Хроники Тальзеура-3
Драмина отреагировала первой. Перемахнув через перила, она через вертикальный лестничный колодец долетела прямо до первого этажа. Там приземлилась с перекатом и, поднявшись на ноги, тут же начала стрелять в одной ей видимую цель. Следом сиганул вниз Ардент. Костас потянул за металлический тросик экстренного сброса тяжелого доспеха. Еще до того, как все элементы брони с него спали, богатырь уже летел вниз. Приземлился и, без всякого гашения силы удара, тут же дал знак что готов поймать раненого Карла.
— Нет, не надо. Тут же высоко, — заорал парень, хватаясь за Эшу. Но бортмеханик подняла его над собой и швырнула вниз. — А-а-а-а-а-а-а-а-а!
— Догоняй, капитан, — крикнула светлоликая, прыгая следом за болезненным.
Костас поймал напарницу, прижал к себе на секунду и только потом поставил ее на ноги. Все это я видел уже в полете, уйдя в прыжок через полсекунды после Эши.
Первый этаж. Я не сразу понял в какого противника стреляют члены команды. Там же просто стена…. Живая. На месте выхода из богом проклятого оживающего дома.
Недолго думая, я распустил облако своего ментата до предела. Надо проверить другие выходы. Их нет! Все стены покрыты мерзкой пульсирующей плотью. Под ногами хлюпает жижа. Что происходит в подвале, даже думать не хочется.
Наконец уловив где-то вдали ментаты других людей, я направился к ближайшей стене. Если нет прохода, надо сделать новый. Сжечь наросшую плоть, вырвать кусок стены и снова сжечь плоть на другой стороне.
— Все внутрь! Мы тут не удержим оборону, — заорал я, пропуская ребят внутрь квартиры на первом этаже.
Я зашел последним, и, обогнав всех, тут же начал пробивать путь к заросшему плотью окну. Проклятый дом явно не хотел нас выпускать из своего чрева. Но скорость нарастания органических тканей оказалась недостаточно велика. Я выжег дыру, выломал часть стены вместе с оконной рамой и снова последним выбрался наружу.
В нос ударил свежий морозный воздух. После аммиачного смрада внутри дома, он пьянил похлеще алкоголя.
На наши фигуры тут же направили прожекторы с бронетранспортеров.
— Свои! Свои! — закричал кто-то у бронемашин. — С ними майор Дядько! Они в охранение к тому парню шли. Да чего вы там стоите! Быстро к нам. Тут черт-те что творится.
Пока мы подбегали к военным, где-то вдали забили куранты в Челябинском Кремле. Вот и наступило 31 декабря 2029 года, черт побери!
Вокруг элитного жилого комплекса уже кружило несколько вертолетов. Они прожекторами подсвечивали то, во что превратилось некогда прекрасное здание. Я не ошибся, когда подумал что здание оживает. Оно и снаружи уже целиком покрылось плотью с плотной пленкой. Ее не удалось пробить даже крупнокалиберным пулеметам, навешанным на обвес вертолета.
К нам подбежал какой-то связист с трясущими руками. Глаза широко распахнуты, взгляд как у рыбы. С рюкзаком-рацией за спиной, где что-то тренькнуло. Наш молчаливый сопровождающий тут же взял в руки рацию.
— Дядько на связи… да, объект и сопровождение выведены из здания… Потерь нет, есть один раненый средней тяжести… ногу парню укоротили… да, объект класса Клипот… да… такое ни с чем другим не перепутаешь… да ты и сам картинку с вертушек видишь… эта чудовищная хрень, судя по размерам, уже лет двадцать росла в самом центре Челябинска… да… да… она пустила корни во всё что может… других живых людей в здании мы не встретили… что там сейчас внутри творится, одному богу известно…
Про клипот, я не то чтобы слышал. Просто из глубин памяти всплыло одно из инстинктивных знаний о Древних. Клипот — это вторжения измерения Древних в наш мир. Именно измерения, а не Разлом в мир демонов, как это было в Питере. По сути, на изолированном участке пространства, из-за вторжения другого измерения, меняются законы мирового порядка. Может вырасти плотность магофона, живое стать мертвым и мертвое живым. Что мы собственно сейчас и видим. Кто-то из Древних решил поиграть с законами жизни и смерти, искажая саму их суть.
Пока Дядько разговаривал по рации, от проклятого здания за нашей спиной повеяло такой жутью, что у меня в животе появился неприятный холодок. Интуиции я доверяю. И сейчас она кричит о появлении какой-то новой смертельной опасности. Ребята тоже обернулись, почуяв неладное.
От стены дома отделилась гротескная угловатая фигура, чем-то неуловимо напоминающая человека. Чудовище без кожи, лица и ушей, с выпирающими из-под розоватых мышц обломками костей. Руки и ноги двигались несогласованно, словно душа внутри привыкала к тому, как пользоваться телом. Абсурдное, чуждое всему людскому чувство опасности, распространялось вокруг неведомой твари. Будь на нашем месте обычный человек, оно бы одним внушаемым страхом заставило его сердце остановиться.
Я сглотнул. Тварь медленно, по шагу в секунду, двигалась к нам.
— Не… достой. ны… Все вы… Убийца на убийце, — от тембра голоса неведомой твари волосы на затылке встали дыбом. — Я лишь хотел убить… того… второго. Но он сбежал… сбежал почти… Покуда существует воля Йог-Сотота… я буду мстить… искать… идти… Так что и ты… огонь заката…
В какой-то миг я понял, что тварь смотрит на меня. Не имея глаз, она каким-то образом выделила меня из толпы.
— … Не гасни, уходя… во мрак ночной.
Чудовище медленно кособоко шагало в нашу сторону, понемногу привыкая к телу. У стрелка, сидевшего за пулеметом БТРа, не выдержали нервы и он открыл огонь. Крупнокалиберные пули пробили голову и грудь твари, раздробили череп, оторвали с мясом руку по самое плечо и, казалось бы, всё кончено. Но тварь регенерировала с запредельной, просто невообразимой скоростью. За десятую долю секунды, оторванная рука, не успев далеко отлететь, притянулась к телу и тут же приросла.
— Подлец… желающий скрыться от солнца Древних, простенькой стеной… не гасни, уходя во мрак ночной…
Тварь сделала еще шаг, игнорируя выстрелы из сотен стволов и взрывы гранат. Ее тело разрывалось на куски и тут же срасталось вновь. Дядько что-то говорил в рацию.
— Да… хранитель клипота объявился… да тут без вариантов… нет, чем мы по-твоему такую тварь уложим… она считай что бессмертна… демон, ты шутишь… она же Древний в миниатюре… ее хрен убьешь…
Бессмертный. Да, точно! У любого клипота есть свой бессмертный хранитель. Средоточие всей силы и обезличенное могущество, ведомое волей Древних повелителей.
— От слез… всё в мире… солоно и свято… — даже под градом пуль, чудовище продолжало читать стих. Возможно, раньше оно было человеком и сейчас в нем говорят воспоминания о прошлом. — Не гасни, уходя во мрак ночной…
Под градом пуль тварь продолжала шагать в мою сторону. Ей пытались отстрелить ноги, но конечности стали регенирировать еще быстрее. Жуткая бессмертная тварь медленно приближалась к машинам военных.
Я чувствовал, как каждый выстрел солдат убивает в Бессмертном то ли его душу целиком, то ли часть души. Но высвободившаяся энергия смерти тут же поглощалась самим Бессмертным. Здесь и сейчас — в облике этой твари — мы сражались со всем клипотом, сведенным в одно тело и личность.