У смерти твой голос

–Да что за трагедия? Теперь ты мне романтический вечер портишь. Давай шампанского закажем. Оно было в списке человеческих напитков, которые ты пробовал?
–Я постараюсь тебя не убить,– сказал он, подняв на меня глаза.
–Это самое романтичное, что я только слышала.
Мы смотрели друг на друга пару секунд, а потом нервно засмеялись. Бывают моменты настолько совершенные, что становится неважно, живешь ты в них или умираешь, длинная линия у твоей судьбы или короткая.
–Я попробую забрать не всю твою энергию ци.– Он подошел и коснулся носом моей щеки.– Или, по крайней мере, отдать тебе свою в ответ. Я такого никогда не делал и не уверен, что… что справлюсь.
–Ничего, я тоже ничего такого не делала. Разберемся вместе. Если вдруг у меня откажет сердце, зови администратора и сделай вид, что испуган. Мы с тобой должны защитить Кима Тэ Хо.
Тэхо покачал головой:
–Я не уверен, что долго смогу удержаться в его теле. Он умирает. Возможно, ваши тела погибнут вместе.
–Или мы все выживем.– Я подошла к матрасу и упала на него, заложив руки за голову.– Вот как все будет: ты пополнишь силы на сто лет, я буду жива и очень счастлива, аКима Тэ Хо мы доставим обратно в больницу, и в этот раз он наконец-то передумает себя убивать. Я буду жить, не думая о том, когда умру. Перестану читать новости Андона и однажды полюблю какого-нибудь парня, которого приведет ко мне судьба. И никогда, никогда тебя не забуду. И ты меня не забудешь, да? Ты умеешь помнить?
Он подошел и сел на край матраса, глядя на меня взглядом, от которого мне захотелось плакать.
–Умею,– сказал он.
–Когда придешь в следующий раз…– я потянула его к себе, чтобы он лег рядом,– не завораживай того, кто тебе предназначен. Тебя очень легко полюбить. Уверена, тебя еще много раз будут любить всей душой. Но я была первая.
–Ты была первая,– эхом повторил он и поцеловал меня.
Я со смехом начала расстегивать пуговицы на его рубашке. Сделаю все, чтобы не умереть. Способность прыгать через преграды, когда тебя всю жизнь учили лежать неподвижно,– это наследство, которое оставил мне отец. Тот, который был со мной всего пару месяцев, но дал мне смелость, которая позволила мне сейчас целовать Тэхо в шею, в ухо, в бледное плечо с родинками. От него пахло соснами, разогретой травой, летним днем,– я так скучала по этому запаху.
Тэхо приподнял мое лицо перемотанной бинтами рукой и прижался губами к моим губам. Это был наш лучший поцелуй: голодный и отчаянный, я чувствовала его зубы, язык, частое дыхание, руку на своей груди.
–Я не знаю, что будет дальше,– выдохнул он и обнял меня так крепко, что ребра хрустнули.
–Будь что будет,– сказала я.
И поцеловала его, как в последний раз.
За окном шел снег. Я представила, как где-то далеко в моем саду розы нежно вздрагивают под его холодным прикосновением – прекрасные, как никогда.