Шесть алых журавлей

Я уже не та девушка, что закатывала глаза, выслушивая нотации братьев, или радостно пищала при виде рисовых пирожных и леденцов в форме животных.
Теперь при мне всегда был кинжал, даже во сне.
Я сняла обувь и шагнула в реку, закапываясь пальцами в ил. Затем мысленно позвала Сэрю. И стала ждать.
Ждала, пока ноги не онемели от холода. Кики летала вокруг меня, дразня рыбок, что подплыли пощипать меня за пальцы, и одна чуть не укусила ее за крыло.
Я попробовала еще раз: «Сэрю?»
Тишина.
А чего я ждала? Что стоит его позвать, как дракон мигом явится?
Сэрю был на глубине моря Тайцзинь, вероятно, прохлаждался во дворце, построенном из жемчуга и ракушек. Он ведь предупреждал, что не вернется до весны.
Чувствуя себя невероятно глупо, я пошла обратно к пещере, чуть ли не жалея, что вообще из нее вышла.


Братья вернулись с полными клювами рыбы и корзинкой с листьями салата, мандаринами и недоеденными паровыми булочками. Увы, без бумаги, кисти и чернил. Зато они нашли мне новую одежду: плащ, носки от разных пар и перчатки для грядущих зимних морозов.
Я изумленно уставилась на них, показывая на их собственную рваную одежду.
– Ночью нас все равно никто не видит, – пожал плечами Хасё.
«Как и меня днем», – подумала я.
Я весь день с нетерпением ждала их возвращения и ответов на свои вопросы. Поскольку кисти и чернил не было, пришлось проявить изобретательность: я вылила воду на землю и разгладила ее ладонью. Затем вонзила острие кинжала в образовавшуюся грязь. Рука дрожала от непривычки – я не писала уже несколько месяцев.
Полетели домой? Гвардейцы не станут стрелять в меня.
Улыбки братьев потускнели.
– Все не так просто, сестра.
Мои брови недоуменно сдвинулись к переносице. А что тут сложного? Проведя почти всю осень в разлуке, мы наконец-то снова обрели друг друга. Они умеют летать, а значит, мы доберемся до дворца за считаные дни. Чего они мешкают?
– Мачеха немного усложнила нам задачу. Во-первых, даже если мы предстанем перед отцом в человеческом облике, он нас не узнает.
По горлу поднялась желчь. Значит, тот сон об отце и светящихся желтых глазах мачехи… все это произошло на самом деле?
Как нам одолеть ее?
Есть ли способ разрушить чары?
– Да, но это будет нелегко, – ответил Андахай, потирая узкий подбородок. – Последние два месяца мы только и делали, что искали тебя. Поскольку никто не знал, куда тебя отправила Райкама, мы разделились и полетели в Аланди, Агорию и даже в Балар.
– Но тебя нигде не было, – подхватил Бэнкай. – Зато мы повстречали чародея… он сказал, что единственный способ разрушить проклятие – лишить мачеху магии.
Я бы фыркнула, если бы могла. Вот спасибо чародею, очень помог!
Как?
Андахай замешкался, что встревожило меня еще больше. Мой старший брат никогда не лез за словом в карман. Его нервное состояние передалось и мне.
Он выпрямился и переглянулся с остальными. Мое сердце ушло в пятки. Что-то подсказывало, что мне не понравятся его следующие слова.
– Судя по всему, в руки Райкамы попала драконья жемчужина, – медленно произнес он. – И тебе, Сиори… тебе придется ее украсть.
 
Глава четырнадцатая
Перед глазами все расплылось, в ушах звенели слова брата.
Но я не испугалась и даже не удивилась. Напротив, внезапно мне все стало предельно ясно! Когда я последовала за Райкамой к Слезам Эмуриэн, то искала источник ее магии. И увидела ту загадочную разбитую сферу, которую мачеха прятала в груди. Она прямо-таки светилась от могущества, точно лучик света.
Выходит, это была драконья жемчужина.
Я прижала руку к сердцу, где покоилась давно позабытая частичка жемчужины Сэрю. Затем встала и лихорадочно зажестикулировала: «Как мне ее достать?»
– Присядь, Сиори, – сказал Андахай и прикрыл грязь руками, прежде чем я успела написать что-либо еще. – Сперва выслушай нас.
Я села, крепко сжимая кинжал в ладони. В голове роились десятки вопросов, и им не терпелось вырваться наружу.
– Тебе нужно сплести сеть из звездного ожога. Только ему по силам ослабить драконью магию.
Я нахмурилась. Не сказать, что я прилежно изучала киятанские предания, но эту историю знала.
– Он растет на вершине Раюновой горы, посреди моря Тайцзинь, – продолжил Андахай, игнорируя мое встревоженное выражение лица. – К нему еще никому не удавалось подобраться, не говоря уж о том, чтобы коснуться его… по крайней мере, без помощи магии.
Я посмотрела на остальных братьев, которые дружно потупили взгляд в пол. Мы думали об одном и том же. В прошлом многие глупцы пытались собрать звездный ожог, но поговаривали, что его листья острые, как ножи, а шипы обжигают пламенем. Однако бо́льшую опасность представлял сам король драконов, который, как известно, охранял гору. Любой, кто посмеет собрать крапиву, окажется на его милости.
– Но мы умеем летать, – сказал Андахай, – а ты… Райкама говорила, что в твоей крови есть магия.
При упоминании мачехи я ошарашенно вскинула голову.
– Она не соврала, не так ли? – спросил Ётан.
Я поморщилась. «Нет». Но вряд ли нам это как-то поможет.
– Тогда ты сможешь воспользоваться этим, – Бэнкай протянул соломенную сумку квадратной формы: потрепанную, но с прочным ремешком и двумя деревянными пряжками. Простая и непримечательная, такую можно было увидеть у любого бедного деревенского жителя. Но когда я открыла ее, то обнаружила, что внутри она обшита полосами темного дерева. Как пить дать, орехового.
– Ее отдал нам чародей. Он сказал, что сумка бездонна, и увидеть ее содержимое может только тот, кто обладает магией. Она сдержит силу звездного ожога, пока ты будешь плести сеть.
Я отбросила сумку в сторону.
И она совершенно случайно оказалась у него в нужный момент? Кто вообще этот чародей?
– Мастер Цирин известный аландийский провидец, – Бэнкай помедлил и положил сумку обратно мне на колени. – Он сам нас нашел и предложил свою помощь. Мы надеялись, что он найдет тебя, – его взгляд остановился на горшочке. – Но мастер сказал, что твоя магия перекрыта.
В точку, но этот мастер Цирин все равно мне не нравился и не вызывал доверия.
Чего он хочет взамен? Жемчужину?
– Ему нужна сеть, – ответил Хасё. – Нам она будет без надобности после того, как мы разрушим проклятие. Это справедливая сделка.