Генерал Скала и сиротка

В итоге я прыгала спокойно и уверенно, зажигая искры бедер, разворачиваясь в воздухе, и при этом подхватив с двух сторон подол, чтобы в нем не запутаться. Мое присутствие на карнизе и так вызывало слишком много вопросов, поэтому я старательно удерживала на лице равнодушную маску, и подчеркнуто красиво приземлилась, чуть пробежавшись вперед. Трава толкнулась под ноги, туфельки скользнули, но я смогла устоять, сохранив внешнюю небрежную легкость движений. Отпустив юбку, чинно выпрямилась, снова превращаясь в приличную леди.
Пара в белых хламидах по-прежнему маячила в окне. Я вежливо кивнула, чувствуя себя несколько странно, но леди остается леди даже в необычных ситуациях.
Уже поворачиваясь, чтобы перейти на садовую дорожку, я едва не остолбенела от удивления. И лишь усилием воли заставила себя не останавливаться.
Тот самый молодой мужчина в костюме ортонианца, который меня пристально рассматривал, который так логично и естественно выглядел вместе со своим приятелем среди остальных разнаряженных придворных, вдруг поднял руку. И провернул ладонью южный круг уважительного прощания.
Не сказала бы, что жест был идеально плавным, но вполне четким и детальным. То есть прощающийся со мной «южанин» делал его осознанно и не в первый раз. А в зале раньше не ответил, не потому что был «ряженым», а потому что не ожидал знака от меня.
И если он настоящий ортонианец, то должен хорошо знать джунгарскую культуру, она для него не экзотика, по своему менталитету южане тянутся к южанам.
Племена, на которых был повернут мой папа, живут на границе между Имерией и Ортонией. Две огромные державы тянут джунгар в обе стороны: то миром, то войной, то сманивая, то подчиняя маленькие гордые кланы. Но пока Его Величество Эдгардо уступает в конкурентной экспансии. В том же Детском дворце я только Райфаха видела. Да Хельвины вдруг огня дали.
Меня их взаимоотношения, слава Богам, почти не касаются, а за сестер я постою.
Я окинула снисходительным взглядом проходившую мимо группку ярко наряженных придворных. И один из молодых людей, уже поднимающий лорнет, чтобы меня рассмотреть, тут же спрятал его в жилетный кармашек. Эх. Быстрее бы пережить этот месяц и вернуться домой, подальше от всей этой кутерьмы и развлекающихся впустую людей.
Но и ругать мне себя пока не за что. Я успела немного разобраться с проблемами Посольства: травы, скорее всего, уже приготовили, а не нужные мне украшения Гектор еще на рассвете отвез Юшиму. Как только скупим товар конкурентов и повысим цену на всю «экзотику», финансовые трудности немного отступят.
Но самое главное, именно здесь, вдали от дома, я получила свою первую и пока единственную звезду. Голову кружило ветром горячего предвкушения. Я не я буду, но созвездие, которое требуется наследнику, успею собрать до совершеннолетия.
Завтра на турнире проверю свое долгожданное приобретение в настоящем бою, как делали все Хельвины в древние времена. Потому что, чтобы ни случилось, мы остаемся прежними. Делаем то, что нужно семье, а не кому-то еще, смотрим в лицо опасностям и упрямо идем вперед легкой походкой.
Я шагнула на первую ступеньку лестницы Детского Дворца. Безмятежно улыбнулась, ощущая, как опустошенные недавно каналы вновь наполняются энергией, как ветер треплет мои кудри.
Я — Хельвин. Я живу, не зная преград. Только так.
    
ГЛАВА 49. Такое чудо лучше рассмотреть на расстоянии
Двое у окна
— Исмаил, ты ответил на приветствие девушки, чье лицо открыто… любому? — советник Кайдах хмурился, провожая взглядом маленькую, стремительно двигающуюся фигурку.
— О, да ты не узнал прелестную фею, — хмыкнул Посол, отворачиваясь от окна и едва заметно щурясь. Унизанные кольцами пальцы беззвучно щелкали, отбивая замысловатую дробь.
Когда он нащупывал возможную увлекательную историю, то остановиться уже не мог. Южный аристократ коллекционировал тайны, необычных людей и странные события как мальчишка — яркие бусинки, собирая одну к другой, созерцая и восхищаясь.
— Почему же, моя память еще свежа, несмотря на долгие недели дороги и твою привычку рассуждать обо всем, что увидел, в поисках новых загадок, — возразил Кайдах. И в их тандеме он признавал, что высокий, ловкий Исмаил всегда был более проницателен. Зато могучий, рожденный иноземной наложницей Кайдах неплохо справлялся с ролью умелого собеседника, чьи рассуждения были полезны, практичные выводы остры и уместны, а умение слушать и вовсе являлось непревзойденным.
— Эту дворцовую лаэру нам представили совсем недавно, а потом ее увел один из принцев. Каким образом она оказалась за окном — предположить не могу. Сама она вряд ли выпрыгнула, может быть здесь принято насильно выкидывать надоевших дев? Порочные местные нравы и не то позволяют. Буквально пару минут назад я видел, как один из мужчин опустил руку на бедро той, с кем танцевал и так в непозволительной близости. Прилюдно. А посмотри направо, на ту пышную беловолосую девушку, чье декольте почти не скрывает щедрых форм. На мой вкус блеклая, но на ночь можно, если она сама предложит. Мы попали в гнездо разврата и… Хм… Оу… Подожди-ка… Ты о том, что прыгучую лаэру представили как… Хельвин. Из тех самых Хельвинов, с чьей каретой мы столкнулись ночью. И где была девушка, с лицом, расчерченным ритуальными полосами, и силой каку песчаной тигрицы…
— Она оказалась незаконнорожденной и…
— Помню-помню, ты обещал перекупить ее, если она окажется бастардом. Ракхот видит, мне срочно нужна такая телохранительница!
Но Исмаил-бис не поддержал кровного друга, продолжая оставаться задумчивым.
— Не спеши, — мягко ответил он, — такое чудо лучше рассмотреть на расстоянии, чтобы не обжечься о скрытые шипы. — И советник понял, что девчонка в подарок ему пока не светит. Великий бис вышел на тропу охоты и конкурентов на ней он не оставляет — Все слишком непонятно. С одной стороны, мы видим уверенно вставшую на Путь Неба юницу, чье воспитание включает джунгарские приветствия, да еще привычные до автоматизма. С другой стороны, эта красавица изукрасила той ночью лицо, пряча его за странными черными полосами и в волнах моей памяти так и не всплыло ничего похожего. Значит окрас мог быть не боевым, а…
— … скрывающим! — уважительно подхватил Кайдах, все чаще за годы общения предугадывающий повороты мысли своего кровного брата. — Она не хотела, чтобы ее узнали! И выскочила из кареты только для того, чтобы устранить заминку и побыстрее двинуться дальше.
— Возможно, она не телохранитель, как мы сначала подумали, а тайное оружие. Обученное, всесторонне развитое, направляемое кем-то умным и хитрым.
— Например, шпионка старого северного рода, который не собирается присоединяться к Имерии и с ее помощью ищет слабые места в подбрюшье зверя Кондегро.
— Или наоборот — предположил Исмаил-бис, — ее нам решил «подбросить» сам король Эдгардо. Сначала он изобразил нежелание с ней знакомиться, а потом приказывает сделать нечто неординарное, чтобы она произвела на нас впечатление.