Корона опустошения
И снова неудача.
Одновременно с этим Самина почувствовала в глубине себя шевеление Зверя, который все чаще давал о себе знать, но она не позволила этому комку инстинктов внутри себя окрепнуть и заявить свои права.
Сосредоточившись на Силе, она вновь попыталась коснуться Иного, и на этот раз получилось. Она зачерпнула не так много, как хотелось бы, но это уже было что-то.
Сплетая потоки, Самина ударила по Руш, и в тот же миг её купол окутали лозы. Не такие крупные как те, что разворотили здание, но не менее смертоносные. Они двигались, вонзая шипы в полупрозрачную с золотым отливом поверхность барьера, сплетаясь вокруг него подобно змее.
Кнут сменил направление и ударил по барьеру, рассекая часть лоз, но Самина тут же сформировала новые. Они нарастали одна за другой, оплетая купол. Кнут ударил снова, но результат был тот же, и тогда Руш решила, что лучше всего не пытаться уничтожить терновую преграду, а убить ту, кто её создает.
Кнут метнулся в сторону Самины, и той ничего не оставалось, кроме как прыгнуть в пропасть. Прямо в полете она трансформировала руки и ноги, но почти не тронула тело и голову. Одна из лоз выстрелила в её направлении, Самина с легкостью ухватилась за неё и как на веревке перекинула себя вверх.
Рядом оказалась Алетра. Огненная фурия протянула руку, убрав пламя с конечности, и Самина недолго думая схватилась.
Вместе они взмыли в вверх, уворачиваясь от несущегося следом «живого» кнута из клинков.
— Сеть! — закричала Самина.
Прямо над их головами была паутина из сияющих нитей, и не было ни малейшего сомнения в том, что они через неё пролетят. Самина попробовала разорвать эту паутину, используя лозы, но просчиталась. Порожденные её силами стебли просто разрушались, пытаясь разорвать сияющие нити.
Алетра в последний момент сменила направление и спикировала вниз, пролетев в опасной близости от других нитей. Огненная фурия вновь потеряла контроль, и они рухнули на каменные обломки одного из верхних этажей.
— Извини, — виновато сказала Алетра. — Я ещё плохо контролирую полет. Нужно больше практики.
— Ничего, я цела, — отозвалась Самина, поднимаясь на ноги.
Тем временем перед ними возникла Руш. Она уже восстановила искалеченную руку.
— Как любопытно! Я и не думала, что встречу в этом времени так много сильных фурий. Казалось, что подобные вам давно в прошлом. Что-ж… Развлеките меня ещё немного.
Глава 17. Схватка в Хэйар-Плаза. Часть вторая— В данный момент они сражаются. Нам вмешаться?
— Нет, — немного поразмыслив, сухо ответил Нейрам. — Наблюдайте и докладывайте обо всем, что происходит.
Оборвав связь, магистр Детей Света откинулся в кресле и провел по усталому лицу руками.
Испепели Свет их всех!
Эмоции внутри так и били через край, и все же он был вынужден оставаться спокойным. Он уже слишком стар, чтобы им поддаваться.
Ситуация выходила не слишком хорошей, как ни посмотри. Ламат’Хашу и подчиненные Альдрима вступили в прямое противостояние, что в итоге привело к серьезным разрушениям в Хэйар-Плаза. Схватка продолжается прямо сейчас, и судя по докладам, силы примерно равны.
Вмешаться?
Нейрам постучал указательным пальцем по столешнице, обдумывая все возможные варианты. Ламат’Хашу ему ещё нужна, как и он ей. Их нельзя назвать союзниками, в конце концов они преследовали совершенно разные цели, просто до поры до времени их дороги идут в одном направлении. Они использовали друг друга, но Нейрам не питал иллюзий по поводу их взаимоотношений. В итоге они все равно станут врагами. Его цель — наступление Последнего часа, а её — уничтожить все, что в этом мире создал Таргарон
Ламат’Хашу не так просто убить, в конце концов она божество, меняющее личины, хоть и на этот счет у Детей Света имелись кое-какие наработки. Но использовать их сейчас? Нет. Пока у Ламат’Хашу Рэман-дал-Тор, меч, убивающий богов, нельзя её трогать.
Но и устранение ближайших сподвижников Владетеля превратилась бы в серьезную проблему. Альдрим не доверял Детям Света, но разве можно было винить его в слепоте? Как бы то ни было, именно он является ключом к Последнему Часу, и идти против него из-за Ламат’Хашу? Нет уж.
— А зачем мне вообще что-то предпринимать? — очевидная мысль, но в последнее время Нейрам часто не мог позволить себе просто бездействовать и безучастно наблюдать. — Если они так хотят поубивать друг друга — пусть. Мы не имеем к этому никакого отношения.
* * *
Кригер неторопливо шел по коридорам частично разрушенного отеля в поисках древней богини пещер. Он чувствовал её где-то рядом, но никак не мог найти. Она играла с ним в прятки, пока его компаньонки сражались с Руш.
— Хватит пряток, Ламат’Хашу. Покажись.
— Чтобы ты сломал мне очередные кости? Ну уж нет. Этому телу и так сильно досталось, — словно насмехаясь над ним, сказала богиня, и её голос несколько раз сменил направление. Казалось, что она была в стенах. — Нам нет причин сражаться, Данэс. Мы с тобой не враги и, в сущности, хотим одного и того же. Порядка.
Кригер остановился. Его рука все ещё крепко сжимала боевой молот.
— Абсолютного порядка, где все находится на своих местах.
— …
— Я много слышала о тебе, Данэс Кригер. Человек, что выковал Рэман-дал-Тор. Кто бы мог подумать, что смертный способен на такое… Мне бы пригодился кто-то вроде тебя.
— Ты всерьез думаешь, что способна переманить меня на свою сторону? — Кригер даже не стал скрывать насмешку, которая в его исполнении вышла уж слишком жуткой.
— Сейчас — нет. Ты слишком долго следуешь за Альдримом, считая, что именно он в итоге сделает мир таким, каким его видишь ты. И ты прав, но лишь отчасти. Альдрим лишь инструмент. Мой инструмент.
Кригер сделал несколько шагов вперед, поудобнее перехватив молот, и ударил по стене, раскалывая её на мелкую крошку и вместе с тем лишая богиню укрытия.
— Неплохо, — сказала она, улыбаясь. — Как ты смог меня найти?
— Слишком много болтаешь.
Мужчина сделал шаг навстречу, а богиня отступила.
Ещё шаг, и она уперлась спиной в стену, по которой тут же пошли алые трещины, в одной из которых она и укрылась. Это выглядело так странно, словно её человеческое тело стало жидким и буквально затекло в образовавшуюся щель.
— Знаешь, как я родилась? — спросила богиня. — Один человек увидел щель, внутри которой жил светящийся гриб с легкой мутацией, из-за чего его свет был не белым, а красным. Он показал его другим людям, и кто-то сказал: «Наверное, это щель ведет в лучший мир! Что если мы сделаем её шире?». И они сделали трещину шире и длиннее, давая грибу расти в разные стороны. В конце концов он заполнил собой всю пещеру.