Академия адептов, колдунов и магов. Испытание для адептов

– Вкусно.
Рональд залпом допил свой бокал. Кажется, уже не первый.
– Тогда повторим.
– Стоит ли?
Рональд тряхнул головой:
– Я не напиться, а так… выпить в хорошей компании.
– Тогда принимается, – согласился Юра. И подставил бокал, в который плеснули еще на два пальца.
– Что случилось? Или ты в качестве моральной поддержки пришел?
– Нам… надо поговорить, – решился Юра.
– Слушаю. – Рональд присел на стол.
Юра вздохнул, хлопнул залпом алкоголь и поднялся:
– Рональд, я вас люблю!
А вот целовать, наверное, было не обязательно.
Рональд дернулся от поцелуя, поэтому «выражение чувств» пришлось не в губы, а в щеку. Но ректору и того хватило.
Сидел-то он на столе, а стол – на одной ножке… вот дернулись они вместе – вместе и упали.
И Рональд душевно проехался головой по подлокотнику кресла. В другую сторону полетел сбитый его ногами Юра. В третью – ваза с розами и графин с настойкой.
Сокрушительная сила – любовь.


Юра пришел в себя первым:
– Рон?!
Ага, как же! Тяжелый день, плюс спиртное, плюс удар по голове – Рональда сейчас и магия не подняла бы, не то что нежные похлопывания по щекам. Бесполезно.
А еще он не храпел. То есть лежал как мертвый. Юра приложил ухо к груди Рональда. Сердце… где же сердце?! Почему его так сложно обнаружить в критической ситуации? Нет, бьется, все в порядке… Попробовать сделать искусственное дыхание? Э-э-э… а как его делать? Кажется, два вдоха, пять нажатий? Или десять?
Юра не помнил. Но надо же попробовать… наверное… или нет? Что-то он про сломанные ребра слышал в процессе такой реанимации, прости господи! Потом бедолагу едва откачали!
А вода есть? Или нашатырь? Может, чем-то таким попробовать обойтись? Или хотя бы перетащить его на кровать? Мм…
Юра оценил габариты Рональда, потом свои, понял, что только волоком и за ноги, и задумался. Как-то это было неромантично…
Он честно попробовал влить в Рональда еще спиртного – было проглочено не открывая глаз.
Потом побрызгал Рональда водой – тот отвернулся и скорчился в позе эмбриона. Наверное, надо было брать воду потеплее.
Юра махнул рукой и потащил с кровати одеяло и подушки. Хоть так человека устроить… нет, но это просто нечестно! Ему в любви признаются, а он… Хоть бы ответил: да или нет? Вот что теперь думать прикажете?!


Что там думал Юра – истории понятно, а вот что думал с утра Рональд? Когда обнаружил себя на ковре, укрытого одеялом, а рядом сопел Юра. Он пытался во сне подкатиться под бочок к Рональду, но помешали злые обстоятельства. А именно температурный режим. Рональду становилось жарко, он во сне перекатывался и уползал. Юра замерзал и полз за ним, Рональд опять перекатывался…
Что ж. Ковер в гостиной все это прекрасно выдержал. Натуральный, шерстяной, толстый, на нем хоть рота ночуй – ничего с ним не будет.
«И сколько ж я выпил?» – задумался Рональд.
Память была к нему благосклонна – о вчерашнем Юрином признании он просто ничего не вспомнил. Алкоголь плюс удар – последнюю пару минут он начисто забыл.
А вот Юра помнил. Но сказать ничего не успел: в комнату вошел слуга.
– Доброе утро, ваша светлость, доброе утро, господин адепт… прошу вас следовать за мной – завтрак готов и портные уже ждут…
– Сейчас я умоюсь, – подскочил Рональд и направился в ванную.
Юра только вздохнул. И как тут с ним разговаривать? Но может, еще будет время?
А сейчас… взгляд проходимца упал на полированную дверцу шкафа, в которой видно было его отражение. О боже!!! Если это пугало приличному гею в любви признается – тот с испуга натуралом станет! Волосы дыбом, глаза красные, а в мешках под ними картошку хранить можно! Кошмар!
Юра подскочил на полметра:
– Мне тоже надо… срочно…
Слуга понимающе поклонился:
– Прошу вас, господин адепт…
За дверью ждал еще один слуга, который и сопроводил Юру в его покои.


– Какие милые девушки!
Сказано это было так, что все три милые девушки злобно заскрипели зубами. Но не поспоришь, ежели в гости явилась лично императрица.
Ее императорское величество Эвержанна была молода, мила и очаровательна, по мнению всего высшего света.
Что до трех подруг…
Селия решила, что императрица – дура. Линда – что она стерва, а Анна-Лиза – что Эвержанна похожа на пугало. И вообще у нее плохой вкус.
У императора?
А у него неясно, какой вкус. Императоры супруг себе выбирают не по вкусу, а из соображений политической выгоды.
– Надеюсь, вам понравятся приготовленные платья! Я лично отдавала приказания модистке.
– Мы безумно признательны, ваше императорское величество, – решила ответить за всех троих Селия. – Ваша доброта не знает границ, вы так заботливы…
– Нет-нет, не стоит благодарности. Это мой долг.
Можно подумать, ее кирпичи грузить заставили.
– Ваше императорское величество, вы так самоотверженны…
Один принцип общения с вышестоящими отец Линде в голову вбил. А та его передала подругам: льсти.
Хочешь, чтобы тебя любили? Льсти нагло и беззастенчиво, пересаливай, перехваливай, восторгайся, восхищайся… Даже не сомневайся – сожрут и потребуют добавки.
Правда, у самого лэра Винона так никогда не получалось – вечно он то в морду проверяющему даст, то правду скажет не в той компании.
Но принцип он дочери объяснил, Линда рассказала о нем подругам, а Селия применяла на практике. И успешно рассыпалась в комплиментах тончайшему вкусу императрицы, ее доброму сердцу, ее очарованию…
Та слушала и мило улыбалась. Видимо, не часто баловали.
Все знали, что брак императора обусловлен приданым ее величества. Эвержанна принесла в королевство серебряные рудники, так что могла быть страшнее крокодила и тупее полена – неважно. Рудники же!