Миледи и притворщик

Муаз скомандовал неукоснительно идти на звук и никуда не сворачивать. Мы все предвкушали встречу с людьми и ждали от них хоть какой-нибудь помощи и поддержки. Уж они-то, исконные обитатели здешнего леса, точно знают, как бороться с нашествием голодных леопардов. У них вокруг деревень, наверняка, торчит частокол из остро наструганных прутьев, и ни один зверь не рискнёт через них перепрыгнуть. Вот бы переночевать внутри такой защитной ограды и первый раз за долгое время нормально выспаться…
– Стойте! – раздался впереди окрик главы стражей, и в этот же миг его люди оттеснили Муаза в сторону, словно увели от чего-то опасного, что встретилось им на пути.
Стиан тут же ринулся вперёд, и мы с Гро последовали за ним. Все мы замерли возле раскидистого дерева, под которым лежал бездыханный мужчина средних лет. Его спина была покрыта меховой накидкой с приметным пятнистым окрасом жёлто-коричневой масти. Это была шкура леопарда с лапами, перекинутыми через плечи, и пастью, закрывающей голову мертвеца. То, что человек был мёртв, ясно говорили струйки крови, что вытекли из глаз, ноздрей, рта и успели коркой запечься на коже. Никаких ран на голове и на его теле мы не заметили, кроме огромного синяка на поллица, из-за которого его кожа буквально почернела. В воздухе повис вопрос – почему умер этот человек. А ещё всем хотелось знать:
– Это оборотень?
– Человек в звериной шкуре, – шептались стражи, что стояли рядом. – Он её сбросил, когда обратно обернулся человеком?
– А это что у него на ногах? – приметил кто-то. – Сандалии с кошачьими следами?
– А в руках между пальцев, что за лезвия? Будто когти.
– Так это же и есть тот самый колдун, про которого разбойники рассказывали, – окончательно поняли все мы.
– Точно, тот самый колдун-оборотень. Кто ж его так? Лесные жители поймали и по голове сильно огрели?
– Нет, – неожиданно произнёс Стиан. – Его убил я.
Я подняла глаза и увидела его отрешённое и даже побледневшее лицо – Стиан был не похож на самого себя и всё смотрел на мёртвого колдуна в леопардовой шкуре, не в силах отвести взгляд.
– Что ты такое говоришь? – вопросил глава стражей. – Как ты мог его убить, если мы только что сюда пришли, а он уже лежит?
– Этот человек лежит здесь только потому, что под деревом, где висела Самия, лежит мёртвый леопард, в чьё тело этот колдун подселил свою душу.
– Душу… – тут же зароптали стражи, будто что-то поняли. Кажется, я и сама начинаю понимать…
– Я убил леопарда, – продолжил Стиан, – а вместе с леопардом в мир мёртвых оправилась и душа колдуна, что в тот миг управляла звериным телом. Этот человек пал от моего выстрела, а его душа успела оставить отпечаток смерти на его челе. В том самом месте, куда угодила пуля.
– Точно, пуля… – подхватили его слова стражи, – леопарду разорвало голову снаружи, а колдуну будто изнутри.
– Так вот как надо с ними бороться! Всего лишь пуля и никаких заклинаний! Убьёшь леопарда – падёт человек, убьёшь человека – падёт леопард!
Они так воодушевились этим открытием, что готовы были ринуться в бой с другими лесными котами хоть сейчас. Остановил их только новый бой барабанов впереди. И он был совсем близко.
– Тихо, – шикнул на стражей Стиан. – А теперь все дружно поворачиваем и уходим как можно дальше отсюда.
– Почему уходим? – спохватился глава стражей. – Мы искали деревню, чтобы получить кров и защиту. И вот она рядом.
– А ты не думал, что эта деревня кишит оборотнями, что именно оттуда они приходят за нами, а потом отстукивают послания, и сообщают всем в округе, скольких из нас они убили в очередной раз?
Предводитель стражей одарил Стиана тяжёлым взглядом, а потом повернулся к своим людям и вполголоса скомандовал:
– Уходим, – а потом так же тихо обратился к Стиану. – Пусть будет по-твоему, но я надеюсь, ты преувеличиваешь опасность.
– Скорее, это ты её недооцениваешь.
– Ружьё может сразить и зверя, и человека, нужно только метко целиться.
– У тебя весь порох отсырел, какие ещё ружья.
– Порох просушат, – был непреклонен глава стражей, на что Стиану оставалось лишь покачать головой.
– Ты не понимаешь. Это проворного зверя с крошечным умом легко подстрелить, как и умного человека с неповоротливым телом. А вот юркий сильный зверь с умом человека не равный нам враг, уж поверь. Обыкновенный леопард убивает только, чтобы пропитать себя и своих котят. А вот человек убивает ради выгоды или развлечения.
Кажется, главу стражей эти слова заставили задуматься. И всё же он спросил:
– Клыкастый и когтистый зверь с умом человека? Он и впрямь так силён и опасен? Ты в этом точно уверен?
– Поверь, я прекрасно знаю, о чём говорю, – и скороговоркой по-тромски Стиан добавил, – потому что я сродни им.
Наш отряд двинулся на юг, стараясь делать это как можно тише и незаметнее. А за спиной всё гремел барабанный бой, отдаваясь эхом где-то на западе. Кажется, сигнал о нашей встрече с оборотнями отправили в сторону побережья. А когда мы только вошли в лес, то слышали сигнал, идущий с побережья на восток. И после этого на наш след напали оборотни… Не хочу об этом думать, но похоже, я в который раз упустила что-то важное.
Долгие часы бегства сменились долгими часами подготовки к ночлегу. Стражи дружно рубили бамбук и строгали из них колья, чтобы устроить вокруг нашей стоянки забор, через который ни один дикий кот не перепрыгнет. А вот люди с железными когтями… Для них точили сабли и готовили пики из срезанных веток и привязанных к ним кинжалов – порох так и не просох, так что надежды на огнестрельное оружие больше не было.
Эту ночь мы провели как на иголках, вздрагивая от каждого шороха, прислушиваясь к каждому вскрику обезьян. Кажется, никто так и не почтил нас своим визитом, а если и подходил к укреплённому лагерю, то не стал выдавать себя и ретировался.
На следующее утро уставшие после ночного дежурства стражи принялись за поиски полноводной реки, по которой можно сплавиться вниз. Но в первый день мы наткнулись лишь на затхлую заводь, а на второй едва напоили коней и пополнили запасы во флягах в мелком ручейке.
Каждую ночь стражи заново укрепляли очередной наш лагерь и попеременно несли дежурство. Было заметно, как сильно они измотаны бессонницей и непривычным климатом. И всё это грозило нашему лагерю брешами в защите. Поэтому по ночам даже Стиан выходил на дежурство.
– Не надо, – умоляла его я. – Они же даже самодельную пику тебе не дают, потому что думают, что с ней одной мы сбежим прямиком во Флесмер. Если не доверяют, тогда и не надо им помогать. Ты не должен рисковать собой, тем более с голыми руками.
– Ну, не совсем уж голыми, – улыбнулся он и вынул из-за пазухи железные когти. – Вот, забрал у своего, так сказать, собрата. Ему-то они больше не нужны.