Олимпиец. Том I

Сидящий посередине стола мужчина заметил мой взгляд и, как бы случайно, выставил вперед левую руку. Желтый камень ярко сверкнул в лучах уходящего солнца.
«Бета».
Дело дрянь.
— А вот и вы, господа, — мужчина с желтым перстнем с улыбкой поднялся из-за стола и гостеприимно указал на напитки. — Вы, должно быть, устали. Прошу, угощайтесь.
— Благодарю, но нет, — холодно покачала головой Анфия и тут же треснула по руке мужа, которую тот уже протянул вперед. — Я сказала нет, Макар. Не смей.
— Прости, дорогая, — сконфуженно произнес мужчина и отошел назад на пару метров. — Не подумал.
Серый человек дружелюбно улыбнулся.
— Приятно иметь дело с сильной женщиной. Вы не поверите, какая это редкость в наши дни. Кстати, — аристократ бросил на меня косой взгляд. — Не знал, что вы используете детей. Как оригинально.
— Хватит любезностей, — резко отрезала бизнесвумен. — Перейдем к делу.
— Конечно, конечно. Только позвольте мне сперва представиться.
Он галантно поклонился.
— Меня зовут Господин «Один». Мою очаровательную знакомую, — он подал темнокожей женщине руку, которую та приняла с чарующей улыбкой. — Госпожа «Два»…
— А его Господин «Три», — раздраженно процедила Анфия. — Может, уже хватит? У меня планы на сегодня.
Я тихо присвистнул.
Может, женщина мне и не нравится, но храбрости ей не занимать. Или глупости. Одно из двух. Пока не решил.
— Вообще-то нет. Его зовут Профессор. Но, как пожелаете, — сделал вид, что оскорбился мужчина и достал из-под стола два серебряных кейса. — Прошу. Как договаривались.
Он пару секунд повозился с замками. Наконец раздался звонкий щелчок, и оба кейса медленно распахнулись.
Я против воли вытянул шею вперед.
Каждый из кейсов — а они были немаленькие — был буквально до краев забит купюрами. Фиолетовыми. По пятьсот евро каждая.
Справа от меня послышался смесь писка и хрипения одновременно. Мне даже не нужно было поворачиваться, чтобы понять, кто это.
Болтун буквально пожирал глазами деньги. Только слюни не текли.
— Можете пересчитать, — добродушно улыбнулся «Бета» и даже специально отступил от стола на пару шагов.
Два его «коллеги» поступили также. Женщина в тюрбане так вообще выскользнула куда-то в сторону и исчезла среди рядов с полками.
Аристократ в это время продолжал невозмутимо говорить:
— Я предпочитаю электронные переводы, но мы же не хотим, чтобы нами заинтересовался Император, верно?
— Верно, — пробормотала женщина и с жадностью набросилась на новенькие купюры. — Макар, иди сюда! Поможешь.
Бизнесмен с трясущимися от радости руками подбежал к жене и с дикой скоростью принялся пересчитывать деньги. Его руки мелькали в воздухе одна за одной, настолько он быстро двигался. Этакий ходячий банкомат.
— Что ж, — когда парочка наконец закончила, дружелюбно произнес «Бета». — Мы выполнили свою часть сделки. Теперь ваша очередь.
Анфия рассеяно кивнула, параллельно складывая купюры обратно в кейсы, и махнула мне рукой. Дескать, «Давай. Тащи сюда камень».
Я послушно кивнул, опустил голов как можно ниже, уставившись ровно в пол, и медленно побрел к ним. Пусть думают, что я всего лишь слуга. Тем проще будет их удивить, когда сделка накроется.
А то, что она накроется, было очевидно. Я искоса посмотрел на потолок, где среди балок спрятался Рью. У него будет один удар. И лучше бы ему попасть.
— Побыстрее, мальчик, — не выдержал аристократ.
Я преодолел оставшиеся до стола пару метров, затем достал из кармана черный матовый камень и аккуратно положил его на стол.
— Наконец-то! — радостно воскликнул мужчина в костюме и шагнул к столу. — Вот и он!
— А. А. А. Он еще не ваш, — Анфия положила указательный палец на камень и легонько качнула его вперед. — Не спешите, господа. Он ведь может упасть…
Мужчина резко остановился на полпути. В его глазах мелькнуло раздражение, которое тут же сменилось на привычную добренькую улыбку.
— Прощу прощения?
— Ты меня слышал, Господин «Один», — дерзко посмотрела на него женщина. — Мы еще не собрали наши деньги, — она выразительно подняла связку евро и перебросила ее мужу. — Сначала мы закончим. И только после этого вы заберете камень.
Охранники за спиной мужчины синхронно качнулись вперед, но мгновенно замерли по его приказу.
— Что ж. Как вам будет угодно, — холодно ответил «Бета». — Но пока вы заняты, мой человек проверит камень.
— Проверит? — Макар на секунду отвлекся от зеленых бумажек и исподлобья посмотрел на аристократа. — Что это еще значит?
— Это значит, что я хочу проверить, не подсунули ли вы мне обычный булыжник, — терпеливо пояснил серый человек. — Только и всего.
— Мы не занимаемся подделками, — возмутился Макар. — Мы честные…
— Значит, вам нечего бояться. Профессор, — он повернулся к старику и элегантным движением указал на камень. — Будьте так любезны.
Тот кашлянул, размял затекшие руки и медленно, опираясь на трость подошел к столу. Бизнесвумен бросила на него опасливый взгляд, но все же промолчала. Полумёртвого старика она не опасалась.
Но я-то знал, почему она нервничает.
Сильный «белый» мог просто схватить камень и убежать. А после этого нас был прикончили. Справедливости ради, нас также могли прикончить и сразу после сделки, но, похоже, так далеко Анфия не задумывалась.
— Экхм, — старичок с трудом опустился в кресло, вытащил из кармана замызганного пиджака потертые очки на цепочке, напялил их на голову и приблизился к камню. — Какой невероятный образец, вы мне предоставили.
— Это он? — нетерпеливо произнес аристократ. — Ты можешь это определить.
— Кхм, — еще раз кашлянул старик и слепо сморщился. — Сложно сказать. Наверное?
— Наверное? Что значит наверное?
Впервые в голосе «Беты» сверкнули злые нотки. Кажется, ответ ему не понравился. Даже очень.
— То и значит, — сварливо огрызнулся старик. — Я же предупреждал, молодой человек. И вы сказали, что проблем не будет.
Аристократ тихо ругнулся. Затем еще раз, на этот раз громче.
И наконец резким движением вытащил из внутреннего кармана пиджака маленькую коробочку — из тех, в которую кладут обручальные кольца — и, секунду помедлив, перекинул ее старику.
Тот удивительно ловко для своих лет ее поймал, улыбнулся в свои двадцать черных зубов и медленно, с придыханием ее открыл.
Два бизнесмена синхронно выдохнули. На их лицах была написана крайняя степень удивления.