Академия адептов, колдунов и магов. Испытание для адептов

– Никогда, – браво ответил Рональд.
– Понятно… может, в армии служили?
– Никак нет! Пацифист по жизни, – Рональд и не думал стесняться.
А что ему? Не он это начал!
– Дрессировкой диких животных увлекались?
– Нет. А надо?
– Если вы идете ректором в Академию АКМ – надо бы. Вы хоть маг?
Рональд неохотно кивнул:
– Маг…
– А чем владеете?
– Боевик.
– И в армии не служили? – Лицо чиновника выразило явное недоверие.
Рональд похлопал глазками и сделал губки бантиком:
– Я мирный боевик.
– А специализация?
– Засекречено.
– У меня четвертая степень доступа.
– А надо вторую. Минимум.
Чинуша покачал головой. Потом в маленьких глазках загорелось злорадство:
– Я о вас запрос отправлю.
– Не стесняйтесь, – благодушно согласился Рональд. – Могу даже подсказать куда. Королевский дворец. Их величеству лично. Или – главе тайной службы.
– Пфф…
Судя по лицу, отправить запрос чиновник мог. Но был хороший шанс, что запрос тоже отправят. В мусорную корзину.
– Может, вы в разведке работали?
Рональд прижал палец к губам:
– Только тсс!
Лицо чиновника выразило сомнение:
– Не уверен, что вам это поможет.
Рональд развел руками. И уже сам поинтересовался:
– А что – все так плохо?
– Да как вам сказать… не переживайте. У нас еще две кандидатуры есть на это место.
Вот после этого Рональд переживать и начал.


Подписать шесть стопок бумаг – подписал.
Получить на руки инструкцию, которой слона убить можно, если прицельно стукнуть, – получил.
Устав академии – получил. Изучать, правда, будет потом. Там такой талмуд… в две инструкции толщиной. Наверное, что-то очень важное написано.
Да вот на первой же странице: «Ректор академии должен внушать почтение одним своим видом…»
Рональд в этом и не сомневался.
Форму… ладно. Форму – по желанию.
Аванс – если это аванс… м-да.
Рональд подумал, что тигров дрессировать выгоднее. Их, если что, можно на шкуры продать. А адептов?
Интересно, найдется такой дурак? Один точно нашелся, можно в зеркало полюбоваться… может, еще и обойдется?
Увы, Рональд точно знал, что не обойдется. Сам в это ввязался.
Но маму жалко… Мать он любил.
Семья у Аргайлов была небольшая, но очень знатная. И денег в доме хватало.
Когда у Дороти Аргайл последовательно родилось два сына – сначала Рональд, а потом Эрвин, – лорд Кларенс был счастлив. Он закатывал праздники, обожал жену и детей, таскал малышей на руках, лично играл с ними, что уж вовсе немыслимо…
Леди больше любила старшего сына, лорд, как ни странно, младшего. Забавно, что внешне Рональд был копией отца, а Эрвин – матери.
А вот внутренне…
В кого пошел Эрвин? Так сразу и не скажешь, в большую кучу навоза, наверное, но откуда такое в родне?
К очаровательной внешности прилагался редкой гадостности характер. Склочный, завистливый, подлый, хоть на выставку в качестве эталона. И табличку: «Поганец обыкновенный».
Рональда он подставил, когда тому было шестнадцать, а Эрвину соответственно почти пятнадцать. После чего мальчишка хлопнул дверью, ушел из дома и прекрасно жил все эти семнадцать лет.
Ладно. Не все прекрасно, но все вполне самостоятельно.
Ладно. Сегодня выспаться и собрать вещи, а завтра с утра в академию. С дикими тиграми, то есть адептами.


Как должна проходить встреча старых друзей? Камин, вино, неспешная беседа…
Камин и вино присутствовали. А вот беседа…
– Вы меня по миру пустить хотите, ваша светлость?!
– Все равно тебе ничего не отломится, а так хоть десять процентов, но получишь.
– Разоряете! Без ножа режете! Пятьдесят!
– Смеешься?
– Ладно… сорок пять. Но вы просто ставите камень на моей могиле!!!
Судя по лицу герцога – камень был бы дешевле. Даже из дорогого оркристского мрамора.
– Думаешь, девчонка вам хоть крошку от пирога отломит?
– Ваша светлость, сорок! Но это мое последнее слово.
– Если бы и правда последнее…
– Хоть вы и герцог…
Попытка отчима изобразить благородное негодование, вызвала только смешок:
– Вот именно. Герцог. И могу натравить на вас несколько проверок. Что там на самом деле с имуществом вашей падчерицы, Шинор?
Куда и возмущение делось…
– Вы этого не сделаете, ваша светлость.
– Не сделаю, Шинор. Но я надеюсь, мы договорились?
– Тридцать процентов…
Герцог начал демонстративно подниматься из кресла.
– Ну, хоть двадцать! – Голос отчима Анны-Лизы стал просящим. Молящим даже.
Жить хотелось… Да, бывает и так. Вроде бы ты богат, но до определенных пределов.
Женишься на вдове в надежде прирастить капитал – а она, оказывается, вовсе и не богата. Деньгами распоряжается падчерица. Будет распоряжаться.
С другой стороны, когда ей еще двадцать лет исполнится…
С третьей…
А что отвечать герцогу, который приходит и просит руки падчерицы для своего сына?
И не ответишь отказом. Он тебе так жизнь попортит, что проще самому будет повеситься. И как только узнал? Вроде бы жили тихо-скромно, падчерица в академии, еще год точно есть, чтобы что-то придумать…
– Десять процентов. И это мое последнее слово, Аркен.
Шинор опустил плечи. Десять процентов приданого не решали его проблем. Но… это всяко лучше, чем ничего.
– Хорошо. Вы мне не оставляете выхода, ваша светлость.
– Не оставляю, – кивнул Аргайл. – Извольте вызвать падчерицу домой, мне надо с ней поговорить.