Миледи и притворщик

– Половой стимулятор, – наконец вспомнила я.
– Что? – переспросил Стиан.
– В Чахучане один мерзавец подлил мне половой стимулятор, который купил у старой знахарки. А в том стимуляторе было намешано куча растений со всех концов Сарпаля. Наверное, там был и сок этих самых гамборских ягод.
– А ты права, – неожиданно согласился со мной Стиан. – Бильбарданские купцы приторговывают в своих лавках каким-то любовным чудо-средством, просят за него непомерные деньги. Его даже в соседние сатрапии переправляют. Бильбарданцы говорят, что главный ингредиент для зелья приходится добывать на острове дикарей. Может, это эти самые ягоды и есть?
– Да, это точно они, это из-за них сердце так бьётся.
– Ну, тогда я знаю, чем тебе помочь, – радостно заключил он и отправился к костру. – Пей побольше чая, он выведет остатки токсина из организма. Через пару часов все неприятные ощущения точно пройдут.
Пару часов? Нет уж, я знаю другой способ, как избавиться от охватившего моё тело жара и трепета. И он намного приятнее чаепития.
Кажется, Стиан понял, что я собираюсь делать – тревога явственно вспыхнула в его глазах, когда я подскочила к нему, впилась губами в его губы, а мои руки инстинктивно заползли под его рубаху.
– Эмеран, пожалуйста, успокойся, – начал уговаривать он меня, попутно уворачиваясь от моих жарких поцелуев, – ты ведь не понимаешь, что делаешь.
– Нет… – с трудом выдохнула я, – я всё понимаю.
– Но ты под действием дурмана. На самом деле ты этого не хочешь.
– Не правда, очень хочу.
О боги, какие у него рельефные мышцы, какая гладкая кожа. А эти губы, этот запах… Вот он – мой самый желанный дурман, который я так давно хотела испробовать.
У меня почти получилось стянуть с него рубаху, как вдруг Стиан схватил меня за запястья, отвёл их в сторону и со сталью в голосе сказал:
– Всё, хватит. Тебе надо успокоиться и прийти в себя.
Я видела, как по его лицу пробежала тень, а потом он просто отпустил меня и отошёл в сторону.
Внутри меня закипала гремучая смесь из вожделения, злости и страха. И если я сейчас не спущу пар, то попросту взорвусь и разлечусь на мелкие кусочки от охватившей меня страсти.
Не теряя ни минуты, я кинулась вслед за Стианом и вцепилась в него, лишь бы не отпускать. Я прижалась грудью к его спине, а щекой уткнулась в плечо и слушала, как учащается его дыхание. А потом его ладони накрыли мои сжатые кулаки и потерянный голос произнёс:
– Эмеран, так нельзя.
– Почему? Я тебе совсем не нравлюсь?
– Нет, ты очень красивая.
– Но не настолько как Элиса?
– Что?
– Ты ведь до сих пор думаешь о ней. Ты её не отпустил. И она тебя не отпустила. Но она тебя не любит, ей нравится только играть тобой и твоими чувствами. Ты ей не нужен. Но ты нужен мне. Очень нужен. С тех пор, как мы встретились в Жатжайских горах, я не могу перестать думать о тебе, пока тебя нет рядом. Мне было так одиноко, когда мы расстались в первый раз. А когда расстались во второй, я места себе не находила. Мне было так больно из-за твоего обмана и моей собственной глупости, что я… что мне… Стиан, только не бросай меня в третий раз. Иначе я тебе этого никогда не прощу. Не прощу, слышишь?
Внутри меня вопило отчаяние. Если здесь и сейчас он отвергнет меня окончательно, я умру. От тоски и безнадёги точно умру, прямо здесь на месте. Но Стиан молчал. Его хватка ослабла, а я смогла высвободить руки и отстраниться от него, но только чтобы обойти, прильнуть к его груди и взять за руку. Я осторожно приложила свою ладонь к его, а потом обхватила кисть так, что тайные символы, оставленные молнией, снова соединились в единый рисунок.
– Посмотри, – прошептала я, – это ли не знак, что нам суждено быть вместе? Боги проклянут нас, если мы не подчинимся их воле.
И я снова попыталась поцеловать Стиана, а он лишь отстранённо произнёс:
– Боги нередко заблуждаются. А ещё они даруют простым смертным беды и испытания, которых в их жизни могло и не быть.
Его ладони впились в мои плечи и попытались отстранить меня, но я не собиралась сдаваться, обвив руками талию Стиана.
– Но почему? – не могла понять я. – Почему ты так со мной? У тебя совсем нет чувств ко мне? Ни капельки? Когда мы надолго расставались, разве ты ни разу не думал обо мне?
– Что бы я ни думал и ни чувствовал, но сейчас я не воспользуюсь твоей слабостью.
– Это не слабость, это те чувства, которые я не могу больше держать в себе.
– Ты ведь пожалеешь об этом.
– Нет, никогда.
– Поверь, так и будет. Я знаю, о чём говорю.
– Ты ничего не знаешь.
– Я знаю лишь одно. Ты несвободна.
Сказав это, он с каменным лицом попытался отодвинуть меня от себя, но я не собиралась так просто сдаваться:
– Несвободна? Я что, заключённая какой-то незримой тюрьмы? Я разве чья-то раба? У меня нет ни мужа, ни любовника, чтобы называть меня несвободной.
– Но у тебя есть жених.
– Он мне не жених, – в который раз с нажимом повторила я. – Он мне никто, просто будущий правитель моей страны.
– Прекрасная партия для настоящей маркизы.
– Самая отвратительная партия для уважающей себя женщины.
На его лице отразилось изумление. Кажется, Стиан не ожидал от меня такого ответа. И тут я поняла – нельзя упускать шанс – либо сейчас он поверит мне и примет меня, либо этого не произойдёт никогда.
– Я ни за что не выйду за него, – сказала я, снова приблизившись к Стиану. – Даже если весь двор будет умолять меня об этом, даже если мама проклянёт и не впустит в свой дом. Потому что мне не нужен Адемар. Мне нужен ты. Только ты.
Я, не отрываясь, смотрела ему в глаза, и с каждым мигом в их ледяном омуте отражалось всё больше тепла. И расстояние между нами становилось всё короче и короче…
Я в который раз приникла губами к его губам. И на сей раз Стиан ответил мне. И это было так волшебно. Внутри меня с новой силой запылал костёр нерастраченной страсти. Он испепелял душу и выжигал все мои мысли. И в миг, когда Стиан разорвал наш поцелуй, мне показалось, что я умираю.
– Что? – снова ничего не могла понять я.
А он смотрел на меня с такой тоской, что сердце готово было остановиться.
– Так нельзя, – услышала я тихие оправдания, а его руки лихорадочно скользили по моей спине. – Мы не можем.
– Ещё как можем.
– Я не хочу, чтобы ты потом жалела об этом.
– Я и не буду.
– Будешь, я знаю. Если мы сейчас поддадимся слабости, она будет преследовать тебя всю жизнь. Она не даст тебе покоя. Ты будешь вспоминать об этой ночи всякий раз, когда он будет прикасаться к тебе. Эти воспоминания не дадут тебе спокойно жить. Ты будешь знать правду, будешь знать, что однажды изменила ему, а он обязательно почувствует, что мыслями ты отнюдь не с ним и…