Олимпиец. Том I

К счастью, даймон стал задавать глупых вопросов и просто кивнул.
— Отлично.
Я опустился одним коленом на крышу, положил руку с катаной вниз, прямо на сталь машины и закрыл глаза. Фургон тяжелее, чем тот завал, но и двигать мне его всего на минуту.
Машина застонала. Послышался скип, потом другой, а затем та резко рванула назад. Из кабины раздался синхронный вопль ужаса.
Я про себя улыбнулся, между делом считая секунды.
Раз. Два. Три. Хватит.
Я открыл глаза. Фургон откатился назад во времени, прямо к моменту въезда в склад и замер на месте. Жаль, конечно, что импульс сохраняется только при движении назад. Но и так сойдет.
— Жми на газ.
— Что? — ошарашенно пробормотал Семен.
— Жми на газ, сказал! — рявкнул я, наблюдая как монстр медленно поднимается на ноги. Его тело понемногу начинало регенерировать.
У нас было мало времени.
— А-а-а! — заорал Семен и вжал педаль в пол. — А-а-а!
Я же пригнулся и перехватил катану поудобнее. Надеюсь, этого хватит. И еще очень надеюсь, что я не переломаю себе все кости.
Туша монстра быстро приближалась. Три секунды. Две. Одна.
А затем произошло три вещи.
Во-первых, за мгновение до удара на голову титана запрыгнул Тайгер. Он обвил шею твари обеими ногами, поднял руку и вонзил свои длинные когти тому прямо в левый глаз.
Уродец страшно завыл от боли, выгнул спину и тем самым подставил израненное брюхо, в которое и врезался наш фургон. В этот раз скорость была в разы меньше, а оттого удар — слабее. Но и этого хватило, чтобы снова придавить монстра к полкам.
Это во-вторых.
А в-третьих, я в момент удара оттолкнулся ногами от машины и на полной скорости, с мечом вперед влетел твари грудину.
Если бы я не был полубогом, от удара меня бы расплющило — ну или дико покалечило — и я бы умер. Если бы у твари все еще была броня, я бы тоже умер.
А так… Так я влетел в более мягко нутро чудовища и с размаха насадил аристократа прямо на лезвие меча. Только в отличии от Рью, я попал не в бок, а прямо в грудь.
«Бета» захрипел и открыл глаза.
Наши взгляды встретились. Я увидел в них ярость, боль и отчаяние. Должно быть, где-то в глубине души, в последних остатках сохранившегося где-то внутри этого монстра разума, аристократ понимал, что это конец.
И он был прав.
Я безжалостно направил катану чуть выше и правее, пока наконец не нашел его сердце. Сын Ареса хрипнул последний раз и затих.
Вот и все.
Я аккуратно вылез наружу, морщась от боли во всем теле. Даже считать синяки не буду, бесполезное занятие. А левая рука… Что ж, тут минимум неделя. Хотя, я всегда могу обратиться к жрецам Асклепия.
Бог медицины со мной контакты не рвал, и раз у меня теперь есть деньги, то грех этим не воспользоваться.
Кстати, о деньгах…
Я покосился на подошедшего Рью. Самурай выглядел очень бледно, вся левая часть лица была в крови, а его самого неслабо так качало… Но свое дело он знал.
В правой руке тубус с камнем, в левой — серебряный кейс с деньгами. Он положил обе вещи на пол и виновато посмотрел на меня. Я передал ему катану, которую он молча убрал в ножны.
Еще один виноватый взгляд.
— Что случилось?
— Болтун ушел, — подавленно произнес японец. — И забрал второй кейс. Прошу прощения. Я должен был его остановить.
Я покачал головой. На большее сил просто не хватало. Что ж, отдам этой твари должное. В деловой хватке, ему не откажешь.
— Ты знаешь, где он живет?
— Да, господин, — кивнул тот. — Я могу нас отвести.
— Дело закончено, Рью. Пусть не так, как мы хотели, но все же. Я больше не твой босс. И тем более не господин.
— Знаю. Но я бы хотел, чтобы вы им стали.
Самурай с трудом опустился на колени, положил катану в ножнах перед собой и глубоко поклонился.
Когда он поднял голову, глаза мужчины пылали решимостью.
— Мне некуда больше идти, Алекс. Ты сам слышал, я изгнанник. Кроме Семена и Талии, — он посмотрел на молодых людей. — У меня никого нет.
Те только что выбрались из покорёженного фургона. Их слегка пошатывало, но я заметил в их глазах, такую же решимость, как у японца.
— Наша группа — это отщепенцы, — ответила за двоих девушка. — Специально такими собрали. Проще управлять. И выше лояльность.
Она робко улыбнулась.
— Думаю, с тобой нам будет лучше.
— Вы можете взять деньги и уйти, — все еще не веря, произнес я. — Начать новую жизнь. С нуля.
— Ну, эта, меня и сейчас все устраивает, — прогудел Семен, с видом победителя глянул на тело монстра и похлопал фургон по кузову. — Верно, малышка?
Я вздохнул.
Кажется, мафия это навсегда. Вышел из одной и уже организую вторую. Всего три человека, правда. Но и Рим не сразу строился.
Ладно.
— Семен, — я принялся отдавать приказы. — У тебя десять минут. Твоя задача пробежаться по местному складу и собрать все мало-мальски ценное. Тащи, что увидишь, но не задерживайся.
— Да, босс, — с улыбкой до ушей, гукнул тот и потрусил в сторону.
— Тали. Там, — я указал направо. — Офисы. И я точно видел аптечку. Принеси сюда, поможешь привести в порядок, Рью.
Девушка сосредоточенно кивнула и унеслась по делам.
— Господин, не стоит. Я в порядке, — попытался возразить Рью.
— Просто, Алекс, — я поднял его за руку и усадил на чудом уцелевший стул. — Сиди и не дергайся.
Из теней вынырнул даймон. В левой руке он держал небольшую коробочку.
— Сэр. Думаю, теперь это принадлежит вам.
Оп-па. Камешек. Удачно.
— Спасибо, Тай, — кивнул я. — И да…
Дворецкий внезапно по-доброму улыбнулся. Понимающе.
— Я знаю, сэр. Вашему отцу — ни слова.
— Да нет, — подумав, я отказался от этой идеи. — Расскажи ему о сделке. И о доме Каэд. А вот про остальное — лучше не надо.
Даймон явно удивился, но возражать не стал.
Почему я это сделал?
Я бросил косой взгляд на тело аристократа. За этим парнем явно стоял кто-то покрупнее. Может, глава Дома, а может, кто-то еще. Главное, что это попахивает большой политикой. И хоть меня изгнали, я все еще Адриан Лекс. Так что лучше я спихну это дело на Гордиана, пусть у него голова болит.
У меня и своих забот по горло.
Я поморщился от боли в руке, прислонился к грязной стенке фургона и распахнул коробочку настежь. Черный камень внутри буквально манил меня к себе, и я не стал долго ждать.