(не)любимый препод
— Саш! — требовательно зовет она.
По живому режут, шоколадная семейка, сопротивляться не могу, вкладываю киндер в ладошку.
Отменяется сюрприз.
— Я просила подружиться, — она встает на ноги. — Ты чего добиваешься? Вообще, с родителями моими будешь знакомиться?
— Конечно буду, — заверяю.
— Тогда пусть Кирилл играет. Он ведь тебе не мешал, — она вздрагивает, когда юрист, выскользнув в коридор, громко хлопает дверью. Кристина трет лоб, возвращается к длинному столу, забирает серую папку и показывает мне. — А знаешь, что он мне сказал? Так, щас, — она листает файлы.
Опускаю глаза вниз.
Там Кирилл как раз с трудом справляется с футляром. Пластмасса щелкает, перстенёк выскакивает, словить не успеваю, он закатывается под диван. Наклоняюсь, не вижу, вслепую щупаю паркет. Кирилл ползет под моей рукой и растопыривает толстенькие пальцы. Радостно хватает блестяшку. Я тихонько тяну к себе, он грозно хмурит светлые брови.
Открывает рот.
Нет, хватит орать.
Мысленно выругавшись, оставляю ребенка в покое. Это, в конце концов, смешно уже.
— Вот здесь, — Кристина шлепает по файлу. — Семь процентов акций на мое имя записаны, а юрист…
— Сама отказалась кофе носить, — привлекаю ее к себе. — У меня место директора освободилось, ты работать рвешься, идеально, — ловлю её испуганный взгляд и смеюсь. — Я теперь здесь постоянно, всему научу. Ты послушай, как звучит: директор издательства — Кристина… — едва не ляпаю Аверина, но кусаю язык. Наклоняюсь и целую, лучше заткнуться. Теряюсь, что делать — не знаю, Кирилл мне планы спутал.
Отрываюсь от нее и смотрю на ребенка. Кольцо куда-то задевал. Развлекается с упаковкой салфеток. Бедный малыш, бросили в скучном офисе и решают свои делишки.
— Я думала мы ненадолго, тебя заберем и гулять, — виновато говорит Кристина. — Оставили в машине все. Там у него щенячий патруль и азбукварики. Родной, щас поедем, — поднимает его на руки. — Так ты с нами? — оборачивается ко мне.
— Да-да, вы спускайтесь, я через две минуты приду, — помогаю им одеться и выпроваживаю.
Звоню в студию и отменяю квест. К лучшему. Кристине после этой истории с Винни-Пухом чего-то спокойного, наверное, хочется.
Приглашаю их в зоопарк. Кристина за рулем, сажусь на заднем сиденье с Кириллом, он в детском кресле. У него есть вертолет, ракета и патрульные собаки, но он достает из кармана колечко и зажимает в кулаке. С коробкой киндеров не прокатило, Кристина не разрешила больше шоколада. Братец ее неприступен, украшение отдавать не собирается.
Ослабляю галстук и смотрю в окно.
Праздники еще не прошли, народ на улицах веселый. Скоро стемнеет и надо встречать родителей на вокзале. В Кристине я не сомневаюсь, она прелесть и понравится моим, а вот с Абрамовыми старшими встреча не шибко радует, не люблю такое, я и с Машиными-то родителями толком знаком не был, за двадцать лет несколько раз видел. Но тут мне нужно убедить людей, что за свою красотку могут не переживать и довериться мне, я все сделаю для нее. У меня есть прогресс, не курю, не принимаю таблетки и не пью ром, и хотя бы полгода хорошо бы почиститься, готовлюсь к таким, как Кирилл, но только нашим с Кристиной, очень хочу.
В зоопарке ходим по теплым павильонам и внутренним вольерам, на улицу высовываемся ненадолго, одним глазком глянуть на белых мишек, морских котиков и тюленей, а то Кирилл замерзнет. Таскаю его сам, и то ли ему так любопытно от обстановки, что меня не боится, то ли лед тронулся, но выбора-то у него все равно нет, я его сестру никуда не отпущу, пусть привыкает, холодный носик. Мягкие щечки.
Через час ему надоедает, и мы катим на вокзал.
Идем по залу ожидания, мимо лавочек и искусственных пальм, Кристина листает сообщения в телефоне и бурчит:
— Николь вся извелась. Когда Егора отпустят?
— Завтра должны. Антон все признал.
— Отлично, — она печатает ответ. Просит. — Не смейся больше над ее фамилией, она будет подписываться в редакции, как Николь Беркут.
— Ладно, — лениво соглашаюсь. Мне честно не смешно. Хорошая она девчонка. И Ваня Хромов парень, что надо, у Егора крепкие друзья, на которых положиться можно, у меня, оказывается, не было таких, и за сына мне, по-отцовски, приятно.
— А январского журнала, кстати, нет еще? — Кристина стучит ногтем по экрану. — Я онлайн-версию не нашла.
— Онлайн с задержкой, печатная уже вышла.
— Хм, — она оглядывается по сторонам в поисках лотков с прессой. Замечает один у фонтанчика и шагает туда.
Веду Кирилла.
Вообще-то, ей этот журнал в подарок должны были дать, после квеста. Когда она все задания решит. Но не судьба. И вот она стоит перед стойкой с журналами и смотрит на обложку под прозрачной пленкой.
На красном фоне два снеговика. Один в шляпе цилиндре, другая с диадемой и фатой. Ниже приписка большими белыми буквами "Кристина, будь моей женой".
Она всматривается в журнал, я скрещиваю пальцы за спиной.
Долго убеждал худреда, что мое предложение не испортит нам продаж. Все всё поймут, Кристина рождена, чтобы я ее любил, это очевидно.
Она оборачивается, встречаемся взглядами. На ее лице цветет широкая улыбка, она смущается и прикрывается пушистой варежкой.
Так понимаю, что это — да. Счастье во всех оттенках в ее глазах.
— Кольцо у него, — с потрохами сдаю Кирилла. — Сама отбирай, — держу его за руку, другой рукой прижимаю ее к себе.
Я целую, она хихикает мне в рот, цепляется в мой воротник и виснет на мне. У меня сердце выскакивает, я в нокауте, штырит от радости, я ем свои сладости, любимая слабость моя, мы с тобою до старости, короче, всем пис.
Конец