно не уверена, что смогу правильно натянуть на себя этот беспредел на шнурочках.
— Помочь, но не лапать! — со вздохом сдалась.
 
Максимилиан
Никогда не понимал всех прелестей женской одежды, но во имя собственного удовольствия со временем научился справляться даже с самыми сложными корсетами и подъюбниками. Кто же знал, что сейчас это умение сможет мне пригодиться...