Академия адептов, колдунов и магов. Проверка для магистров

Все возможно.
На людях Далларен позволяет себе проявления симпатии и всячески показывает, что они близки. Два-три раза в неделю ночует у нее в покоях – не волнуйтесь, Лина, места там достаточно. Разместимся.
Наедине – никаких поползновений в ее сторону Далларен обязался не делать. Вот еще не хватало!
Линда даже обиделась, но император объяснил так, что ему хотелось верить.
– Лина, вы очаровательная девушка. И я был бы не против. Более того, если вы сделаете первый шаг, я отказаться не смогу, вы слишком хороши. Но решать будете именно вы. Я не хочу вас принуждать, я не хочу, чтобы мой статус стоял между нами или как-то воздействовал на вас. Я император, но я мужчина! И для меня даже оскорбительно пользоваться своим титулом, чтобы получить небезразличную мне женщину.
– А как же ваша невеста, Рен? – с долей ехидства напомнила Линда.
Далларен улыбнулся – совсем по-мальчишески:
– А она мне пока еще не невеста. И мы не имеем друг на друга никаких прав. И никаких обязательств. Вот когда она решит сделать меня самым счастливым мужчиной на свете, я буду ей безусловно и безоговорочно верен.
– Вы же будете с другой? Как она может такое решить? – удивилась Линда.
– А вдруг она приревнует?
Линда посмотрела с сомнением, но спорить не стала. Мало ли какие женщины встречаются на свете? Может и приревновать…
Она в жизни никого не ревновала… А Юру? Могла бы? Нет.
Ревность – это недоверие. А разве можно не доверять любимому человеку? Вот нахалке, которая вешается на ее любимого, Линда могла бы макияж подправить и прическу проредить. А любимому человеку за что?
За то, что другие видят, какой он замечательный?
Странно как-то… будь он плохим, так она б его и не выбрала, верно? Вот и получается: или бери то, что никому не нужно, и не будешь мучиться от ревности; или выбирай мужчину умного, яркого, броского (это не о внешности), сильного и да – привлекающего и других женщин!
Но тогда не сетуй. И учись ему доверять.
А если изменит? И предаст доверие?
Радоваться надо!
Радоваться, что под блестящей оболочкой показалось гнилое нутро! Что вовремя оно показалось и не поздно что-то изменить! Радоваться, избавляться от гадины – и искать настоящего.
И никак иначе.
Нельзя жить с подлецом и предателем, даже… ни ради чего нельзя! Предавший один раз – предаст и в сотый. Только вот ты можешь и не выжить после предательства.
Линда как-то незаметно это императору и выложила. И была вознаграждена грустной улыбкой.
– Вы правы, Лина. Только в жизни так легко не всегда получается. И останься Эвержанна жива, я не смог бы с ней развестись…
Линде стало искренне жаль императора.
– Не надо, Рен, – она первая коснулась ладони его величества. И что? Обычная ладонь, сухая и теплая, пять пальцев, ничего нового и удивительного. – Вы еще будете счастливы.
– Обещаете?
– Если это зависит от меня.
– Сейчас – определенно зависит.
– Тогда я сделаю все возможное, – пообещала Линда.
Далларен чуточку расслабился:
– Продолжаем обговаривать дальше.
* * *
В академию Линда вернулась растерянная.
Девочки сидели и ждали ее. И смотрели так… выжидающе.
– Анни, а что еще в твоих романах написано?
– А что говорил император?
– Линда?
Час времени. Две коробки конфет. Бутылка легкого вина, под которое так хорошо откровенничать.
Растерянный голос Линды. И понимающие улыбки на лицах Анни и Селии.
– Лин, а если ты будешь императрицей?
– Не хочу!
– А императора – хочешь?
– Нет.
– А Далларена? Не как императора, а как мужчину?
Линда покачала головой:
– Я пока никого не хочу. И все это…
– Потому он тебя и выбрал, – улыбнулась Анни. – Что он тебе не нужен. Другая бы вцепилась всеми когтями, а ты его отпустишь, когда попросит.
Линда кивнула:
– Отпущу.
– Вот… Лин, а давай тебе пурпурное платье закажем? Как то, со свадьбы? Только уже настоящее! Не переделанное!
Линда подумала пару минут. А потом махнула рукой:
– Я завтра должна явиться к модистке. Закажем обязательно! Гулять так гулять!
– А мать?
– Да ну ее…
Дарита дала о себе знать к вечеру.
Линде принесли записку. Завтра после обеда матушка будет ждать ее. В той же таверне, за тем же столиком. Она так соскучилась по своей девочке…
– Пойдешь?
– Мне некогда! У меня на завтра большая программа!
– Какая?
– Большая. Анни, и у тебя тоже. Селию я не вытащу, а вот тебя… импе… Далларен приказал завтра же явиться к придворным портным, пусть они мне подберут наряды. Нам подберут.
– Всем? – уточнила Анни.
– Всем. У меня есть мерки Селии, а она сама наверняка отправится в ИЛА, верно?
– Абсолютно, – кивнула Селия. – Я не буду тратить время на эти глупости.
– Решим на свой вкус.
Селия прищурилась и решила отомстить подругам:
– Тогда уж нижнее белье на меня закажите. Вот по этой иллюзии. – И прищелкнула пальцами.
Девушки покраснели.
Селия не зря общалась с Юрием. Чулочки, подвязочки, трусики, корсет… Все это было представлено на иллюзиях, но в таких сочетаниях, цветах и тканях…
– С ума сойти!
– Вот и посмотрим, кто с него сойдет, – поддела Селия. – Надо пользоваться случаем.
Линда сощурилась – и решительно тряхнула головой:
– Договорились. Закажем! А маман пусть ждет сколько влезет!
– Пусть считает, что зелье не сработало или сработало не так, – согласилась Селия.
Линда сунула наугад записку в первый же роман, прихватила соседний – и пошла спать. Почитает перед сном.
А вдруг в них действительно есть какая-то правда?
* * *
– Только посмей мне сказать, что ничего не знаешь! – Селия прищурилась на мужа, в этот момент как никогда напоминая кошку. Большую, умную, сосредоточенную. А еще – голодную и плотоядную.
Рональд едва ладошкой не прикрылся – как-то уж очень грозно жена выглядела. К такой ипостаси своей супруги он не привык.
Да, у Селии есть характер. Но как-то она его не часто проявляла. Точнее, их мнения совпадали почти во всем. Вот и не было нужды спорить.