Шесть алых журавлей
Она подняла меня выше, чтобы наши глаза – желтые и карие – оказались на одном уровне, и я закричала.
Тем временем Кики вернулась и укусила мачеху за щеку. Райкама вскрикнула, на ее коже возникла алая рана. Я воспользовалась моментом и освободилась, а в последнюю секунду еще и выхватила клубок нитей у нее из руки.
Затем убежала в лес. Все, что нужно, я увидела.
Мой отец женился на демоне.
Глава седьмаяЯ подкинула клубок высоко в воздух и крикнула:
– Отведи меня домой!
По моей команде он содрогнулся и ускакал. Я погналась следом, не осмеливаясь даже моргнуть из страха, что упущу его среди лесных зарослей. По вискам стекал пот, одежда липла к телу от жаркого летнего воздуха, но я не сбавляла скорость.
Мне было необходимо предупредить братьев и отца.
Наконец я вышла в саду мачехи и поспешила во дворец.
Гвардейцам предстало то еще зрелище: в моих волосах запутались листья, расшитый подол юбки испачкался в грязи. Еще и туфлю потеряла. Они растерянно пялились на мой потрепанный вид, но меня ничто не могло остановить.
Я ворвалась в покои Хасё, пропыхтела: «Она… демон!» – и привалилась к стене, пытаясь отдышаться.
– Нужно рассказать отцу!
Хасё вскочил на ноги. В комнате также сидели Рэйдзи и близнецы, игравшие в шахматы.
– Эй, помедленнее… О чем ты говоришь?
– Райкама! – я жадно втянула воздух. – Я видела, как она изменилась. Она знает… знает, что я была там!
Кики вылетела из моего рукава, и Рэйдзи чуть не перевернул шахматную доску от изумления.
– Это еще что такое?!
– Нужно рассказать отцу, – повторила я, игнорируя его. – Где Андахай и Бэнкай?
– Тут, – ответил Андахай со строгим видом. Наши спальни были смежными, и он стоял в проходе между комнатами Хасё и Рэйдзи.
– Что за шум, Сиори? – он нахмурился, заметив состояние моего халата. – Ты что, снова упала в озеро?
Я протолкнулась мимо Андахая и остановилась перед Бэнкаем. Он должен меня выслушать!
– У нее в саду есть тайный проход, который ведет к… к месту рядом со Святыми незыблемыми горами. Если последуем за этим клубком, он приведет нас туда…
Все шестеро братьев уставились на меня с одинаковым выражением на лицах: брови нахмурены, подбородки опущены, в глазах – жалость. Они, может, и хотели мне поверить, но не могли. Ну, кто бы сомневался. Я говорила как полоумная в бреду.
– Вы… вы мне не верите.
Рэйдзи фыркнул.
– Сперва ты увидела дракона, а теперь наша мачеха – демон?
– Это правда!
– Я знаю, что ты не хочешь замуж, но наверняка есть способы получше привлечь к себе внимание.
Бэнкай кинул на него предостерегающий взгляд, после чего повернулся ко мне.
– После ужина, сестра, – по-доброму сказал он. – После ужина мы все вместе пойдем за этим клубком пряжи, хорошо?
– К тому времени будет слишком поздно!
– Сиори, Сиори! – Хасё взял меня за плечи. – Ты вся дрожишь.
Я увернулась от него, не желая успокаиваться.
– Отец женился на демоне. Мы обязаны ему рассказать! Обязаны…
Мой язык словно онемел. В дверном проеме стояла Райкама. Змеиное лицо и седая прядка исчезли без следа, и даже ее юбка успела высохнуть.
Но ее присутствие в комнате ощущалось как-то иначе: будто она стала более могущественной, более властной. А царапина, которую нанесла моя птичка, зажила менее чем за час!
Кики спряталась обратно в рукав, а братья немедленно поклонились. Я же тем временем кинулась к ближайшему стеллажу с мечами, но Хасё перехватил меня и так больно сжал руку, что я сморщилась.
Райкама впилась в меня взглядом.
– Я бы хотела поговорить с Сиори наедине.
– Мачеха, быть может, это подождет до конца ужина? – спросил Бэнкай. Его плечи выпрямились и напряглись. Но хоть он и был самым рослым из моих братьев и как минимум на голову выше Райкамы, каким-то образом ей удавалось смотреть на него свысока. – Мы и так опаздываем…
– Вы шестеро уйдете первыми.
К моему удивлению, братья не спорили. Хасё отпустил мою руку и направился к двери.
Я схватила меч с нефритовой рукоятью и, побежав за братьями, преградила путь Ётану и Вандэю.
– Нет, останьтесь!
Близнецы замерли с недоуменным видом.
– Сиори! – звонко окликнула мачеха. – Опусти меч.
Тот выпал из моей ладони. Я ахнула – не пошевелиться! Тело не покорялось ни одной команде, ноги приросли к полу, руки прижались к бокам.
«Сопротивляйся, Сиори! – подбадривала меня Кики, кусая за руку. – Ты должна бороться!»
– Только взгляни на себя! – Райкама коснулась моего плеча. – Ты не в том виде, чтобы идти на ужин! Живо переоденься, а я придумаю какое-нибудь оправдание для твоего отца.
Ее глаза блеснули золотом, и мои тело и разум сковал лед. Внезапно мой гнев притупился, воспоминания об увиденном в саду стали расплывчатыми, как сон. Мне хотелось лишь повиноваться ее приказу, пойти к себе в комнату и переодеться, чтобы успеть к ужину.
Надену один из красных халатов. Это мой любимый цвет, к тому же отец всегда говорил, что он мне к лицу. Может, даже примеряю тот красный пояс, о котором упоминала Гуйя…
Я вздрогнула и сжала кулаки. Райкама снова взялась за свое! Она пыталась зачаровать меня!
Я со всей силы толкнула Хасё, чтобы он очнулся, затем потянула за руки Бэнкая и Андахая, крича братьям:
– Не смотрите ей в глаза! Она пытается контролировать нас! Она…
– Довольно.
Слово рассекло воздух, как нож. Поток обвинений застрял в моем горле, будто кто-то закупорил его пробкой.
Бэнкай поднял уроненный мною меч и наставил его на Райкаму.
Мачеха даже не дрогнула. Ее глаза засияли желтым, как тогда в лесу.
– Советую опустить его, – мягко произнесла она.
Рука Бэнкая затряслась, мышцы напряглись, от лица отхлынула кровь. Что-то заставило его положить оружие против воли.
– Демон! – прорычал Андахай, замахиваясь клинком. – Сдавайся!
Но не успел он сделать и шага, как тоже внезапно обронил меч. Остальные братья набросились на мачеху, но с тем же успехом могли сражаться с воздухом. Стоило ей задрать подбородок, как они будто окаменели.
– Беги, Сиори! – с трудом просипел Хасё. – Позови отца!
Я метнулась через всю комнату, протягивая руки к дверям, но те не поддавались.