Миледи и притворщик
– Да? – заинтриговал меня Рольф. – И какое же?
– Здесь в паре километрах от виллы у наших соседей простаивает поле. Кажется, они хотели развести там сливовый сад, но дело как-то не задалось, и теперь на голой земле растут лишь сорняки. Я могу выкупить поле, вы можете вложиться в покупку саженцев. А потом мы построим винодельню, погреб, наймём знающих толк в виноделии людей, и через пять лет у нас будет своя марка вина. Назовём её… Может, "Восход над Флесмером"? Но я не настаиваю, можете предложить любое другое название, миледи.
Мы сидели вдвоём возле камина, Рольф чуть ближе к огню, я подальше от жара пламени, и вместе мы потягивали любимый коньяк моего брата. И любимый коньяк Рольфа тоже.
– Вы предлагаете мне совместный бизнес? – немало удивилась я.
– А почему бы и нет? Я ещё надеюсь дожить до первой бутылки нашего совместного детища. Или вы в этом сильно сомневаетесь?
– Не говорите так, Рольф. Я так чувствую, что вы ещё и на моих похоронах скажете речь.
Мы ещё немного посмеялись, обсудили планы на будущее, а потом я отправилась спать с полным осознанием того, что теперь я для этой семьи не чужая. Уж если сам Рольф Вистинг готов объединить наш с ним капитал во имя будущей винодельни, значит, он уверен, что этот самый капитал не покинет окончательно его фамильную казну. Ему будет что оставить своим наследникам, а точнее одному из внуков. Видимо, Рольф продумывает план, как обеспечить для Стиана подушку безопасности и создать для него равный со мной уровень деловых возможностей. Как будто для меня это имеет хоть какое-то значение…
Для меня было важнее услышать вопрос Жанны, когда мы играли в куклы в её комнате накануне.
– Эмеран, а ты ведь теперь всегда будешь жить с нами? Правда-правда?
Что мне было ей ответить, кроме растерянного:
– Не знаю. Но я точно всегда буду приходить к тебе в гости, если позовёшь.
Малышка уже была в курсе, что мы со Стианом любим друг друга, и однажды даже спросила, когда же мы поженимся. Ни я, ни Шела ничего не могли ей на это сказать. Я знала только одно – пока Стиан не посетит Запретный остров и не вернётся оттуда живым, никаких планов на будущее он строить не будет. А я не могу строить планы на будущее пока не узнаю, как побороть его оборотническое проклятие.
Гостя на вилле, я просила Шелу найти для меня в семейной библиотеке книги о северном колдовстве и почитать их для меня. Её несказанно удивлял мой интерес к этой теме, а я не смела сказать ей, с чем этот интерес связан – вряд ли Стиан хотел понапрасну волновать мать и посвящать её в тонкости своей потусторонней проблемы. И я не стану – это не моя тайна.
Зато тромские книги в руках Шелы побудили меня начать изучение языка страны, в которой мне, по всей видимости, придётся надолго задержаться. Забавно, но мы вместе с Жанной под чутким руководством Шелы учились читать по слогам. Я, разумеется, освоила эту задачу быстрее и вскоре переключилась на чтение газет и интересующих меня книг со словарём.
Освоить разговорную речь было куда сложнее, но я старалась. Даже Жанна с неподдельным участием помогала мне учить новые тромские слова. Конечно, она ведь знает их куда больше, чем я.
– Как же хорошо, что ты привёз меня сюда, – сказала я Стиану, когда он прибыл на виллу поздно вечером после окончания последней лекции, чтобы провести все выходные рядом со мной и родными. – Если бы я все будни сидела в пустом доме, пока ты в институте, я бы прокручивала в голове всё то, что случилось со мной дома и точно сошла бы с ума от одиночества и жалости к себе. А здесь у меня нет времени на тоску. Здесь все так мне рады. Кроме твоего отца. Он со мной даже не разговаривает. Кажется, он думает, что я незаслуженно пользуюсь твоей добротой.
– Ну что ты такое говоришь? – обнял он меня, когда мы сидели в беседке, а я положила голову ему на плечо. – Ничего он такого не думает.
– Думает, я же вижу. Он считает, что я втянула тебя в скандал. Он больше верит аконийской прессе, а там пишут, что сначала я крутила роман с принцем, потом охмурила тебя, сделала своим любовником, но вела себя слишком неосторожно, и потому о моём романе на стороне стало всем известно. Принц меня якобы бросил, я якобы быстро сориентировалась и вцепилась в тебя, как в последнюю надежду сохранить репутацию и женское достоинство, а ты якобы такой простофиля, что принял за чистую монету мои горячие заверения в вечной любви, и поэтому даже приютил меня, беглую маркизу, в своём доме. Дал кров и хлеб… не даёшь мне побираться на помойках, торговать своим телом за миску супа. Потому что влюблённый дурак…
– Эмеран, – прервал он мои слезливые излияния нежным поцелуем в висок, – не читай больше аконийских газет. Читай лучше тромские. Там пишут, что доктор Вистинг покорил сердце аконийской аристократки своим блистательным умом, широким кругозором и общим с ней интересом к Сарпалю. Сначала маркизу Мартельскую очаровали его научные работы о духовной жизни южного континента, а потом и он сам, когда она приехала во Флесмер, чтобы просить его помочь ей в организации новой поездки в Сарпаль. И где-то там, на неведомом берегу, где растут дикие фрукты и бегают дикие звери, доктор Вистинг окончательно покорил сердце маркизы, и она не смогла устоять перед его обаянием и харизмой.
Он с такой иронией говорил мне всё это, что я не удержалась от смеха и спросила:
– Что, прямо так и пишут?
– Ну, ты же сама говорила, что люди хотят верить в сказку. У вас в королевстве подданные любят романтические сказки о принцах с принцессами, у нас в империи людям по душе авантюрные романы, где есть экзотические путешествия, отважный герой и обворожительная героиня. Именно по законам этого жанра, как твердит молва, доктор Вистинг отвоевал у чёрствого наследного принца трепетное сердце маркизы. А это значит, что скоро он станет её мужем, и они будут жить долго и счастливо.
– Что, в газетах и вправду такое писали? – лениво поинтересовалась я.
– Нет, – слишком ровным голосом ответил Стиан, – но скоро обязательно напишут.
Я не успела ничего понять, как вдруг он сполз со скамейки и встал передо мной на колено, а потом в его руках появилось кольцо с камнем, и я услышала:
– Эмеран Хортенс Бланмартель, я официально прошу тебя стать моей женой, моей верной спутницей по извилистым тропам бытия. Знай, моя рука всегда будет крепко держать твою и никогда не даст тебе оступиться, а моё сердце всегда будет биться с твоим в унисон. Я не знаю, будет ли наша жизнь похожа на сказку, но я готов сделать всё, чтобы ты была счастлива. Ты согласна, любимая?
Согласна ли я? Да у меня слова встали поперёк горла от столь неожиданного поворота нашей беседы. Сил хватило только, чтобы закивать головой и разреветься как школьница. Я не могла поверить в случившееся. Стиан, он же… он же дал себе зарок не жениться, пока не побывает на Запретном острове и не покончит со своими исследованиями… А теперь он предлагает мне стать его спутницей по тропам бытия… Значит, он не хочет терять время понапрасну, он хочет быть со мной и только со мной…