Война жреца. Том III. Финал
Это было рискованно, еще более рискованно, чем игнорировать спокойный речной маршрут, но тут уже было Энжи решать. Насколько я понял из ее обрывочных оговорок, Софу она доверяла чуть ли не больше, чем себе самой, да и у меня причин подозревать Мудреца в чем-то неподобающем или опасном не было. Тем более, может Соф подскажет, как ускорить мою работу, или просто даст нужную информацию, чтобы мы приняли правильное решение.
От Нетопа до границы с Империей было около ста двадцати лиг, которые мы прошли за неделю. Мы с Энжи экономили силы лошадей, потому что, во-первых, животные были не слишком резвые, во-вторых, стоили нам неприлично дорого: уже по двадцать две монеты за каждую. В тот момент, когда я расплачивался за транспорт, я был готов придушить этого ушлого барыгу, который пользовался полным отсутствием конкуренции в этом небольшом порту. Впервые за несколько лет мне пришлось даже прокатить по себе волну жреческой силы, чтобы успокоиться — а не прибегал я к силе, которую дало мне служение Лу в качестве жреца, уже очень давно.
Токонская застава встретила нас почти приветливо, если так можно говорить о военных объектах в любом из миров. Мы даже официально уплатили пошлину за въезд на территорию государства, а по совету Энжи я еще купил для нас «билеты» до Апахабаса, пусть имперский клерк и очень косо смотрел на наших лошадок.
Я раньше слышал о такой возможности, но обычно ею пользовались гонцы или небольшие купеческие караваны. «Билет» — это специальная грамота за пять шаринских золотых или три имперские монеты, которая позволяла менять лошадей на основных станциях по пути в столицу. Всего за время путешествия прибегнуть к услуге замены транспорта можно было пять раз, но этого было более чем достаточно для того, чтобы доехать до Апахабаса и не угробить животное под собой. Главное условие — сменная лошадь должна быть здорова, подкована и способна уже через два-три дня снова отправиться в путь. Так что поменять полумертвую клячу на резвого скакуна не выйдет. С властями сотрудничали почти все крупные трактиры на Тракте, получая дополнительную оплату за содержание животных, а также для обладателей «билета» были доступны городские конюшни.
Пять золотых стоили того, учитывая, что ехать нам было около тысячи лиг — умопомрачительное расстояние, и если бы маршрут пролегал не по Королевскому Тракту, то путь занял бы у нас добрые два-три месяца. Мы же с Энжи планировали уложиться в пять недель.
Вот, символические пошлины уплачены, грамоты на сменных лошадей получены и нас пропустили в небольшой приграничный городок, что как раз и жил за счет путешественников и торговцев. Мы с Энжи немного потолкались по торговым рядам. Прикупили кое-что из припасов, одежды — наше белье отсырело во время плавания и даже жаркое летнее солнце не помогало избавиться от этого мерзкого запаха — я присмотрел себе широкий берет, под которым можно было бы скрыть седые волосы, и который был крайне популярен у мелких токонских купцов и клерков.
— Опять прикидываешься счетоводом? — спросила Энжи, наблюдая, как я натягиваю на черепушку головной убор.
— А что плохого в том, чтобы быть счетоводом? Это были неплохие времена, — ответил я, заправляя волосы, — тем более я на самом деле счетовод, просто у меня дома это называется несколько иначе.
С моим образом не вязался боевой посох, который я, впрочем, еще на территории шаринцев превратил в обычную палку и спрятал в вещах. Когда Энжи увидела этот мой фокус, она только довольно хмыкнула. Ощущалось это вполне однозначно: «лучше поздно, чем никогда» и я понял, что в какой-то момент богиня Калита уже потеряла надежду на то, что я разгадаю, в чем же сила ее руны на моем оружии. Так как теперь посох был приторочен к седлу вместе с одеждой, небольшим котелком и топориком, встал вопрос моего вооружения. Очень хотелось купить у первого попавшегося кузнеца крепкое копье, а лучше — алебарду, но это не вязалось с моим образом мелкого интеллигента. Так что пришлось походить по городу и найти самую дешевую, но при этом способную держать удар рапиру.
— Прекрасный выбор, господин, прекрасный выбор! Последняя мода Апахабаса, при дворе императора рапира сейчас — выбор лучших! А посмотрите на эту чашку! Да, без изысков, но как защищает ладонь! Вы можете без опаски колоть и при этом не бояться потерять пальцы! — нахваливал свой товар кузнец.
Я покрутил тонкий клинок в руке, сделал пару взмахов и решил, что сойдет. В любом случае это был скорее атрибут, украшение, чем реальное мое оружие. Но в Империи слишком многое зависело от твоего внешнего вида: токонцы были крайне высокомерны и всегда встречали по одежке, и если твой внешний вид не вязался с их представлениями о норме, с тобой могли даже не заговорить. Точно так же местные трактирщики могли отказать в ночлеге или нормальном обслуживании, так что оружие столичных повес и дуэлянтов было мне необходимо.
После похода на рынок и к кузнецам мы с Энжи сняли комнаты на небольшом постоялом дворе, договорились о том, чтобы нам наутро испекли пару буханок свежего хлеба в дорогу, после чего мы отправились искать местное святилище Семерых. Полусфера храма обнаружилась недалеко от главной площади. Внутри было достаточно многолюдно: служивые молились Палу, купцы — Керму, было и пару мастеровых, что пришли на поклон к Сидиру. Мы с Энжи для вида постояли у алтаря Калиты — очевидно, будучи неместными и находясь сейчас в пути, помолиться Седьмой стоило, хотя меня буквально распирало от комичности происходящего — после чего мы отправились к соседнему алтарю, где молились Мудрецу.
— Уверена, что Матерь не заметит? — в который раз спросил я у Энжи.
Бард только неопределенно дернула плечом, после чего припала на одно колено и положила ладони на гладкий камень алтаря Софа. Я видел, как шевелятся губы Энжи, но что она говорила Шестому, подслушивать не стал. Довольно быстро девушка выпрямилась, взяла меня под локоть и повела к выходу из храма.
— И все? — спросил я.
— А чего ты ждал? Что он придет прямо сюда, в святилище? Я сказала Софу все, что нужно, а храм скроет это обращение от чужого внимания.
— Смешала свои слова с посланиями других молящихся?
— С их потоками силы, да.
— И когда он отзовется?
— Не знаю, как выйдет. Будем надеяться, что Пантеон не осажден и Единый копит силы для первохрама.
— Иначе?
— Иначе мы сами по себе, а я застряла в образе смертной, — невесело ответила Бард, попутно уворачиваясь от мимо проезжающей телеги, — но Соф придет, я уверена. Если бы он застрял в Пантеоне, он бы уже дал мне знать.
Я немного помолчал, обдумывая слова Седьмой.
— Почему ты вообще сейчас со мной? Ты бы могла вернуться в Пантеон. От тебя в качестве бога было бы намного больше пользы…
— Как только я вернусь, Геора посадит меня на цепь и вряд ли выпустит, пока все не закончится, — хмуро ответила Энжи. — Я же ослушалась ее, решила тебе помочь.
— А она это запрещала?
Девушка проигнорировала мой вопрос, задумавшись о чем-то своем.