Император Павел I и Орден святого Иоанна Иерусалимского
В 1801 г. Пасха была ранняя. Погребение Императора было назначено на 24 марта, на Страстную субботу, «и в этом погребении, — как пишет священник Александр Шабанов, — народ усмотрел, что его любимый царь получил от Бога первое свое прославление. Ибо "Христу сопогребенные — совоскреснут со Христом"». В тот день, приложившись к Плащанице, люди шли проститься с царем. Ему было сорок семь лет. Столько же знаков находилось и в его девизе, помещенном над главным портиком Михайловского замка: «Дому твоему подабаетъ святыня Господи въ долготу днiй.» [301].
Трагическая кончина Павла I, разговоры, которые ходили в народе, сделали покойного императора необыкновенно популярным. Почти два столетия тысячи людей приходили на его могилу в Петропавловском соборе с молитвами и просьбами. Слава о его небесном заступничестве была настолько широка, что многие стали почитать Павла I как «святого царя-мученика». По благословению тогдашнего настоятеля собора отца Александра Дернова, причт стал собирать и записывать свидетельства, которые поведали богомольцы у гроба императора. Факты многочисленных исцелений и помощи, которые многие получали по молитвам «святого царственного мученика» были собраны и изданы в 1901 г.
Прошло больше 10 лет, а книга записей продолжала пополняться. Мы не знаем, где она находится в настоящее время, следы ее утеряны, но в 1916 г. была напечатана небольшая брошюра, под названием «Венок на гробницу Императора Павла I», в которой были приведены новые доказательства помощи Божией по молитвам царственного мученика. В предисловии к этой книжке было написано:
«Издревле, почти со времени самой кончины Благочестивейшего Государя Императора Павла I Петровича (12 марта 1801 г.), многие люди разных классов, положений, званий и состояний — приходили в Петропавловский собор (Усыпальницу Русских Государей и всей Царской фамилии) и просили священников собора служить панихиды при гробнице Императора Павла I, повествуя иногда при этом о случаях заступления и помощи — после молитвы по Императоре Павле I — со стороны Его в разных тяжелых жизненных обстоятельствах, — особенно в делах тяжебных и судебных, — при явно наносимых обидах со стороны сильных слабым. Иногда присылались письма из разных местностей России с просьбой отслужить панихиду при гробнице Императора Павла I. И ныне присылают. В последние годы паломничество к этой гробнице увеличилось, — и не проходит почти ни одной недели (в 1911, 1912 и 1913 г.), в которую бы никто не обращался с просьбою о служении панихиды по Императоре Павле I. А с декабря 1913 г. стали особенно много ставить свечей на гробницу Его. Панихиды почти ежедневны, а иногда — понескольку. Все это побудило причт собора по возможности опрашивать молящихся при гробнице Императора Павла I: 1) давно ли они молятся, 2) по каким побуждениям, 3) видят ли благие последствия своих молитв, — и все эти сведения записывать» [302].
В начале ноября 1998 г. на проходившем в Санкт-Петербурге Невском Земском соборе было принято письмо патриарху Алексию II и Священному Синоду Русской православной церкви с просьбой дать благословение «для постоянного церковного поминания в Санкт-Петербургской епархии Императора-мученика Павла, как месночтимого угодника Божия» [303].
Известно, что среди русских людей, оказавшихся в зарубежье после революции 1917 г., было распространено молитвенное почитание Павла Петровича. Я видел его портреты среди икон во многих русских домах Америки в конце 80-х г теперь уже прошлого века. А Ольга Николаевна Куликовская-Романова привела текст молитвы к императору Павлу, которая была сочинена среди русских людей, бежавших от большевистской революции 1917 г. за границу. Вот ее текст:
«Упокой, Господи, душу убиенного раба Твоего Императора Павла Первого, и Его молитвами даруй нам в дни сии, лукавые и страшные, в делах мудрость, в страданиях кротость и душам нашим спасение Твое.
Призри, Господи, на верного Твоего молитвенника за сирых, убогих и обездоленных, Императора Павла, и молитвам Его святым, подай Господи, скорую и верную помощь просящим через Него у Тебя, Боже наш! Аминь!» [304].
Все эти факты свидетельствуют далеко не о «безумии» Павла I, а скорее о слишком малом знании нашем о его эпохе, и о его правлении. Мы можем с полным правом назвать императора Павла не просто рыцарем Мальтийского ордена, а рыцарем Европы.
О рыцарстве, о том, что вкладывал в это понятие Павел Петрович, серьезные работы появились сравнительно недавно. Так, в 2004 г. в Интернете была опубликована статья Юрия Соловьева «Рыцарство и юродство. (К годовщине мартовского цареубийства)» [305]. А в конце 2005 г. она вышла в переработанном варианте в научном сборнике [306].
Однако у ряда современных отечественных исследователей появились совершенно неоправданные идеи, согласно которым они стали связывать главный источник мировоззренческой идеологии Павла Петровича с масонским учением, с его пребыванием в масонской ложе [307]. Однако нет никаких достоверных указаний на такую принадлежность к братству вольных каменщиков наследника или позже императора. Все это носит больше легендарный характер. И никоим образом нельзя смешивать такие общехристианские образы, которые исследователь вполне справедливо выделяет как важнейшие для самосознания Павла, как например, Царя-Священника Мельхиседека или Небесный Иерусалим (по плану которого выстроены все православные монастыри), связывать именно с масонством на том лишь основании, что масоны преподносили цесаревичу духовную литературу в своем издании. Как справедливо замечает Ю. П. Соловьев, это не может служить подтверждением масонства Павла Петровича, достаточно вспомнить святителя Тихона Задонского, в те же примерно времена любившего «почитывать» книгу И. Арндта «Об истинном христианстве», изданную масоном H. И. Новиковым и присутствовавшую в личной библиотеке Павла I [308].