Мудрость толпы

– Может быть, лучше, если за них будут дергать, чем перережут.
– Может быть.
Однако ее отец сражался всю свою жизнь, чтобы они могли быть свободными. Рикке поежилась и плотнее натянула на горло меховой воротник, опустила капюшон и двинулась в обратную дорогу. На север, оставляя Героев за спиной.
– Зато, пока этого не случится, мы будем плясать под собственную дудку.
 
Далеко не закончено
Клевер отодвинул с дороги мокрую ветку и поглядел через реку. Глаза у него были не те, что прежде, но его не покидало неприятное чувство, что в дальнем конце моста маячили знакомые лица.
– Во имя мертвых, ну у меня и везение, – пробормотал он, пытаясь согреть дыханием сложенные горстью ладони. – Это там не Траппер с его парнями?
– Ага, – отозвалась Шолла. – С теми, кого Нижний не успел прикончить, если точнее.
– Лучше, чем оставлять за спиной неулаженные счеты, – буркнул Нижний.
Шолла закатила глаза:
– А как насчет тех счетов, которые теперь Траппер имеет к нам из-за того, что ты убил троих его людей?
Нижний почесал густую бороду, раздумывая над этим.
– То есть ты хочешь сказать… что мне надо было прикончить и остальных тоже?
Клевер вздохнул.
– Жизнь, несомненно, умеет совать человеку под нос его давние ошибки.
– Это было-то всего несколько недель назад, – возразил Хлыст.
– Ну, значит, недавние ошибки… – Клевер и без того имел мало надежд на то, что удастся дожить очередной день, а сейчас его шансы резко упали. – Вам лучше всем остаться здесь.
– Я даже не знал, что ты за нас беспокоишься, вождь.
– Я и не беспокоюсь. – Он поднял бровь и взглянул на Хлыста. – Но ты настолько туп, что только все испортишь. – Он перевел взгляд на Шоллу. – А ты слишком тощая, чтобы за тобой прятаться. – И на Нижнего. – Про тебя я вообще молчу.
– Ты уверен, что удачно оделся? – спросила Шолла. – Для такой цели?
Клевер нахмурился, оглядывая превосходный волчий плащ, который обычно носил Стур. Девчонка была в чем-то права. Появляться перед Черным Кальдером в украденном наряде его украденного сына было бы не очень благоразумно.
– Черт, – проговорил он, расстегивая пряжку с некоторой неохотой, поскольку погода ни в коей мере не располагала к раздеванию, и швыряя плащ Шолле. – Если мое везение окажется гораздо лучше обычного, то мы скоро увидимся.
– А если твое везение будет как обычно? – прошипела вслед ему Шолла, ухмыляясь и натягивая плащ на свои костлявые плечи.
– Тогда будем считать, что тебе достался хороший плащ.
И Клевер вышел из-за деревьев, засунул ладони под мышки и побрел по направлению к мосту.
Траппер стоял в дальнем конце, засунув большие пальцы за портупею и морща губу.
– Ба! Да никак это Йонас-гребаный-сукин-сын Клевер!
– Обычно я использую более короткую версию своего имени, – отозвался Клевер, которого уже колотила дрожь, – но и такая употребляется достаточно часто, чтобы я чувствовал себя обязанным откликаться.
– Ты смешной. – Это был тот парень в овчинном плаще, которого Нижний долбанул по голове в их последнюю встречу. – Но для меня ты будешь еще смешнее с выпущенными кишками.
– Однако же ты вроде не торопишься меня убивать.
Траппер повернул голову и угрюмо сплюнул.
– Нет.
– Я ожидал худшего, если честно.
– И был прав. Черный Кальдер сказал нам, что ты, скорее всего, появишься.
– Как он это узнал, интересно?
– Он же Черный Кальдер, верно? Знать всякие вещи – то, чем он больше всего знаменит.
Траппер протянул к нему руку и повелительно щелкнул пальцами.
– А? Ну да.
Клевер расстегнул свою портупею и протянул ему. Он все равно не помнил, когда в последний раз вытаскивал чертов меч, разве что для того, чтобы смазать его маслом.
– Ты должен знать, что я сожалею о том, что случилось в нашу последнюю встречу, – сказал он, идя вслед за Траппером по глинистой дороге. – Я не хотел никаких трупов, но чертов Нижний… он из тех ублюдков, что при каждом шаге оставляют за собой полосу разрушений.
– Если ты берешь такого человека в свою команду, тебе следовало бы позаботиться о том, чтобы покрепче держать его в узде. – Траппер негодующе покачал головой. – Не сказал бы, что у тебя это вообще получается.
– Не совсем справедливое утверждение, – отозвался Клевер. – Ты вроде как еще отбрасываешь тень.
Мало удивительного, что остаток пути они проделали в угрюмом молчании. Снег лежал на наклонных полях, на низких каменных стенах, на голых ветвях деревьев по бокам долины, на крутых крышах домов, разбросанных ближе к верхушке холма. Палатки тут тоже были, и костры, и бойцы, кучками сидевшие вокруг огня. Впрочем, их было меньше, чем ожидал увидеть Клевер. Бонды и карлы; несколько седобородых лиц он опознал. Не настолько много, чтобы представлять какую-либо угрозу для Рикке – даже теперь, когда с ней распрощался Гвоздь со своими парнями из Западных Долин.
Может быть, Черный Кальдер потерял хватку. Рано или поздно это случается со всеми. Люди расслабляются. Настолько привыкают к мысли, что они самые лучшие, самые сильные, самые хитрые, что когда появляется кто-то лучше, сильнее, хитрее их, они даже не осознают, что остались во вчерашнем дне. По крайней мере, до тех пор, пока не оказывается слишком поздно.
…Он ждал его – под окаймленными льдом карнизами замка на вершине холма. Человек, который правил Севером вот уже двадцать лет. Возможно, у него прибавилось седины с последнего раза, когда Клевер его видел. Появилась пара новых морщин. Но разве то же самое не относилось ко всем? Для человека, чьи мечты разбились в прах, он выглядел довольно спокойным.
– Йонас Клевер! – Кальдер раскинул руки в стороны, словно привечая старого друга. Клевера, впрочем, этот жест отнюдь не успокоил. – Добро пожаловать в Керрагом! Что ты думаешь об этом месте?
– Очаровательные зимние пейзажи, – отозвался Клевер, оглядываясь назад на долину, переводя дыхание и пытаясь растереть занемевшие розовые кончики пальцев. – Впрочем, замечу, что мне приходится карабкаться на гораздо большее количество холмов, чем я бы предпочел в моем возрасте.
Кальдер махнул в направлении жалких кучек людей, разбивших лагерь на склоне:
– А ты думаешь, собирать воинов – это то, чем я планировал заниматься в пору своего старческого слабоумия, ленивый ты ублюдок? Карлеон нравился мне гораздо больше, но мой придурок-сын его потерял… Одай ему его меч, Траппер, что это с тобой?
Траппер искоса взглянул на Клевера.
– Я подумал, мало ли, вдруг он что-нибудь выкинет.