Олимпиец. Том III

— Спасибо, парень. Спасибо. Ты не поверишь…
— Это еще не значит, что я согласен, — резко прервал его я. — Говори давай.
Пирифой сделал скорбное лицо.
— Как я говорил, я один из аргонавтов. Лучшие, сильнейшие мужи собрались под единым знаменем, чтобы совершить невозможное. Но меня предали… Мой лучший друг. Тесей, царь Афин.
Он покосился на меня.
— Не уверен, сохранился ли его город…
— Афины — столица Империи Эллинов.
Мне показалось, его сейчас удар хватит. Но нет, мужчина справился с собой. Даже сумел выдавить улыбку.
— Ублюдок, не терял время зря, — процедил он, сплюнул на камень пещеры и проложил рассказ. — Мы с ним были словно братья. Друзья во всем, в мире и войне. Но однажды мы поклялись. Глупая клятва, за которую я корю себя каждый день.
Он сморщился.
— Каждый поможет другому найти невесту, красивее которой нет на свете.
Что-то мне нравится куда это идет.
— И кого же выбрал ты? — с непробиваемым лицом поинтересовался я.
Пирифой пожал плечами.
— Странный вопрос, парень. Конечно, лучшую из женщин. Елену Прекрасную. Говорят, сама Афродита завидовала ее красоте.
Я едва удержался, чтобы не хмыкнуть.
И не она одна. Там еще Гера была. И даже моя прародительница отличилась. А также глупец пастух, яблоко и разрушенный город.
Старая история.
Вот только…
— И когда это было? — уточнил я.
— За год до моего отплытия с аргонавтами, — почесав короткую бородку, быстро прикинул царь. Он странно на меня посмотрел и удивительно поспешно добавил. — Девушка была счастлива сбежать от отца. Тот истязал ее каждый день, мерзкий старикан.
Угу. Угу. Вот только, путешествие за руном произошло примерно за десять лет до Троянской войны. А на начало той, Елене было около двадцати. Уж это-то я знал, спасибо маме.
Я бросил на замершего мужчину косой взгляд. На вид ему было за пятьдесят. В Подземном Царстве он не старел, так что…
Сорок лет разницы? И девочке девять лет. Она даже моложе Мины.
Гребаный педофил.
— Продолжай, — с трудом задвинув ярость на задний план, улыбнулся я.
Пирифой ничего не заметил и кивнул.
— Мой «друг», Тесей, — его буквального скорежило от одного упоминания этого имени. — Был в ярости. Елена была моей, а он желал большего. Он захотел… богиню.
— Персефону, — легко угадал я.
Других вариантов не было. Иначе зачем они вообще сюда потащились?
— Да, парень. Все так, — уныло кивнул царь. — Я умолял его, просил передумать… Но Тесей был неумолим. И клятва сковывала меня по рукам и ногам.
Он развел руками, как бы говоря — «Я человек чести, что поделать». А я ему, конечно, верил. Ведь я же молодой и наивный идиот, так?
— Вы спустились сюда, но Аид вас заметил?
— Твой отец был в своем праве, — удрученно покачал головой мужчина. — Никто не вправе украсть жену Величайшего из богов. Но моего друга обуяла гордыня. И я не мог ему…
— А где Тесей? — прерывал его я.
Тот замер на середине слова и бросил на меня удивленный взгляд.
— Что?
— Где предатель? Где Тесей? — повторил я. — Ведь это его идея, так?
Крак!
Пирифой со злостью треснул по столу, так что тот прогнулся и жалобно застонал. От мощного удара на дереве осталась глубокая выемка.
— Этот трус…, — впервые в голосе проклятого царя проступила настоящая, безудержная ярость. — Он сбежал! Бросил меня тут одного. Я…
Пирифой сжал кулаки от душившей его злости. Несколько раз выдохнул, пригладил волосы и снова натянул себе на лицо улыбку.
— Как-то так, юноша. Вот тебе урок. Никогда не доверяй лучшим друзьям. Особенно лучшим друзьям.
— Запомню. А что там? — я кивнул в сторону дверей.
Царь победно улыбнулся.
— То есть ты согласен, да?
Я кивнул.
— Думаю стянуть тебя с камня мне по силам.
— Моя благодарность…
— Что за дверями?
— Конечно, конечно. Мое слово, — он начертил пальцем крестик в районе сердца. — Нерушимо.
Его взгляд скользнул по каменной створке, прежде чем с явным отвращением произнести:
— Суд.
— Суд?
— Да, — кивнул Пирифой. — Трое судей определяют достойна ли душа Элизиума или обречена на вечное скитание по унылым полям Асфодель. Убийцы, воры и прочие гнусные преступники попадают в…
— Тартар?
Он кивнул, огляделся по сторонам и, понизив голос, зашептал:
— Тюрьма для врагов Олимпийцев. Место, где держат титанов.
— Угу, угу, — кивнул я и задумался.
Учитывая, что мама из-под колес кошек вытаскивала, да и вообще кучу времени и денег тратит… тратила на благотворительность… Элизиум, однозначно. Зеленые поля и луга, цветочки и единороги с радугой.
Вот с моим послужным списком мне туда не попасть… Хм. Надо подумать. Я поднялся из-за кресла и направился было к двери, как меня остановил зов Пирифоя.
— Ты обещал, — настойчиво глянул на меня царь.
Угу. И не только тебе. Одной психованной девицы тоже. Но не выполнил. И к чему это привело? К куче проблем.
Сделать вывод из своих ошибок? Да не, это было бы слишком просто. Настоящие крутые парни не учатся. Им голова нужна, чтобы двери выбивать.
В голове всплыл мягкий голос матери: «Правило три. Твое слово».
Я хмыкнул, подошел к царю вплотную и протянул руку. Тот ухватил ее и крепко сжал, словно утопающий, цепляясь за спасательный круг. Впрочем, как там звучит поговорка про утопающих?
Их спасение не мое дело.
— Именем Аида! — громко произнес я, и Символ при имени отца вспыхнул ярко-алым. — Пирифой, Царь лапифов, сын Иксиона и Дии. Ты свободен.
Как только я произнес последнее слово, камень треснул и развалился надвое. Пирифой со стоном, в котором смешалось неверие, мука и облечение завалился вперед и с трудом поднялся на ноги.
— Спасибо, спасибо. Ты не представляешь… Парень?
Он удивленно нахмурился. Ведь я не отпустил, а все также продолжал сжимать его ладонь в руке. Но когда до мужчины дошло, что я задумал, оказалось слишком поздно.
— Именем Аида! — холодно приказал я, и Символ повторно мигнул. — Ты останешься здесь, на этом самом месте. И продолжишь свою работу до конца времен.
Символ мигнул третий раз.