Корона опустошения

Противник уже собирался вновь напасть, но внезапно остановился и выпрямился по стойке смирно. Остальные охранники тоже отступили от девушек. Что-то изменилось в них, в их лицах и взгляде. Присмотревшись внимательнее, Кригер заметил, что лица каждого из присутствующих покрывали алые трещинки.
— Что-ж… — заговорил один.
— …если вы так хотите встретить ту женщину… — продолжил второй.
— …тогда прошу сюда, — закончил третий и жестом указал на лифт неподалеку, который как раз в этот момент открылся.
Кригер переглянулся с фуриями, затем взвесил свой молот, раздумывая, не стоит ли перебить этих странных людей здесь и сейчас. Он не понимал эту силу и потому хотел уничтожить.
Алетра тоже была в боевом настроении и готова была спалить тут все до тла по первому же слову. Она едва контролировала собственную силу. И тем не менее решение тут принимала Самина.
— Хватит, — решительно и твердо сказала она. — Мы сюда пришли найти Генриэтту, а не сражаться. Так что идем, если они нас пропускают.
Охранники отступили, больше не выказывая никакой агрессии. Более того, казалось, что они находятся в каком-то трансе или вроде того. Кригеру не раз доводилось видеть людей под воздействием чего-то, и это определенно такой случай. Но все наступило как-то слишком резко, а так не бывает. Словно кто-то нажал на переключатель, взяв солдат под контроль.
Самина первой вошла в лифт, немного погодя за ней последовала Алетра, которая смогла взять себя в руки и погасить разбушевавшееся пламя. Кригер, бросив напоследок взгляд на охранников, застывших словно манекены, присоединился к девушкам.
Как только это произошло, звякнул звоночек, и двери стали закрываться.
— Я тут кое-что заметила, — внезапно заговорила Алетра.
Самина бросила на неё вопросительный взгляд.
— В этом лифте нет кнопок.
Лишь после её слов Кригер покрутил головой, лично убедившись в сказанном. В кабине лифта действительно не было кнопок, а следовательно, управлялся он снаружи.
— Возможно, это ловушка, и сейчас нас поднимут на самый верхний этаж, а затем сбросят вниз, — безразлично предположил Кригер, заметив как йокнула от этих слов Алетра. — Мы с Саминой скорее всего выживем. А вот ты…
— Перестань, — буркнула Самина, бросив сердитый взгляд на мужчину.
— Вот именно, — согласилась Алетра. — Так пугать свою женщину…
— «Свою женщину»? — покосилась на юную фурию Самина. — Так… вы двое…
— Ага. Постоянные партнеры, хоть он этого и не признает, — с нотками гордости ответила Алетра.
— Лучше поговорим о падении и неминуемой смерти.
— Я же говорю, — усмехнулась Алетра. — Он стесняется. В нем гораздо больше чувств и эмоций, чем кажется на первый взгляд. Слышишь, как сердито запыхтел? Смутился из-за того, что я о нем говорю.
Какая раздражающая женщина…
Вновь зазвенел колокольчик, и двери начали неторопливо открываться, провожая людей в просторный двухуровневый пентхаус. На входе их ждала женщина с короткими темными волосами и слегка сияющими золотистыми глазами.
Кригеру было знакомо её лицо, он видел его среди статуй Старых Богов.
— Руш…
Женщина на мгновение удивленно приподняла брови, а затем нахмурилась.
— Так значит, именно ты за всем стоишь? — сказала Самина.
— Я всего лишь привратник, — сообщила та. — Следуйте за мной. Госпожа хочет с вами поговорить.
— Госпожа? О ком ты? — тут же заинтересовалась Самина, но ответа так и не получила. Руш развернулась и неторопливой походкой направилась вглубь пентхауса.
— Так и будете стоять? — бросил девушкам Кригер и направился вслед за Старой Богиней.
Если Руш местный привратник, то кто же господин? 
Они вышли в огромную полукруглую комнату с высоким потолком и панорамными окнами, перед которыми находилось несколько диванов. С одного из них поднялась женщина, лицо и тело которой было покрыто множеством маленьких трещинок, источающих алый свет.
— Генри! — обрадованно воскликнула Самина и буквально бросилась к женщине, но пройдя половину пути внезапно остановилась, смерив ту полным сомнений взглядом.
Кригер тоже помнил Генриэтту другой, и дело было не только в этих трещинах, но и во взгляде, в том, как она держалась. Перед ними был кто-то, выглядящий как Генриэтта, но вряд ли являющийся ей на самом деле.
— Генри? Это ведь ты?
«Генриэтта» одарила Самину сдержанной улыбкой, а взгляд при этом был холодным.
— Генриэтта мертва, Самина. Умерла в тот день, когда на Школу напали солдаты Домена Силы. Её расстреляли во время бессильной попытки защитить бедняжку Арвин. Но, если это тебя утешит, она, как и прочие живет во мне. Я помню то же, что помнила она. Помню день вашего знакомства, помню ваши разговоры в Школе до самого рассвета. Помню ваш первый поцелуй, полный неловкости и смущения.
Услышав это, Самина отступила, а её рука сама собой легла на рукоять пистолета на поясе. Руш, которая раньше лишь наблюдала, скрестив руки на груди, сделала шаг вперед, но «Генриэтта» жестом велела той не вмешиваться.
— Я рада видеть всех вас троих, — мягко сказала она. — Хоть и надеялась, что это произойдет гораздо позже. Когда всё… впрочем, это не важно. Раз уж вы приложили столько сил, чтобы меня найти, то невежливо было с моей стороны отказывать вам в аудиенции.
Женщина жестом указала на диванчики.
— Располагайтесь.
— Кто ты такая на самом деле? — Самина не сдвинулась с места. Было видно, как в ней кипит гнев. — Почему ты выглядишь как Генриэтта? Что происходит?
— Ах да, я же так и не представилась. Что-ж… я Ламат’Хашу, богиня тени, хранительница пещер. Истинная богиня этого мира.
 
Глава 14. Корона и Ламат’Хашу
Макхи’Трапфу, Хранитель воды, не выказывал пришельцам из другого мира какой-либо агрессии, но вместе с тем и дружелюбие от него не исходило. Теон долго всматривался в лицо этого синекожего божества, но так и не смог понять, о чем оно думает.
— Значит, эта корона содержит жизненные силы всех живых существ, которых убил Таргарон? — переспросил Теон, бросая короткий взгляд на корону. Если это правда, то этот предмет намного более сильный, чем был его меч. С помощью короны Теон вполне способен сокрушить Старых Богов и покончить с этой войной, а заодно и с Мерфионом. — Но если это так, то зачем он оставил её тут? Почему не забрал с собой?
— Потому что у неё есть предназначение, — ответил Макхи’Трапфу все на том же старом языке. — Она создает Опустошителей, чтобы эти монстры накапливали силы.
— Значит, если мы уничтожим корону, то исчезнут и Опустошители?
— Не исчезнут, но перестанут рождаться.