Белая кость, голубая кровь

Разумеется, я поспешил в малую гостиную. По пути прихватил парочку Падших. Опять же — на всякий случай. Пусть за дверью постоят.
Когда я вошёл, то увидел невысокого мужчину лет пятидесяти с небольшим, подтянутого, в сером двубортном костюме, красном галстуке и такого же цвета волосами. При моём появлении он сразу встал и сделал навстречу два неуверенных шага.
— Господин Скуратов… Позвольте представиться: Анохин Родион Сергеевич.
Я протянул ему руку, которую он пожал с заметным облегчением. Я помнил этого человека: он прибыл среди прочих гостей в компании обворожительной и довольно молодой жены. Но не думал, что это один из родителей убитых мною учеников. Надеюсь, он не задумал напасть, выдумав покаянную историю. Потому что его смерть здесь в День моего рождения вызовет скандал. А с меня их и так довольно.
— Прошу, присядем, — сказал я, указывая на кресла. Так, по крайней мере, между нами окажется журнальный столик. — Князь заверил меня, что у вас имеется важная информация.
— Так и есть, — кивнул Анохин, садясь. — Видите ли, Красный клан издавна сотрудничает с вашим. Мы соседи, как-никак. И, несмотря на то, что я был вынужден затребовать контрибуцию после того досадного случая… Сами понимаете, вопрос репутации. Тем не менее, я чувствую, что с вами обошлись несправедливо. И, кажется, именно моя дочь спровоцировала ту драку, закончившуюся столь трагично.
Видимо, он был отцом чокнутой девицы, пытавшейся «изгнать» меня с помощью креста.
— Я вам глубоко сочувствую, — сказал я. — Но вы правы: на меня напали, и мне пришлось защищаться.
Анохин кашлянул.
— Наверное, я должен принести извинения.
— Прошу, не нужно. Мне было бы неловко принимать их от скорбящего отца.
Мой собеседник благодарно кивнул.
— К сожалению, иногда случаются ситуации, когда нет чёткого понимания, как следует себя вести, — проговорил он.
— Увы, это так. У вас есть информация для меня?
— Да. Надеюсь, наш разговор останется между нами.
— Не сомневайтесь. И позвольте заверить, что я крайне высоко ценю ваше… участие в моей судьбе.
— Меня настойчиво уговаривал присоединиться к коллективному вызову один человек. Не знаю, зачем ему это. Я отказался, как вы знаете.
— Кто он, господин Анохин?
— Чеботарёв Александр Николаевич. Серый клан.
Хм… Об этом субъекте я слышал не впервые. Кажется, он владел заводами, работающими на оборонную промышленность. Вероятно, я перехватил у него часть заказов.
— Благодарю, — сказал я, вставая. — Ещё раз примите заверения в моей искренней признательности. А теперь вам, наверное, лучше присоединиться к гостям.
— Надеюсь, эта информация окажется вам полезной, — проговорил, поднимаясь, Анохин.
Выпроводив его, я направился в кабинет и связался с отделом разведки. Когда Свечкин взял трубку, сказал:
— Юрий Михайлович, мне нужно полное досье на Чеботарёва Александра Николаевича из Серого клана. Включая данные по его окружению и сфере деловых интересов. Кажется, они как-то пересеклись с нашими. И выясните, связывает ли его что-нибудь с Анохиным Родионом Сергеевичем из Красного клана.
— Принял, Ваше Сиятельство. Немедленно этим займусь.
— Будьте любезны.
Повесив трубку, я прошёлся по комнате. Если Анохин не пытается подставить Чеботарёва, то, скорее всего, Серый решил устранить конкурента на военном рынке. Или, по крайней мере, подорвать его репутацию. Мою репутацию. И очевидно, что он не остановится. Придумает ещё что-нибудь. Возможно, даже не погнушается какой-нибудь более серьёзной подставой, а то и покушение организует.
Вероятно, в ближайшее время придётся им заняться…
    
Глава 42
Когда я вышел к гостям, то увидел Шувалова, который смотрел на меня. Я слегка кивнул. Мол, всё в порядке. Он ответил тем же и отвернулся.
А через пять минут слуга объявил начало танцев.
Мне пришлось составить партию Каминской и ещё нескольким девушкам.
Наконец, пришло время гостям разъезжаться. Я провожал их с облегчением, хоть и старался этого не показывать. Когда замок опустел, поручил Андроновой, Марте и Есении на следующий день заняться разбором подарков, поблагодарил задержавшегося Павла и заверил, что организовывать уборку совершенно не нужно. Справлюсь без него. Он уехал довольный. А я отправился к себе, принял горячий душ и завалился спать. Всё-таки, год в новом мире прожит, я не сгинул в бесконечных интригах и даже умудрился нехило подняться, а значит, заслужил небольшой отдых.
Через три дня меня восстановили в школе. Пришлось туда тащиться и навёрстывать пропущенное. Поблажки мне из-за отсутствия давать никто не собирался. В общем, первые деньки прошли довольно напряжённо. Не говоря уж о том, что смотрели на меня косо, хоть ничего и не говорили. Сторонились, короче. Не все, но многие. В принципе, иного я и не ожидал. Нельзя устроить в школе бойню, а потом всерьёз рассчитывать, что об этом забудут. Но наезжать никто не наезжал.
А после занятий я изучал Вэй-Дуна. Ну, и вскоре Свечкин предоставил, наконец-то, полный отчёт по Чеботарёву. Мы с ним засели в кабинете, велев не беспокоить. Прочтение материалов требовало сосредоточения. Когда я все бумаги просмотрел, то поднял глаза на начальника разведки, дожидавшегося вопросов.
— Выходит, не соврал Анохин?
— Думаю, нет, Ваше Сиятельство. Не похоже.
— Вот и я так думаю. Ему с Чеботарёвым делить нечего, а с нашим кланом у него дела. Зато я сильно насолил Чеботарёву своими военными контрактами. Ясно, почему у него на меня зуб. Ладно, у меня есть вопросы, требующие уточнения. Надеюсь, вы на них ответите.
Свечкин подобрался.
— Я весь внимание, Ваше Сиятельство.
— Я так понял, что Чеботарёв много врагов нажил и опасается покушений. Поэтому сидит дома с усиленной охраной.
— Совершенно верно, господин маркиз.
— Тут написано, что он завёл гарем из наложниц, хотя самому уже под пятьдесят. Шесть девиц — ничего себе.
Свечкин кивнул.
— То ли мужик ненасытен, то ли выделывается — мол, смотрите, какой я ещё жеребец.
— Ну, это неважно. Меня интересует, как его жена к этому относится.
— Нетрудно догадаться, Ваше Сиятельство.
— Так я и думал. А вторая супруга Чеботарёва как скончалась?
— Сердечная недостаточность. Умерла во сне. Выяснилось это только утром, так что помощь оказать, конечно, не успели.
— Ага. Очень хорошо. А оставшаяся, эта вот Ольга Юрьевна, сильно больна? Тут указано, что она регулярно посещает клинику.
Свечкин ухмыльнулся.