Евгений, Джек, Женечка
— Ничего не будет, не переживай…
Как я могла не переживать, оставляя дочь с той, по вине которой у ребёнка только имя от Джека! Сердце подпрыгивало в груди выше, чем машина на разбитой дороге. С шоссе я позвонила Джеку.
— Ты до скольки работаешь сегодня? — спросила заранее, чтобы он вдруг не отменил уроки.
— До пяти, но я не могу… Очень хочу, но… Блин, должен поехать к матери.
Я усмехнулась.
— Именно об этом я и хотела тебя попросить. Поехать к матери…
— То есть ты была уверена, что я все равно приеду к тебе? — он тоже усмехнулся, но весело. — Я весь день буду убеждать себя этого не делать… Короче, я не знаю, кто во мне в итоге победит Джек или Евгений Владимирович.
— Тогда говорю Джеку, чтобы не ехал на дачу… — все еще тянула я с новостью.
— Наоборот, Джек как раз таки собирался к матери… Мне со старым дураком никак не договориться, — смеялся Сомов в телефон.
Ну да, нет еще полудня: ученица не заняла все его мысли.
— Короче, я звоню, чтобы примирить две твои половинки, — я набрала побольше воздуха в грудь. — Меня срочно вызвали в офис, и я боюсь не успеть вернуться к шести из-за пробок. Смени свою мать на даче, она сейчас там с моими детьми.
В динамиках тишина — мне понравился эффект, который произвела на Сомова моя новость.
— Это как? — проговорил он наконец.
— Ну, у меня неделя незваных гостей…
— Она меня, что ли, у тебя искала?
— Нет, она уверена, что эту ночь ты провел не со мной. Я не стала спрашивать ее имя…
— Нина…
— Я и тебя не спрашивала, — перебила я, почувствовав, как болезненно сжалось сердце. — Ты будешь на подхвате, если что?
— Ты про нас сказала? — не услышал Джек моего вопроса.
— Ты дурак, что ли?
— Уже, честно, и не знаю… Как ты ее оставила с детьми?
— Как? Сама предложила. Няня моя в городе, а на работе какая-то жопа случилась, не иначе. У меня выбора не было. Или ты считаешь, что я могла сделать это с трезвой головой?
— Моя мать с Володькой всю жизнь сидела… Так что справится.
— Я в курсе, мне рекомендации предъявили… Жень, я серьезно прошу тебя приехать. Я пообещала отвезти ее в город, но тащить Женьку с собой не хочу, а после такого дня она точно нормально не уснет, чтобы оставить ее с братом.
— Не нервничай, я все сделаю. Мать никаких гадостей тебе не наговорила?
— Нет, была предельно вежлива. Приличными словами попросила, чтобы я оставила ее мальчика в покое и занималась детьми и мужем. Жень, все нормально. Она сама не поняла, чего приперлась. Наверное, ее бог мне послал… Сначала у няни квартиру залил… Ну и ты искал повод приехать на дачу… Жень, я скучаю… Безумно…
— Не рви мне душу, ладно? Скучаешь, сними кольцо. Чего может быть проще?
— Сниму в сентябре, когда Ярослав уедет. Неужели так сложно понять?
— Понять могу, принять — не проси. Сейчас два месяца, потом еще сколько на развод… И видишь же, что тут не спрячешься, и под землей найдут… Давай в открытую, пожалуйста… Я не хочу этих разговоров за твоей спиной. Люди очень злые.
— Будто я не знаю! Джек, не телефонный разговор, ладно? Не порть мне настроение еще больше. Хоть ты не порть. Подставь плечо, больше ни о чем тебя не прошу. Видишь же, что полная задница у меня в жизни…
— Так прижмись к моей ночью… Сразу станет легче, обещаю…
Я сжала губы, почувствовав, как они затряслись.
— Пообещай приехать на дачу забрать мать.
— Зачем двадцать раз повторяешь? Один раз сказала, достаточно. Тортик купить?
И снова в его голосе появился пропавший смех.
— Без коньяка, тебе за руль.
— Понял. До вечера. Мысленно обнимаю… Ну, и все остальное… Тоже мысленно, увы… Ты там смотри в оба. У нас не Москва, конечно, но тоже нужно осторожно ездить.
— Я брала уроки экстремального вождения, не переживай.
— Переживаю. Как я могу не переживать? Я же понятия не имею, как ты водишь.
— И при этом отвлекаешь меня от дороги всякими нехорошими мыслями…
— Взаимно, знаешь ли… Если у тебя будет минутка на работе, подумай о нас хорошенько…
— Джек, я думаю. Не торопи меня. Ты же обещал!
— Ты взрослая баба и все еще веришь мужикам? — хмыкнул он нагло. — Ясь, я от тебя не отстану, не проси…
— Я тебя сбрасываю…
— Только не со счетов…
О, нет, Сомов — за тебя мне судьба такой счет предъявила… И предъявит еще… Больший!
49. Ясь или не Ясь— Твою мать! Твою ж мать… — вспоминала я совсем не мать Джека.
О ней я вспомнила пару часов назад, когда поняла, что раньше одиннадцати из офиса не выберусь! Позвонила Джеку, ужасно извинилась и попросила их как-то устроиться на ночлег.
— Я постараюсь быть к двенадцати. В шкафу между комнатами лежит куча не распечатанного белья. Перестели для матери мою постель. Сам ложись на диван. С пледом ты знаком, — попыталась я пошутить с похоронным лицом.
— Разобрать диван? Для тебя. У меня есть спальник…
— Джек, я вряд ли вообще спать буду…
Как и Костя после того, как сдал мне начальство. Выслуживается, гад! Ремонт был прикрытием, чтобы избавиться от товара до моего появления в офисе. Они списывали чуть ли не половину партии в брак и переводили в некондицию. Боже, сразу вспомнился интеллигентнейший жулик в исполнении Евстигнеева из «Последнего лета детства». Пять минут назад я отпустила кладовщика и сейчас почти что распрощалась с Костей. Почти!
Он решил проводить меня до машины. Стоянка охраняемая, но это же бандитский Петербург! И, о черт! Какая-то сволочь заперла мою машину, которую я с трудом втиснула на последнее парковочное место рядом со стеной. Соседняя машина на пустой теперь уже парковке встала рядом задом, и если я начну движение, то снесу ей зеркало, даже если сложу свои зеркала!
— Можно узнать, кто этот чудак? — спросила я с надеждой.
Костя пожал плечами и ушёл. Что теперь делать с машиной, я не представляла.
— Они предложили вам оставить машину до утра без оплаты.
— И это все?
Реально, это было все! Это было продолжением рабочей задницы!
— Какое такси может отвезти меня за город?
— Я могу отвезти вас без проблем.
Вот не надо так беззастенчиво подлизываться к новому начальству. Я, конечно, не скажу, кто стукач, когда полетят шапки, но вдруг догадаются. И непонятно, сколько он сам поимел со всего этого… Никогда и не узнаю! Он явно замел все следы.