К теплым морям. Том второй (СИ)

- Не слишком ли много труда ради небольшой шутки?
- А что ищо на вахтэ дэлать? Двыгатэли работают, в жилоэ памещение нэ зайдэшь — там Амяз с Карой… ЭТО дэлают!
- У них же вроде свои каюты, у вас своя?
- Вах! И што? Я их нэ вижю, я их нэ слышу, но я их ЧУЮ!
- Беда… Ладно — и в чем же должна была заключаться ваша маленькая месть?
- Бачте, пан Старший Помичник - пан Ур дуже гордий своею миткостю. З обычною гвинтивкой ми його не перевзойдим - як не крути, вин тренований боець. АЛЕ! У нас ще е кулемет! И ось тут ми могли организувати соби невелику пидмогу. Пид приводом изготовлення щиткив, робимо закриту установку, яка дозволяе сховати от остальних що ми пользуимося прицилом. Пид час стрильб ставимо оптику, и наслаждаемося дивлясь на реакцию пана Ура, коли його побьють в излюблений игри два механика!
- Так… Правильно ли я тебя понял..? - Старпом со вздохом помассировал переносицу, - Вы устроили все это просто ради того, чтобы на пулеметных стрельбах превзойти Ура в меткости? Не спорю — это был бы ощутимый пинок по его самолюбию, но вам не кажется, что размах вашей деятельности слегка вышел за грань разумного? Этому должна быть серьезная причина.
- Очэнь! Ми эму памаглы тогда оружиэ дастать? Памаглы!
- А вин продолжае до нас относиться, як до всих!
- Да! И абэзянами обзываэтся!
- Погодите — то есть вы недовольны тем, что не получаете от него особого отношения за то, что помогли ему в той вылазке за оружием?
- Вах! Канэшно! Абыдна, да!
- Хотя чему я удивляюсь… - Старпом припечатал ладонь к лицу, - Хорошо. Ваш мотив я понял. Он, не обижайтесь, идиотский, однако результат этой дурной деятельности пришелся как нельзя кстати. Я сейчас поговорю с Доком, и вечером встречаемся в лаборатории.
- Зачэм?
- Ну — появление тех катеров сорвало ваши планы, так что, теперь, придется придумывать что-то новое. Я ведь правильно понимаю, что отступать вы не собираетесь? А у меня как раз есть несколько интересных идей мелкой мести. Они, конечно, не такие масштабные, зато гораздо более зрелищные.
- Пан Старший Помичник, а вам пане Ур чого зробив? - поинтересовался Михай.
- Ничего. Я просто люблю делать гадости, - улыбнулся Старпом, - А когда их удается сделать чужими руками, в данном случае вашими, то это вообще прелесть…
- Я же гаварыл — каварный! - напомнил Багир.
- Спасибо на добром слове…
Старпом, подмигнул им и, насвистывая, направился на бак.
…
На баке полным ходом шла операция по ликвидации боевых повреждений. Неразорвавшаяся торпеда пробила носовую балластную цистерну и влетела в трюм. Пришлось пригрузить балластом корму чтобы нос вышел из воды, потом торпеду разобрали, вытащили и теперь Амяз, сидя на вывешенной на канатах деревянной доске - «беседке», лично проваривал шов заплатки. Вид у него был при этом как у живописца, ваяющего нетленное полотно. Кара висела рядом, подавая электроды и зачарованно смотрела как за потрескивающей дугой разряда остается ровный шов, похожий на змеиное тело с накладывающимися одна на другую чешуйками.
- «Как красиво...»
- «Хорошая работа всегда красивая...», - ловким движением Амяз подхватил новый электрод и выбив им окурок старого, продолжил варить, - «Сейчас надо как следует проварить снаружи, потом внутри уже будет проще.»
- «Внутри цистерны не так удобно. Там эти… Шпангоуты… И разные другие ребра… И душно.»
- «Зато не так жутко.»
- «Жутко?»
- «Я не люблю глубокую воду. Я не вижу, что в ней и от этого мне не по себе. Какой-то древний страх — воображение рисует всяких жутких монстров.»
- «А я вот не боюсь — мне даже интересно.»
Свесившись с беседки, Кара поболтала рукой в воде. Амяз покосился на это и его передернуло.
- «Мне тоже, но я на это предпочитаю смотреть стоя на прочной стальной палубе, а не вися над водой на дощечке. Давай быстрее закончим с этим.»
 
- «Давай...», - согласно кивнув, Кара улыбнулась и подала ему следующий электрод.
...
Марио украдкой, как бы походя, глянул на себя в зеркало. Рану он не чесал, не ковырял и вообще избегал даже во сне переворачиваться на ту сторону лица, так что, как и обещал доктор, по мере того как отваливалась корочка, из под нее проступал ровный, тонкий шрам.
- Любуетесь? - насмешливо поинтересовалась заметившая его променад перед зеркалом Лисса, - Вам идет. Теперь у вас не такое детское лицо.
- О нет, синьорина… Просто смотрю, как идет процесс заживления.
- Больно было?
- Даже понять не успел. Потом да — жутко болело. А теперь нестерпимо чешется. И давайте, в конце концов, перейдем на «ты» - я неловко себя чувствую, когда ко мне обращаются столь официально такие привлекательные особы.
- Это — привычка. Полезная. Позволяет держать людей на дистанции.
- О… Вы, не особо компанейский человек, как я понял? Хотя, когда мы в тот раз говорили об искусстве…
- Что?
- Мне показалось, что вы начали раскрываться… - Марио подсел к Лиссе на диван, - И, должен заметить, вы очень хладнокровно держались, когда началась стрельба. Просто задернули шторку и продолжили читать книгу.
- Просто это у меня такой вид паники — одни начинают кричать и метаться, а я продолжаю делать то, что делала, в наивной надежде, что пока ведешь себя как обычно, то все остается как есть.
- И тем не менее… К примеру, Обмылок вообще забился куда-то и еще часа три потом не могли его найти.
- Нормальная человеческая реакция на опасность… - пожала плечами Лисса, - Когда попадаешь в такие ситуации, то быстро понимаешь, что читать о приключениях куда приятнее, чем в них участвовать.
- Ну не скажите… К примеру я видел, как вел себя… - Марио быстро оглянулся по сторонам, - Как вел себя сеньор Капитан. О мамма-миа — это было нечто! Противник идет к нам в лоб, стреляя из пушки. Один снаряд пробивает остекление прямо рядом с ним и пролетает буквально в считанных сантиметрах. Он ухмыляется - «Холодно».
Потом второй снаряд разрывается на переплете и сшибает с него фуражку. Он ловит её на лету, надевает обратно и говорит - «Теплее...»…
И спустя несколько секунд осколочно — фугасный бьет прямо по центру. Мне рассекает лицо, сеньор Капитан закрывается рукой — ему её сечет осколками. Все в крови, я в шоке смотрю на него, а он срывает ошметки рукава, перевязывается ими и абсолютно спокойно: «Горячо...». Потом высовывается и орет на корму: «Парни — причешите этих содомитов: они мне, походу, руку должны.»…
- Да уж… - Лисса криво усмехнулась, - Вот почему я предпочитаю жизнь, где самая большая опасность — это получить по голове выпавшим с полки томом Бройта.
- У вас дома лев… - напомнил Марио.
- И я живу на островах где пираты, бандиты и дикари — да-да…
- Вы иронизируете, но это действительно впечатляет! Я бы вот еще несколько лет назад и помыслить не мог о том, чтобы отправится куда-то дальше Лумолы.
- То есть, по вашему, когда я говорю, что мне не нравятся потрясения, я вру? И в первую очередь — сама себе?
- Я думаю — вы просто чрезвычайно скромны… - дипломатично выкрутился Марио.
Лисса сняла очки, и покусывая дужку, некоторое время размышляла. Потом, кивнув в знак согласия с собственными мыслями, надела их обратно и пристально посмотрела на Марио.
- Вы мне, пожалуй, даже нравитесь. Хотите перейти на «ты»?
 
- О! Я был бы очень рад этому, синьорина…
- В таком случае — приглашаю к себе. Посидим, обсудим тет-а-тет позднеимперские барельефы из Сатароги… Что скажешь?
- Всенепременно! Не прямо сейчас, разумеется, после вахты.
- Разумеется после вахты…