Раскаты грома

Уже в распадке, когда лошади налетчиков поменяли хозяев и трудолюбивые ослики, наконец, избавились от части поклажи, Ёррин спросил:
—Зачем ты его пощадил? Мерзавец ведь редкостный, сразу видно! Такие запросто не подыхают. Будет мстить…
Аркан только хмыкнул, по своему обыкновению:
—Кто-то ведь должен поведать миру о явлении башелье Беллами, верно? Что ты там говорил о репутации?
 
* * *
    
XVII ДОРОГА В СМАРАГДУ
В Асиде они произвели фурор. Еще бы — гном, эльф и человек в одной компании! Местные тыкали пальцами, перешептывались, качали головами. Эадор высокомерно поглядывал на людишек, Ёррин бормотал проклятья и похабщину по-гномски, а Рем был занят — он выискивал здешнего представителя власти.
И едва нашел — тут же завалился к местному бальи, и едва не разгромил управу, намекая должностному лицу, что он скверно правит вверенными ему землями, иначе всякая магическая шваль не смела бы нападать на дворянина и его благородных спутников прямо у стен этого занюханного городишки.
—Вы понимаете, что сделают эльфы, если узнают, что кто-то посмел покуситься на ванъяр из банальной жадности? Мне дорогого стоило уговорить милостивого государя Аратара Ваана по прозвищу Убийца Собак не устраивать здесь резню…— Аркан хватался за эфес меча и корчил такие страшные рожи, что всем и каждому было понятно: он и см не против устроить резню.
—Убийца Собак?— полнокровная физиономия бальи раскраснелась еще больше, брыли на щеках тряслись, пот его пах уксусом.
—Убийца Собак,— кивнул Рем.— Мы прикончили их всех! Пошлите стражников, убедитесь в том, что маг атаковал первым: там сгорели деревья, прямо над нашими головами! В качестве компенсации мы требуем всё имущество потерпевших, включая слуг, повозки и банковские счета…
—Банковские счета?— чиновник из красного стал белым как мел.— Но у мессира Атталя не было банковских счетов! Он едва мог расплатиться за номер в гостинице!
—Значит, мы заберем всё, что есть в этом номере…— Аркан был уверен, что маг выживет, и хотел подложить ему здоровенную свинью.
—Но… Но…
—Клянусь, если вы попробуете чинить мне, дворянину, препятствия в восстановлении справедливости — я поддержу милостивого государя Аратара в его стремлении добиваться возмездия по Туринн-Таурским обычаям! Ромул Беллами всегда исполняет обещания, так что решайте немедля, маэстру бальи!
Герцогский наместник сдулся и вяло махнул рукой:
—Я пошлю мальчика, чтобы он предупредил хозяина гостиницы не мешать вам взять ту компенсацию, которую вы пожелаете…
—Тем лучше для вас и вашего городишки!— Аркан развернулся на каблуках и вышел вон.
Он сам до конца не понимал, почему так вцепился в этого жалкого кудесника — Атталя, или как его там?— то ли из-за его манипуляций с огнем, явлением для ортодоксов сакральным, то ли — из-за некоторого его сходства с Антуаном дю Массакром. А может быть все лежало на поверхности: выбравшись из подземелий, молодой герцог ожидал некого облегчения, интересной поездки, приятного путешествия, а получил огненный шар в лицо и очередную кровавую схватку!
Так или иначе, он махнул друзьям, которые ожидали на улице, и ведя под уздцы целую кавалькаду из лошадей и ослов, они двинулись к гостинице. Перед ними прошмыгнул парнишка, явно — посыльный.
—Хочу посмотреть на документы и вещи нашего мага,— пояснил Рем.— Никогда не видел, чтобы волшебники такого уровня занимались обычным разбоем. У него была палочка, настоящий магический жезл — такой дают только в Башнях. Это — статус! Добывать головы фоморов или нападать на кладоискателей? Нет, что-то тут нечисто…
—Я думаю продать осликов,— подал голос гном.— Нам довольно будет и лошадей, теперь поедем по цивилизованным местам, где всё можно купить за деньги. Жалко скотинок, но что поделаешь!
—Можем оставить их в гостинице. Когда сюда наведаются люди Коробейника — заберут. Как и наши ценные указания…
—О! Да! Отдавать товарищей в рабство оптиматам — это фу!— обрадовался Ёррин.— Пусть лучше послужат нам в Цитадели.
Решив таким образом судьбу осликов и успокоив совесть, они устроились на первом этаже гостиницы, чтобы перекусить и передохнуть перед рывком на Смарагду. Рем же поднялся наверх, ведомый хозяином.
—Плохой постоялец… Был!— говорил гостиничных дел мастер.— Платил нерегулярно, девок обижал, пил всякую гадость и из номера у него воняло серой, сэ-эр!
—Серой?— поднял бровь Аркан.
—Да, сэр. Он ведь был магом. Занимался всякой чертовщиной…
—Дай-ка мне ключи, маэстру, и не входи следом за мной. Мне не страшна ни магия, ни чертовщина, потому как я — башелье Ромул Беллами! А ты — тварь дрожащая, так что иди и дрожи. А я тут уж сам разберусь…
Хозяин только рад был таким раскладам. А Рем не хотел, чтобы кто-то видел его приготовления: из кармана появились завернутые в бумагу лучинки, обильно покрытые составом из все той же угольной пыли и ладана, с добавлением сушеного зверобоя и пчелиного воска. Поднеся кончик одной из них к настенному масляному светильнику, Аркан дождался, пока тление ароматической палочки не станет стабильным, и сунул ее под дверь, сквозь просвет у самого пола. Потом повторил манипуляцию еще с двумя палочками: поджег и отправил их следом.
Толстые дубовые доски вряд ли загорятся от такой безделицы, так он рассуждал. А обезопасить себя от магического воздействия, которое могло остаться от ритуалов и заклинаний однозначно стоило. Так что подождав некоторое время, он воспользовался ключами и потихоньку, осторожно отворил дверь, едва приоткрыв ее. Церковный аромат вырвался в коридор и Аркан почувствовал, как защипало в носу. Скимитар покинул ножны, Рем открыл дверь пошире и шагнул внутрь, готовясь пустить необыкновенный клинок в ход.
Едва окинув взглядом комнату, он тут же зашептал строчки из Писания:
—Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небесного водворится. Речет верный Господу: ты Заступник мой, и Прибежище мое, Бог мой, и уповаю на Тебя…
На полу виднелись намалеванные бурой, запекшейся кровью таинственные знаки, на кровати валялись в беспорядке какие-то странные предметы, вроде сушеных ящериц, грибов, кусочков минералов и стеклянных бусин, на столе стоял наполовину открытый сундучок. В нем явно находились какие-то бумаги: свитки, и сложенные листки.
Если бы это произошло в Аскероне — Рем тут же послал бы за зилотами, но здесь, в оптиматском герцогстве Брессе такой вариант даже не рассматривался. Сообщить местному кюре из той обшарпанной церквушки, что сиротливо стояла у въезда в гордок? А что он сможет сделать? Руками разведет? Спалить бы эту гостиницу к черту, вместе со всем магическим мракобесием…
Потянувшись через комнату клинком, Буревестник для начала захлопнул сундучок на столе. Щелчок возвестил — крышка не распахнется. Потом — просунул острие сквозь рукоять, поднял свою добычу и попятился, выходя за дверь. Чутье подсказывало — это будет интересное, очень познавательное чтение на ночь!